Что такое санкюлоты определение по истории: Санкюлоты — это… Что такое Санкюлоты?

Содержание

Санкюлоты — это… Что такое Санкюлоты?

  • САНКЮЛОТЫ — (фр., от sans без, и culotte штаны). Название, данное в насмешку предводителям черни в первую французскую революцию. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. Чудинов А.Н., 1910. САНКЮЛОТЫ (франц. «безштанники») в начале великой …   Словарь иностранных слов русского языка

  • САНКЮЛОТЫ — (от французского sans без и culotte короткие штаны), термин времен Французской революции конца 18 в. Аристократы называли санкюлотами представителей городской бедноты, носивших в отличие от дворян не короткие, а длинные штаны. В годы якобинской… …   Современная энциклопедия

  • САНКЮЛОТЫ — (от франц. sans без и culotte короткие штаны) термин времен Великой французской революции. Аристократы называли санкюлотами представителей городской бедноты, носивших в отличие от дворян не короткие, а длинные штаны. В годы якобинской диктатуры… …   Большой Энциклопедический словарь

  • Санкюлоты — Санкюлоты. Ср. Благоденственному и мирному житію нашему подъ кровлей Іуды пришелъ конецъ. Попреть насъ Іуда вонъ… О чемъ и объявляю по ввѣренному мнѣ департаменту санкюлотовъ… М. Горькій. Бывшіе люди. 2. Ср. Sans culottes (безъ короткихъ… …   Большой толково-фразеологический словарь Михельсона (оригинальная орфография)

  • Санкюлоты — (франц. Sansculottes; неточно переводится словамибесштанники, голоштанники) в эпоху великой франц. революции такназывались пролетарии и революционеры, в отличие от представителейвысших классов: последние носили culottes, т. е. штаны по колени,… …   Энциклопедия Брокгауза и Ефрона

  • САНКЮЛОТЫ — (sans culottes) (в буквальном переводе с французского означает без коротких штанов ) Сторонники крайних фракций в городах во времена Французской революции (French Revolution), носившие в отличие от аристократов не короткие, а длинные штаны.… …   Политология. Словарь.

  • Санкюлоты — (sans culottes), первоначально члены добровольной респ. армии в начале Великой Француз ской революции. Санкюлотами ( не в коротких штанах ) революционеры называли своих сторонников, рабочих и ремесленников, носивших длинные штаны. В период… …   Всемирная история

  • Санкюлоты — Санкюлот (слева). Фигура справа (с барабаном)  в кюлотах. Гравюра XIX века Санкюлоты (фр. sans culottes)  название революционно настроенных бедных людей в Париже во …   Википедия

  • санкюлоты — (от франц. sans  без и culotte  короткие штаны), термин времён Французской революции конца XVIII в. Аристократы называли санкюлотами представителей городской бедноты, носивших в отличие от дворян длинные, а не короткие штаны. В годы якобинской… …   Энциклопедический словарь

  • САНКЮЛОТЫ — (от франц. sans без и culotte короткие бархатные панталоны) термин, возникший в период Вел. франц. революции. Первоначально С. аристократы презрительно именовали своих политич. противников представителей гор. бедноты, носивших длинные брюки из… …   Советская историческая энциклопедия

  • Санкюлоты определение. Что это за сословие?

    Великая французская революция 1789 года оставила значительный след в европейской истории. Участниками революционных выступлений были разные слои населения Франции, в том числе и санкюлоты. Это слово, наверное, слышал мало кто из людей у нас в стране. Даже не все учителя истории сразу смогут сказать, кто это.

    Значение слова «санкюлоты»

    По-французски слово пишется как sans-culottes. Что ж это за такие загадочные уникальные личности? Санкюлоты — это название представителей так называемого «третьего сословия». Незнатные люди во времена Французской революции были настроены особенно революционно по отношению к монархии, поэтому именно они часто бывали наиболее активны в происходящих событиях. По социальному статусу к «третьему сословию» в 18-м веке относились ремесленники и мелкая буржуазия. Именно эти слои французского общества и носили в то время название «санкюлоты».

    Название происходит от стиля одежды

    Французская историческая традиция предусматривает для каждой социальной прослойки определенный фасон одежды. Исходя из этого мы попытаемся понять происхождение этого слова. Представители элиты французского общества (мужчины) практически на всех картинах изображены в «кюлотах». Это короткие узкие штаны, которые имели право надевать только представители высших сословий.

    Соответственно, особы, не имеющие специального юридического статуса (принадлежность к определенному высокому сословию обязательно подтверждалась документально), не могли надевать такие штаны. Они обычно носили длинные брюки.

    Роль санкюлотов в революции

    Санкюлоты — это наиболее активные участники восстания. Именно они 14 июля 1789 года смогли ворваться в Оружейную палату, где смогли раздобыть более 30 000 мушкетов. Революционно настроенным силам оружие было жизненно необходимо, поэтому вопрос, который решили санкюлоты, был чрезвычайно важен. Захват такого количества мушкетов во многом определил успешность большинства будущих действий революционеров.

    Именно санкюлоты, распределив между подразделениями захваченное оружие, организовали взятие 14 июля 1789 года Бастилии. Кроме этого, «третье сословие» было базовым для формирования Национальной гвардии. Штурм дворца Тюильри также организовали санкюлоты. Это событие, как известно, привело к падению монархии во Франции.

    При формировании органов местного самоуправления представители монархической элиты, безусловно, не могли получать важные должности, поэтому социальной основой для подбора кандидатов в эти структуры стали именно ремесленники, бедняки и мелкая буржуазия.

    Костюм санкюлотов — sarmata — LiveJournal


    Костюм санкюлотов

    Меня тут попросили рассказать о костюме санкюлотов.

    Санкюлоты (от франц. sans — без и culotte — короткие штаны) — термин времен Великой французской революции. Аристократы называли санкюлотами представителей городской бедноты, носивших в отличие от дворян не короткие, а длинные штаны. Вскоре из презрительной клички это слово превратилось в самоназвание революционно настроенных выходцев из «низов». Иногда «санкюлоты» переводят как «голоштанники», что, конечно, неверно, хотя на английских карикатрах того времени санкюлотов часто изоображают вообще без штанов.


    Костюм санкюлота запечатлен на множестве изображений того времени. Например, широко известная картина Луи-Леопольда Буальи (Буайи), изображающая знаменосца на празднике Федерации в 1792 г.

    Мужской костюм состоял из короткой куртки — «карманьолы» (carmagnole), широко распространенной среди моряков (мода на такие куртки появилась вместе с «Марсельезой», которую пел отряд волонтеров из Марселя при входе в Париж в 1792 г.), длинных матросских панталон (matelots), красного фригийского колпака с национальной кокардой, рубашки без жабо, свободно повязанного галстука-шарфа.

    Под карманьолу надевали короткий жилет. В холодную погоду сверху надевали длиннополый сюртук либо плащ из толстого коричневого или серого сукна.

    Костюм дополнял красный пояс-кушак, шерстяные чулки, башмаки или народная деревянная обувь — сабо. Распространение длинных панталон повлекло за собой появление бретелей-подтяжек вместо пояса, которые с этого времени вошли в европейский костюм.

    Красный «фригийский колпак».
    Подобный головной убор был известен в глубокой древности. В частности, его носили во Фригии (в Малой Азии), в Персии и т.д. В красном фригийском колпаке изображался иранский бог Митра. В Римской империи его надевали отпускаемые на волю рабы. В дореволюционной Франции подобный головной убор носили моряки и каторжники на галерах, а в годы революции он стал символом освобождения народа.

    Мужчина в одежде санкюлота примеряет красный колпак. Рядом валяется выброшенный парик и треугольная шляпа.
    В годы якобинской диктатуры и Террора многие буржуа и бывшие «аристократы» носили одежду санкюлотов, чтобы особенно не выделяться из революционной толпы. (Примерно то же происходило после 1917 г., когда из обихода исчезли шляпы и т.д. Шляпу можно было потерять вместе с головой.)

    Триумф Марата. С картины Буальи, 1794 г.

    Оратор на трибуне.

    Посадка «дерева свободы».

    Женский костюм состоял из нижней рубашки и верхней короткой двубортной куртки без корсета либо кофты, передника, суконной юбки длиной до середины икр прямой свободной формы; на талии — пояс-шарф. Сверху носили канзу (франц . canezou — короткая кофточка) — косынку больших размеров из легкой ткани или кружев, перекрестив концы на груди и завязывая их на талии. Головной убор в форме чепца.

    Поход женщин на Версаль 5 октября 1789 г. (Раскрашенная гравюра того времени)

    Костюм санкюлотов отличался практичностью, простотой и удобством. А мужской костюм, заимствованный из матросской одежды, уже весьма напоминал современный.

    В моде были панталоны, юбки и жилеты из полосатой ткани.

    Важную роль в костюме играла политическая символика. Это выражалось в обязательном ношении национальной кокарды и преобладании в отделке костюма «национальных цветов» — красного, белого и синего.

    На основе одежды санкюлотов возник ряд официальных или полуофициальных форм костюма должностных и общественных лиц, как, например, членов революционных комитетов, муниципальной милиции, тюремных надзирателей и т.д.

    Создание массовых армий и нехватка обмундирования привели к тому, что революционные солдаты (особенно волонтеры), имели весьма пестрый вид. Униформа сочеталась с элементами гражданской одежды. Одетые в лохмоться солдаты и офицеры по возможности украшали себя сине-бело-красными султанами, шарфами и т.д., являя собой довольно живописное зрелище.

    Рейнская армия. 1796 г.
    Этот рисунок немецкого художника относится уже ко времени Директории. Примерно так же выглядели солдаты и офицеры Итальянской армии Бонапарта.

    оч. интересно, спасибо :0)

    Очень интересно,
    спасибо !
    Хоть и далека эта тема в общем-то от сферы моих увлечениий 🙂
    Но всё равно — очень интересно !

    спасибо огромное:)
    исключительно интересно. море удовольствия:)

    Да… Весёлое было время.

    Оффтоп…


    Я, к сожалению, и в истории Франции, и в истории Отечественной войны 1812 года, совершенно «никак».
    Но вот во френдленте встретил интересный вопрос, думаю, а вдруг,
    Вы о чём-то подобном слышали ?
    🙂

    http://ovtsa.livejournal.com/9142.html?mode=reply

    «Помнится давно, на границе с неправдою, попадалось мне где-то сообщение, что при Наполеоне французы выпустили «русскую» медаль, а на ней — Волга и крокодил в ней. Картинку же я никогда не встречала. Интересно, байка это или правда? Может быть кто-нибудь знает?».

    Re: Оффтоп…

    Мне известна только французская медаль 1812 года с Борисфеном (Днепром).
    Есть медали с Нилом и крокодилом, посвященные египетскому походу Бонапарта.
    Насчет Волги есть большие сомнения, но категорически я бы не стал ничего утверждать.

    Интересно, что в 1812 г. многие солдаты Великой армии были убеждены, что их ведут в Индию.
    Действительно, французская разведка зондировала почву для проникновения в Индию с территории России. Об этом свидетельствуют и карты, захваченные в обозе Великой армии. Причем французские картографы допустили немало ошибок, отчего и впрямь могло сложиться впечателение, что от низовьев Волги до Индии рукой подать.
    Вообще, войну с Россией Наполеон рассматривал как трагическую неизбежность, считая гравным своим врагом Англию. Россию он хотел видеть в качестве союзника, используя ресурсы и территорию которой, мечтал вырвать Индию из рук англичан.
    (Можно вспомнить и прерванный поход казаков Платова в Индию в 1801 г. Тогда предполагались совместные действия России и Франции.)

    Кстати говоря, первоначально предполагалось пройти в Индию через Ближний Восток (поход В Аккру).

    Ну, если бы они тогда в Аккру шли…

    >(поход В Аккру).
    *****************************
    Ну, если бы они тогда в Аккру шли, то и высаживались бы где-нибудь поближе. В том же Хайфском заливе, а не рядом с дельтой Нила. ;))

    Re: Оффтоп…

    Да, я тоже перерыл пыльные завалы в своей памяти,
    и книги по фалеристике и медальерному искусству, до каких доиянулся,
    но как-то мне никакой крокодил в Волге 🙂
    не припоминается…

    Занимательно, хотя некоторые фразе меня удивили, в частности о галерах и каторжниках. А некоторые части одежды были действительно введены в обязательное пользование.
    Особенная благодарность за рассказ о войсках. Очень ценная информация.

    Не уверен насчет каторжников (возможно, источник ненадежный). Возможно, красный колпак тоже из гардероба матросов (они его точно носили).

    >>>. Иногда «санкюлоты» переводят как «голоштанники», что, конечно, неверно, хотя на английских карикатрах того времени санкюлотов часто изоображают вообще без штанов.<<<
    С французского «Санкюлют» буквально на русский и есть «без штанов». Видимо аристократы не признавали штаны штанами, если они были не до колен 🙂 Какой же ты человек, если у тебя нет чулков :))) Чулки то подороже простых штанов 😉

    Интересное совпадение…

    Интересное совпадение: во Франции лохматые санкюлоты против аристократов в кюлотах и париках.
    В Англии «круглоголовые» против «кавалеров» в локонах.
    В России, надо полагать: рабочие в кепках против буржуинов в цилиндрах ;))

    Санкюлоты

    Визуальное представление типичной группы парижских санкюлотов

    санкюлотов были представителями рабочего класса Парижа и других городов, которые участвовали в великих журналах Французской революции. Часто идентифицируемые по одежде и манерам, санкюлотов наиболее известны своим политическим радикализмом, применением насилия и запугивания, а также влиянием, которое они оказали на ход революции, особенно в 1793-94 гг.

    Стереотипы

    В народном понимании санкюлотов стали лицом радикальной революции 1790-х годов. Летописцы, романисты и историки дали нам множество изображений парижского рабочего класса, многие из которых основаны на стереотипах.

    Для некоторых санкюлотов были аморфной, но жестокой толпой, кипящей от недовольства, восприимчивой к слухам и сплетням, одержимой стремлением достичь своих целей с помощью насилия.

    Другие историки, такие как Джордж Руде и Альберт Собул, деконструировали личности, мотивы и методы санкюлотов и обнаружили большую сложность.Какими бы ни были ваши интерпретации санкюлотов и их мотивов, их влияние на революцию, особенно между 1792 и 1794 годами, неоспоримо.

    Номенклатура

    Термин sans-culottes в переводе с французского означает «без штанов». Изначально это был юмористический термин, описывающий молодого человека, попавшего в неловкую ситуацию с женщиной.

    Эта фраза была впервые использована в политическом контексте в 1790 году для описания горожан, которые носили панталоны (длинные брюки) вместо штанов до колен, которые предпочитала знать и богатая буржуазия .Впервые он был использован в роялистских газетах для высмеивания членов рабочего класса якобинского клуба.

    Вскоре слово sans culottes стало широко использоваться для обозначения городских рабочих, ремесленников или мелких бизнесменов, особенно тех, кто поддерживал революцию. Позже популярное мнение о sans-culotte было политическим радикалом из рабочего класса и слоев Парижа.

    Композиция

    Идеалистическое изображение типичного без кюлота, нарисованное Бойи

    . санкюлотов всегда принадлежали к рабочему классу.Большинство из них либо работали за заработную плату, либо имели собственные небольшие магазины или предприятия. Они жили в более бедных пригородах Парижа, в первую очередь Faubourg Saint-Antoine и Faubourg Saint-Michel на востоке города.

    Меньшинство из санкюлотов было политически активным, по крайней мере, в организованном смысле. Чаще всего они входили в состав 48 секционных собраний Парижской Коммуны. Из 1361 депутата, заседавшего в этих собраниях в 1793-94 гг., Более двух третей были торговцами или лавочниками.

    Остальные присутствовали на секционных собраниях в качестве зрителей или критиков. Некоторые также посещали собрания политических клубов, в первую очередь Открытого для всех Общества кордельеров, а затем и якобинцев.

    Политическая деятельность

    Однако большинство из санкюлотов остались вне организованной политики. Они получали свои политические новости из подстрекательской прессы и из вторых источников, что делало их уязвимыми для слухов и теорий заговора.

    санкюлотов также могли быть задействованы ораторами и пропагандистами. Примером этого является журнал journée от 31 мая 1793 года, кульминацией которого стало изгнание жирондских депутатов из Национального собрания.

    The Radical’s Arms, британское изображение санкюлотов

    Агенты насилия

    Отличительной чертой санкюлотов была их способность принуждать к переменам с помощью угроз и насилия. Толпы рабочего класса были задействованы почти в каждом значительном journée революционного Парижа.

    Санкюлоты осадили дом и фабрику Ревейона в апреле 1789 года. Три месяца спустя они напали на Бастилию, зарезали ее губернатора и расчленили королевского министра Жозефа-Франсуа Фуллона.

    В октябре 1789 года санкюлотов , многие из которых были женщинами, прошли маршем на Версаль, угрожали королевской семье и вынудили короля вернуться в Париж. Они собрались на Марсовом поле в июле 1791 года, чтобы подписать петиции республиканцев, десятки людей погибли от огня Национальной гвардии.

    В августе 1792 года парижские санкюлотов вторглись во дворец Тюильри вместе с республиканскими войсками и, оказавшись внутри, участвовали в резне швейцарского гарнизона. В тот же день они окружили Законодательное собрание и вынудили его приостановить монархию.

    В следующем месяце (сентябрь 1792 г.) санкюлотов совершили набег на тюрьмы Парижа и «очистили» их от контрреволюционеров и предателей, что стало одним из самых кровавых инцидентов за всю революцию.

    Цели и задачи

    Подробнее Британская пропаганда, высмеивающая санкюлотов и их внешний вид

    Каковы были политические цели санкюлотов ? По большей части они были демократическими, эгалитарными и хотели контроля над ценами на продукты питания и товары первой необходимости. Кроме того, их цели неясны и открыты для обсуждения.

    Некоторые историки классифицируют sans-culottism как мелкобуржуазное движение , в котором преобладают торговцы и владельцы малого бизнеса.Гвин Уильямс исследовал 450 влиятельных санкюлотов и лидеров и обнаружил, что почти две трети из них были ремесленниками и владельцами магазинов, в то время как только каждый десятый был наемным работником. Они не были антикапиталистами, утверждает Уильямс, и не были противниками богатства или частной собственности, а только концентрации ее в руках немногих избранных.

    Напротив, социалистический историк Альберт Собул рассматривает санкюлотов как классовых воинов. Они были «марксистами до Маркса», которые стремились уничтожить аристократию и переделать мир по социалистическому принципу.

    Ревизионисты, такие как Альфред Коббан, отвергают предположение, что санкюлотов сами по себе были социальным классом или даже однородной группой. В их рядах было слишком много разнообразия; их мотивы часто были неясны; они обычно реагировали на события, а не руководили ими или создавали их.

    Что такое без кюлота?

    Какими бы ни были реалии движения санкюлотов , оно, несомненно, было окрашено идеализмом и пропагандой.К осени 1793 года якобинцы и их сторонники начали принимать культ демократии и эгалитаризма.

    В центре этого были санкюлотов , которых прославляли как героев рабочего класса и политического авангарда революции. Пропагандисты нарисовали стереотип типичного sans-culotte : трудолюбивый и скромный, политически бдительный, бдительный и подготовленный, всегда готовый взяться за оружие, чтобы защитить революцию.

    Известная эпиграмма, опубликованная Антуаном-Франсуа Моморо в 1793 году, задавала и отвечала на вопрос «Что такое sans-culotte ?»:

    «Без кюлота, негодяи? Он тот, кто всегда ходит пешком.[У него] нет тех миллионов, которые вы все хотели бы иметь … [У него] нет замков, нет слуг, которые могли бы прислуживать ему … Он полезен, потому что он знает, как обрабатывать поле, ковать железо, использовать пилу … и пролить свою кровь до последней капли для безопасности Республики … Вечером он идет на собрание своей Секции, не припудренный, не надушенный и аккуратно одетый, в надежде, что его заметят гражданки в галереях, но готов поддержать разумные предложения изо всех сил, и готов уничтожить те, которые исходят от презираемой фракции политиков. Наконец, у санкюлота всегда хорошо заточена сабля, готовая отрезать уши всем противникам революции ».

    «Основа революции»

    Когда этот стереотип закрепился, модель sans-culotte была провозглашена основой революции. sans-culotte должно было быть чистейшим революционером.

    Для сторонников революции, независимо от их сословия и воспитания, стало модным одеваться в одежду sans-culotte : брюки с длинными штанинами, короткошерстное пальто carmagnole и румяное на капоте или . шапка свободы ‘.

    Формальные способы обращения, такие как «месье», «мадам» и «мадемуазель», были заменены более эгалитарными и патриотичными «Citoyen» и «Citoyenne». Те, кто отказывался принять это обожание и подражание парижскому рабочему классу, были открыты для подозрений.

    Но в то время как восприятие санкюлотов сформировало революционную культуру, к концу 1793 года политическое влияние санкюлотов начало ослабевать. В Национальном Собрании теперь доминировали Максимилиан Робеспьер и якобинцы, которые предприняли попытку централизовать свою власть и развернуть Царство террора.Это повлекло за собой некоторое сокращение политической активности sans-culotte .

    В сентябре правительство ограничило секционные собрания максимум двумя пятичасовыми собраниями в неделю. Конвент также возвеличил автономию Парижской Коммуны, другого институционального маяка для парижских радикалов. Были попытки мобилизовать санкюлотов в 1794 и 1795 годах, но они не смогли сопоставить влияние более ранних журналов .

    Взгляд историка:
    «Санкюлоты часто оценивали ценность человека по внешнему виду, выводя характер по костюму и политические убеждения по характеру; все, что нарушало их чувство равенства, подозревалось в «аристократии».Поэтому любому представителю старого режима было трудно найти расположение в их глазах, даже если против него не было конкретного обвинения. «Ибо такие люди неспособны подняться на вершины нашей революции; их сердца всегда полны гордости, и мы никогда не забудем их былое величие и их господство над нами ».
    Альберт Собул

    1. санкюлотов были представителями рабочего класса Парижа, названными так потому, что носили длинные брюки (панталоны), а не галифе до колен, которые предпочитала аристократия.

    2. Лидеры парижских санкюлотов были обнаружены в секционных собраниях и Коммуне, особенно после августа 1792 года. Большинство санкюлотов сами, однако, не были вовлечены в организованные политические группы.

    3. Вообще говоря, санкюлотов хотели демократического правительства с всеобщим избирательным правом, а также контролем над ценами на продукты питания и другие товары первой необходимости. Их цели, выходящие за рамки этого, являются предметом споров.

    4. санкюлотов наиболее известны тем, что использовали насилие со стороны толпы и запугивание с целью добиться политических изменений. Они были замешаны почти во всех журналах , связанных с насилием, в Париже в начале 1790-х годов.

    5. В радикальный период 1793-94 годов пропаганда и массовая культура приветствовали санкюлотов как скромный авангард Французской революции. Однако их политическое влияние было сведено на нет растущей централизацией якобинской власти.

    Цитата
    Название: « санкюлотов »
    Авторы: Дженнифер Ллевеллин, Стив Томпсон
    Издатель: Alpha History
    URL: https: // alphahistory.com / frenchrevolution / sans-culottes /
    Дата публикации: 1 сентября 2020 г.
    Дата обращения: 1 декабря 2021 г.
    Авторские права: Запрещается повторно публиковать содержимое этой страницы без нашего явного разрешения. Для получения дополнительной информации об использовании, пожалуйста, обратитесь к нашим Условиям использования.

    Факты и вымыслы движения Sans-Culottes

    Рабочие
    Революционеры
    Делакруа
  • 1830 / 1832 г.
  • 1848

    Работы Цитируется

  • Картинка слева изображает пятерых санкюлотов, в том числе рыночного носильщика, сапожника, и столяр; которые все вооружены щукой.

    Это фото было сделано из современной живописи. Его можно найти на странице 107 в Жизнь Гвинн Льюис в революционной Франции.

    Важность движения без кюлотов
    Санкюлоты были видной политической группой в конце девятнадцатого века. века и сыграл большую роль во Французской революции.В Движение санкюлотов сыграло важную роль в революции 1789 года. и более поздних революций, потому что это был один из первых работающих классовые группы, которые включали в себя как политическую позицию, так и социальное состояние.
    Члены без кюлотов
    Санкюлот состоял из рабочего класса. В разгар санкюлотов движения, Моморо заметил: «А sans-culotte — это тот, кто везде идет пешком, а кто нет загружен деньгами, как и все вы, но живет спокойно с его жена и дети.. . на четвертом или пятом этаже » (Льюис, 102). Ссылка на верхние этажи объясняются тем, что более бедные работники занимать верхние этажи или чердаки квартиры блоки. Такие описания вызывают воспоминания, но вводят в заблуждение. Санкюлоты не обязательно относились к самой бедной группе. городской толпы, как показано выше. Некоторые были бедны, но воинствующие санкюлоты чаще всего были квалифицированными рабочими и лавочники из среднего класса.
    элита санкюлотов предпочитала брюки работающий человек. Они презирали брюки аристократии или высший средний класс. Они чувствовали, что все классы равны и, следовательно, не следует разделять по моде. На картинке наверху члены — рабочие и держат в руках пику, что символизирует их воинственность. Пика была обычным оружием низшего сословия, потому что это было легко построить.Это сравняло игровое поле между революционерами низшего класса и королевской армией. Сан-кюлот, изображенный на карикатуре справа, также одет в типичную одежду без кюлотов.
    Эта карикатура на парижанина. Sans-culotte нарисованный
    между 1792 и 1793 годами. из (Furet and Ozouf, 362)
    Желания и политика без кюлотов
    Социально, санкюлоты были совсем не сплоченными.Политика любой член движения или французского общества, если на то пошло, зависели от личной мести, профессиональной ревности, грамотности, и экономические факторы. Хотя их политика могла отличаться, санкюлоты у них было одно общее мнение: они были против богатых.
    • Санкюлоты верили в идеологию что все мужчины были равны.
    • В идеале каждый гражданин должен владеть по одной штуке собственности, такой как ферма или магазин, и никто не будет контролировать крупные предприятия или усадьбы.
    • Санкюлоты не были противником концепция частной собственности, но презирала снисходительное богатство буржуазией и элитой аристократов.
    • Еду надо брать у крупных землевладельцев и торговцев зерном и отдать под небольшие мастерские.
    • Они призвали к радикальной республике на основе о прямой демократии.
    • Они хотели обложить налогом богатых.
    .
    политические идеологии санкюлотов часто сталкивались с установленные французские власти в конце восемнадцатого века, заставляя средний и высший классы просматривать санкюлоты с нерешительностью и даже страхом. Изображение санкюлота как воинствующего дикаря было обычным делом во Франции в то время.
    Другие представления без кюлотов на второй странице

    Les Sans-Culottes: сердце и душа Марата Французской революции

    Сан-кюлоты, так называли простолюдинов, которые боролись против монархии во время восстания, были, возможно, сердцем и душой Французской революции.

    Свое название произошло от их выбора в одежде — панталоны свободного покроя, деревянные туфли и красные кепки liberty — санкюлоты были рабочими, ремесленниками и продавцами; патриотичный, бескомпромиссный, эгалитарный, а иногда и жестокий. По иронии судьбы, учитывая его происхождение как термин для описания мужских бриджей, термин «кюлоты» на французском языке использовался для описания женских трусов, предмета одежды, который имеет мало или не имеет никакого отношения к историческим кюлотам, но теперь относится к очевидным юбкам, которые являются собственно раскол с двумя ногами.Термин «без кюлотов» использовался в разговорной речи для обозначения отсутствия трусов.

    Санкюлоты быстро вышли на улицы и отстаивали революционное правосудие внезаконными средствами, и изображения отрубленных голов, падающих в корзины с гильотины, других застрявших на пиках, и общего насилия толпы тесно связаны с ними.

    Но, несмотря на их репутацию, это карикатура — она ​​не полностью отражает всю широту влияния санкюлотов на ход Французской революции.

    Они были не только дезорганизованной буйной толпой, но и важными политическими влиятельными лицами, у которых были идеи и представления о республиканской Франции, которая надеялась раз и навсегда покончить с аристократическими привилегиями и коррупцией.

    Кто были без кюлотов?

    Санкюлоты были ударными войсками, штурмовавшими Бастилию, повстанцами, свергнувшими монархию, и людьми, которые — еженедельно, а иногда даже ежедневно — собирались в политических клубах Парижа, дававших представление масс.Здесь они обсуждали самые острые политические вопросы дня.

    У них была отличная идентичность, восклицая, чтобы все слышали 8 сентября 1793 г .:

    «Мы санкюлоты… бедные и добродетельные… мы знаем, кто наши друзья. Те, кто освободил нас от духовенства и знати, от феодализма, от десятины, от королевской власти и от всех последующих бедствий ».

    Санкюлоты выражали свои новые свободы через одежду, превращая одежду, которая была признаком бедности, в знак
    чести.

    Sans-Culottes переводится как «без бриджей», и это должно было помочь отличить их от представителей французских высших классов, которые часто носили костюмы-тройки с бриджами — обтягивающие брюки, доходящие чуть ниже колена.

    Ограничение этой одежды означало статус досуга, статус незнакомца с грязью и тяжелым трудом. Французские рабочие и ремесленники носили свободную одежду, которая была гораздо более практичной для ручного труда.

    Панталоны свободного кроя настолько резко контрастировали с ограничивающими бриджами представителей высшего сословия, что впоследствии стали однофамильцами повстанцев.

    В самые радикальные дни Французской революции свободные брюки стали таким символом эгалитарных принципов и революционной добродетели, что — на пике их влияния — даже образованные, богатые буржуазные союзники санкюлотов переняли моду низшие классы [1]. Красная «шапка свободы» также стала обычным головным убором санкюлотов.

    Платье без кюлотов не было новым или другим, это был тот же стиль одежды
    , который многие годы носил рабочий класс, но контекст изменился. Праздник одежды нижнего класса санкюлотами был празднованием новой свободы выражения мнений в социальном, политическом и экономическом плане, обещанной Французской революцией.

    Политика без кюлотов

    Политика санкюлотов находилась под влиянием сочетания римской республиканской иконографии и философии Просвещения.Их союзниками в Национальном собрании были якобинцы, радикальные республиканцы, которые хотели избавиться от монархии и произвести революцию во французском обществе и культуре, однако, получившие классическое образование, а иногда и богатые, они часто боялись нападок санкюлотов на привилегии и привилегии. богатство.

    По большей части цели и задачи санкюлотов были демократическими, эгалитарными и требовали контроля над ценами на продукты питания и товары первой необходимости. Кроме того, их цели неясны и открыты для обсуждения.

    Сан-кюлоты верили в тип прямой демократической политики, которую они проводили через Парижскую Коммуну, руководящий орган города, и Парижские секции, которые были административными округами, возникшими после 1790 года и занимавшимися проблемами в определенных районах города; представляя людей в Парижской Коммуне. Санкюлоты часто командовали вооруженными силами, которые они использовали, чтобы их голос был услышан в большой парижской политике.

    Хотя парижские санкюлоты наиболее известны, они активно участвовали в муниципальной политике в городах по всей Франции.Через эти местные учреждения владельцы магазинов и ремесленники могли влиять на революционную политику посредством петиций, демонстраций и дебатов.

    Но санкюлоты также практиковали «политику силы» — мягко говоря — и были склонны рассматривать убеждения людей относительно этого предмета как явное нас против них . С теми, кто были предателями революции, нужно было расправиться быстро и жестоко [2]. Санкюлоты были связаны их врагами с эксцессами уличной мафии во время Французской революции.

    Написание брошюр было важной частью парижской политики. Санкюлоты читают радикальных журналистов и обсуждают политику дома, в общественных местах и ​​на работе.

    Мужчина и видный член санкюлотов по имени Жак Эбер был членом «Общества друзей прав человека и гражданина», также известного как Клуб Кордельеров — популярной организации. для группы.

    Однако, в отличие от других радикальных политических клубов, у которых были высокие членские взносы, которые сохраняли членство исключительно для привилегированных, Клуб Кордельеров имел низкие членские взносы и включал необразованных и неграмотных рабочих.

    Чтобы дать представление, псевдоним Эбера был Père Duchesne, в основе которого лежал популярный образ парижского простого рабочего — изможденного, с кепкой свободы на голове, в панталонах и курящего трубку. Он использовал иногда вульгарный язык парижских масс, чтобы критиковать привилегированные элиты и агитировать за революционные изменения.

    В статье, критикующей тех, кто очернял участие женщин в революционной политике, Эбер написал: « F * & k! Если бы я взял в свои руки одного из этих негодяев, которые плохо отзываются о прекрасных национальных выступлениях, я с удовольствием доставил бы им долбое время.”[3]

    Жак Ру

    Как и Эбер, Жак Ру был популярной фигурой без кюлотов. Ру был священником из низших классов, который боролся с неравенством во французском обществе, заработав себе и своим союзникам имя «Энрагес».

    В 1793 году Ру сделал одно из наиболее радикальных заявлений политики санкюлотов; он атаковал институты частной собственности, осуждал богатых купцов и тех, кто наживается на накоплении товаров, таких как еда и одежда, — призывал к тому, чтобы эти основные продукты выживания и благосостояния стали доступными и легкодоступными для низших классов, составляющих значительную часть санкюлотов.

    И Ру не только нажил врагов аристократов и роялистов — он зашел так далеко, что напал на буржуазных якобинцев, призывая тех, кто исповедовал свободу, равенство и братство, превратить свою возвышенную риторику в конкретные политические и социальные перемены; наживать врагов среди богатых и образованных, но самопровозглашенных «радикальных» лидеров [4].

    Жан-Поль Марат

    Марат был ревностным революционером, политическим писателем, врачом и ученым, чья газета Друг народа призывала к свержению монархии и установлению республики.

    Он яростно критиковал Законодательное собрание за его коррумпированность и предательство революционных идеалов, нападал на непатриотичных военных, буржуазных спекулянтов, эксплуатирующих Французскую революцию для получения прибыли, и восхвалял патриотизм и честность мастеров [5].

    Друг народа пользовался популярностью; она объединила социальные обиды и страхи предательства со стороны либеральной знати в пламенной полемике, которая вдохновила санкюлотов взять Французскую революцию в свои руки.

    В общем, Марат постарался сыграть роль изгоя. Он жил в Корделье — районе, который стал синонимом идеалов санкюлотов. Он также был груб и использовал воинственную и жестокую риторику, которая не нравилась многим парижским элитам, тем самым подтверждая свою добродетельную натуру.

    Сан-кюлоты делают их голос услышанным

    Первый намек на потенциальную силу, исходящую от уличной политики без кюлотов, появился в 1789 году.

    Поскольку третье сословие, представлявшее простолюдинов Франции, было отвергнуто короной, духовенством и дворянством в Версале, по рабочим кварталам Парижа распространился слух о том, что Жан-Батист Ревейон, видный владелец фабрики обоев, призывал к сокращение зарплат парижанам.

    В ответ собралась толпа из сотен рабочих, вооруженных палками, марширующих с криками «Смерть аристократам!» и угрожая сжечь фабрику Ревейона дотла.

    В первый день их остановила вооруженная охрана; но на втором этапе пивовары, кожевники и безработные грузчики вместе с другими рабочими вдоль Сены — главной реки Парижа — составили большую толпу. И на этот раз охрана открыла огонь по толпе.

    Это будет самый кровавый бунт в Париже до восстания 1792 года [6].

    Штурм Бастилии

    По мере того как политические события жарких летних дней 1789 года радикализировали простых людей Франции, санкюлоты в Париже продолжали организовывать и развивать свой собственный бренд влияния.

    Ж. Гумберт был парижанином, который, как и тысячи других, взялся за оружие в июле 1789 года, узнав, что король уволил популярного и способного министра — Жака Неккера.

    Парижские санкюлоты считали Неккера другом народа, решавшим проблемы аристократических привилегий, коррупции, спекуляций, высоких цен на хлеб и бедных государственных финансов. Без него по публике распространился купорос.

    Гумберт провел свой день, патрулируя улицы, когда он поймал слух, что оружие раздается санкюлотам; происходило что-то грандиозное.

    Ему удалось заполучить мушкет, но у него не осталось боеприпасов. Но когда он узнал, что Бастилия осаждается — внушительная крепость и тюрьма, которые были символом власти французской монархии и аристократии, — он забил свою винтовку гвоздями и отправился присоединиться к атаке.

    Полдюжины выстрелов из мушкетов и угроза выстрела из пушки, подъемный мост был опущен, гарнизон сдался толпе, стоявшей в количестве сотен человек. Гумберт был в первой группе из десяти, ворвавшейся в ворота [7].

    В Бастилии было мало заключенных, но она олицетворяла репрессивную власть абсолютистской монархии, которая владела страной и морила ее голодом. Если бы простой народ Парижа мог его разрушить, у власти санкюлотов было бы очень мало ограничений.

    Штурм Бастилии был демонстрацией внелегальной власти, которой владел народ Парижа, что шло вразрез с политической чувствительностью юристов и реформистской знати, заполнявшей Учредительное собрание.

    В октябре 1789 года толпа парижанок двинулась в Версаль — дом французской монархии и символ отдаленности короны от народа — требуя от королевской семьи сопровождать их в Париж.

    Физическое перемещение их было еще одним важным жестом, имевшим политические последствия.

    Как и Бастилия, Версаль был символом королевской власти. Его экстравагантность, придворные интриги и физическая удаленность от простых людей Парижа — находясь за пределами самого города и труднодоступной для любого — были маркерами суверенной королевской власти, которая не зависела от поддержки народа.

    Утверждение власти, сделанное женщинами Парижа, было слишком сильным для законно настроенных владельцев собственности, которые составили ведущий блок в Учредительном собрании — первом законодательном органе, созданном после начала Французской революции, который был занят разработкой новой конституции и считал себя источником политической власти Франции.

    В ответ на этот марш на Версаль он был вынужден принять закон, запрещающий «неофициальные демонстрации» с намерением ограничить влияние санкюлотов [8].

    Реформаторское Учредительное собрание рассматривало санкюлотов как угрозу конституционной системе, которую они пытались создать. Это заменило бы абсолютную, данную богом власть дореволюционной монархии монархией, которая вместо этого черпала власть из конституции.

    Ключевым моментом в их планах были санкюлоты и сила толпы, которая не интересовалась каким-либо монархом; толпа, которая показала себя способной свергнуть королевскую власть вне правил и норм Учредительного собрания или любого правительственного органа вообще в этом отношении.

    Санкюлоты вступают в революционную политику

    Чтобы понять роль санкюлотов в революционной политике, уместно сделать краткий набросок политической карты революционной Франции.

    Учредительное собрание

    Революционная политика может быть разбита на фракции, но эти фракции не соответствовали одной из современных организованных политических партий, и их идеологические различия не всегда были очень четкими.

    Именно тогда идея политического спектра слева направо — с теми, кто выступает за социальное равенство и политические изменения слева, и консерваторами, выступающими за традиции и порядок, справа — появилась в коллективном сознании общества.

    Это произошло из-за того, что сторонники перемен и нового порядка буквально сидели на левой стороне зала, в котором собирались избиратели, а сторонники порядка и сохранения традиционных практик сидели на правой стороне.

    Первым избранным законодательным органом было Учредительное собрание, образованное в 1789 году в начале Французской революции. За ним последовало Законодательное собрание в 1791 году, которое затем было заменено Национальным собранием в 1792 году.

    Обстоятельства менялись часто и относительно быстро в связи с бурным политическим климатом.Учредительное собрание поставило перед собой задачу разработать конституцию, которая заменит монархию и устаревшую правовую систему парламентов и сословий, которая делила французское общество на классы и определяла представительство, давая больше богатой элите, которой было намного меньше, но которая контролировала большую часть собственности Франции.

    Учредительное собрание приняло конституцию и приняло Декларацию прав человека и гражданина, которая устанавливает универсальные естественные права для людей и защищает всех в равной степени в соответствии с законом; документ, который остается важной вехой в истории либеральной демократии сегодня.

    Однако Учредительное собрание по существу распалось под сильным политическим давлением, и в 1791 году были проведены выборы нового руководящего органа — Законодательного собрания.

    Но под руководством Максимилиана Робеспьера — который в конечном итоге стал одним из самых известных и влиятельных людей во французской революционной политике — любой, кто заседал в Учредительном собрании, не имел права баллотироваться на место в Законодательном собрании. То есть он был наполнен радикалами, организованными в якобинские клубы.

    Законодательное собрание

    Якобинские клубы были основным местом встреч республиканцев и радикалов. В основном они состояли из образованных французских мужчин среднего класса, которые обсуждали политику и организовывались через клубы (которые были разбросаны по всей Франции).

    К 1792 году те, кто сидел в большей степени на правом фланге, желая сохранить старый порядок аристократии и монархии, были в значительной степени исключены из национальной политики.Они либо бежали, как эмигрантов, , которые присоединились к прусской и австрийской армиям, угрожавшим Франции, либо вскоре организовали восстания в провинциях за пределами Парижа.

    Конституционные монархисты ранее имели значительное влияние в Учредительном собрании, но оно было значительно ослаблено в новом Законодательном собрании.

    Затем были радикалы, сидевшие на левой стороне собрания, которые во многом не соглашались, но, по крайней мере, соглашались на республиканизм.Внутри этой фракции существовал раскол между горцами, которые организовывались через якобинские клубы и считали централизацию власти в Париже единственным способом защиты Французской революции от внешних и внутренних врагов, и жирондистами, которые склонялись к более децентрализованной политике. политическое устройство, при котором власть более распределена по регионам Франции.

    И рядом со всем этим, в крайнем левом углу революционной политики, были санкюлоты и их союзники, такие как Эбер, Ру и Марат.

    Но по мере роста конфликта между королем и Законодательным собранием республиканское влияние также усиливалось.

    Новый порядок во Франции выживет только благодаря незапланированному союзу между санкюлотами в Париже и республиканцами в Законодательном собрании, который свергнет монархию и создаст новую Французскую республику.

    Вещи накаляются

    Важно помнить, что Французская революция разыгрывалась в контексте европейской политики великих держав.

    В 1791 году император Священной Римской империи — король Пруссии, а также брат французской королевы Марии Антуанетты — заявили о своей поддержке короля Людовика XVI против революционеров. Это, конечно, глубоко оскорбило тех, кто борется против правительства, и еще больше подорвало позиции конституционных монархистов, побудив Законодательное собрание во главе с жирондистами объявить войну в 1792 году.

    Жирондисты считали, что война необходима для защиты Французской революции и распространения ее на Бельгию и Нидерланды.К несчастью для жирондистов, однако, для Франции положение войны было довольно тяжелым — нужны были свежие войска.

    Король наложил вето на призыв Ассамблеи собрать 20 000 добровольцев для помощи в защите Парижа и распустил министерство жирондистов.

    Радикалам и их сторонникам это казалось подтверждением того, что король на самом деле не был добродетельным французским патриотом. Вместо этого он был больше заинтересован в том, чтобы помочь своим собратьям-монархам положить конец Французской революции [9].Начальники полиции призвали санкюлотов сложить оружие, заявив, что подавать петицию с оружием незаконно, хотя их марш в Тюильри не был запрещен. Они пригласили официальных лиц присоединиться к процессии и маршировать вместе с ними.

    Затем, 20 июня 1792 года демонстрации, организованные лидерами популярных санкюлотов, окружили дворец Тюильри, где в то время жила королевская семья. Демонстрация была якобы , чтобы посадить «дерево свободы», символ Французской революции, перед дворцом.

    Две огромные толпы сошлись, и ворота открылись после того, как пушка была явно выставлена ​​напоказ.

    В штурмуют толпу.

    Они нашли короля и его безоружных стражников, и они замахали мечами и пистолетами ему в лицо. Согласно одной из версий, они владели телячьим сердцем, прикрепленным к наконечнику пики, что означало олицетворение сердца аристократа.

    Пытаясь умилостивить сан-кулотов, чтобы они не отрубили ему голову, король взял предложенную ему красную фуражку свободы и надел ее себе на голову, что было воспринято как символ того, что он был готов выслушать требования.

    В конце концов, толпа разошлась без дальнейших провокаций, убежденная лидерами жирондистов, которые не хотели видеть короля убитым толпой. Этот момент свидетельствовал о слабости монархии и демонстрировал глубокую враждебность парижских санкюлотов к монархии.

    Ситуация была также опасной для жирондистов — они не были друзьями короля, но боялись беспорядков и насилия низших классов [10].

    В целом, в трехсторонней борьбе между революционными политиками, монархией и санкюлотами монархия явно находилась в самом слабом положении.Но баланс сил между депутатами-жирондистами и санкюлотами Парижа пока еще неурегулирован.

    Разрушение короля

    С приближением конца лета прусская армия угрожала Парижу серьезными последствиями, если какой-либо ущерб нанесен королевской семье.

    Это привело в ярость санкюлотов, которые истолковали угрозу как еще одно свидетельство нелояльности монархии. В ответ лидеры парижских секций начали организовывать захват власти.

    Радикалы из-за пределов Парижа въезжали в город в течение нескольких месяцев; из Марселя прибыли вооруженные революционеры, которые познакомили парижан с «Марселем» — быстро популярной революционной песней, которая до сих пор остается гимном Франции.

    Десятого августа санкюлоты двинулись к дворцу Тюильри, который был укреплен и был готов к бою. Сюльпис Гугенин, глава санкюлотов в предместье Сен-Антуан, был назначен временным президентом Повстанческой коммуны. Многие подразделения Национальной гвардии покинули свои посты — отчасти потому, что они были плохо снабжены для обороны, и вдобавок к тому факту, что многие из них сочувствовали Французской революции, — оставив только швейцарскую гвардию защищать ценные товары, находящиеся внутри.

    Санкюлоты — под впечатлением, что дворцовая стража сдалась — вошли во двор только для того, чтобы их встретил залп из мушкетов. Поняв, что их численность значительно меньше, король Людовик приказал стражникам отступить, но толпа продолжала атаковать.

    Сотни швейцарских гвардейцев были убиты в ходе боевых действий и последующей резни. Их тела раздели, изуродовали и сожгли [11]; признак того, что Французская революция должна была перерасти в еще большую агрессию по отношению к королю и власть имущим.

    Радикальный поворот

    В результате этого нападения монархия была вскоре свергнута, но политическая ситуация все еще оставалась неопределенной.

    Война против прусской и австрийской армий шла плохо, угрожая положить конец Французской революции. По мере того, как угроза вторжения становилась все более серьезной, санкюлоты, возбужденные радикальными брошюрами и речами, опасались, что узники Парижа, состоящие из людей, лояльных к монархии, будут спровоцированы недавно заключенными в тюрьму и убитыми швейцарцами. гвардейцы, священники и офицеры-роялисты восстали, когда патриотические добровольцы ушли на фронт.

    Поэтому Марат, который к тому времени стал лицом санкюлотов, призвал «хороших граждан идти в аббатство, чтобы схватить священников, особенно офицеров швейцарской гвардии и их сообщников, и пронзить их мечом.”

    Этот призыв побудил парижан идти в тюрьмы, вооруженные мечами, топорами, пиками и ножами. Со 2 по 6 сентября было убито более тысячи заключенных — примерно половина всех в то время находилась в Париже.

    жирондисты, опасаясь восстания санкюлотов, использовали сентябрьскую резню, чтобы набрать политические очки против своих противников-горцев [12] — они продемонстрировали, что паника, вызванная неопределенностью войны и революции, смешалась с риторикой радикальных политических лидеров, создали условия для ужасного неизбирательного насилия.

    20 сентября Законодательное собрание было заменено Национальным собранием, избранным на основе всеобщего избирательного права для мужчин (что означает, что все мужчины могли голосовать), хотя участие в этих выборах было ниже, чем участие в Законодательном собрании, в основном потому, что люди не верили. что учреждения действительно будут их представлять.

    И это было связано с тем фактом, что, несмотря на расширение избирательных прав, классовый состав кандидатов в новое Национальное собрание не было более эгалитарным, чем было в Законодательном собрании.

    В результате в этой новой Конвенции все еще преобладали джентльмены-юристы, а не санкюлоты. Новый законодательный орган учредил республику, но республиканские политические лидеры не смогут добиться единства в победе. Новые разногласия возникли быстро и заставили одну фракцию принять повстанческую политику санкюлотов.

    Повстанческая политика и просвещенные джентльмены: опасный союз

    То, что последовало после свержения монархии и установления Французской республики, не было единством в победе.

    Жирондисты взяли верх в течение нескольких месяцев после августовского восстания, но ситуация в Национальном Собрании быстро превратилась в обвинения и политический тупик.

    Жирондисты пытались отсрочить суд над королем, в то время как горцы хотели провести быстрое судебное разбирательство, прежде чем иметь дело с восстаниями в провинциях. Первая группа также неоднократно осуждала Парижскую Коммуну и Секции как оплот анархического насилия, и у них был хороший аргумент для этого после сентябрьской резни.

    После суда перед Национальным собранием бывший король Людовик XVI был казнен в январе 1793 года, что свидетельствует о том, насколько далеко влево зашла французская политика за последние несколько лет; решающий момент Французской революции, который намекнул на возможность еще большего насилия.

    В качестве демонстрации радикальных изменений, которые должна была вызвать эта казнь, король больше не упоминался по его королевскому титулу, а скорее по его более простому имени — Луи Капет.

    Изоляция без кюлотов

    Жирондисты оказались слишком мягкими по отношению к монархии в преддверии суда, и это подтолкнуло санкюлотов к фракции горцев Национального собрания.

    Однако не всем Просвещенным джентльменам-политикам из Монтаньяров нравилась эгалитарная политика парижских масс. Они были радикальны по сравнению с консерватизмом дворянства и духовенства, но серьезно относились к либеральным идеям о частной собственности и законничестве.

    Кроме того, более радикальные планы санкюлотов по контролю над ценами и гарантированной заработной плате — вместе с их общими представлениями об уровне благосостояния и социального статуса — пошли намного дальше общих банальностей о свободе и добродетели, выражаемых якобинцами.

    французов с собственностью не хотели видеть уравновешивание богатства, и рос скептицизм по поводу независимой власти санкюлотов.

    Все это означало, что, хотя санкюлоты все еще были влиятельными во французской политике, они начинали видеть себя сторонними наблюдателями.

    Марат выходит из кюлотов

    Марат — теперь делегат Национального собрания — по-прежнему использовал свой фирменный бестолковый язык, но явно не поддерживал более радикальную эгалитарную политику, предполагая, что он начал отходить от своей базы санкюлотов.

    Например, когда санкюлоты подали прошение в Конвенцию о контроле над ценами — важный спрос для простых парижан, поскольку продолжающиеся потрясения революции, внутренние восстания и иностранное вторжение вызывали скачки цен на продукты питания — брошюры Марата способствовали грабежу нескольких человек. магазинов, а на самой Конвенции он выступил против такого контроля над ценами [13].

    Война меняет политику Франции

    В сентябре 1792 года Революционная армия заставила пруссаков отступить у Вальми на северо-востоке Франции.

    Какое-то время это было облегчением для революционного правительства, поскольку это был первый крупный успех французской армии под их командованием. Это праздновалось как великая победа Французской революции и как доказательство того, что с силами европейского роялизма можно бороться и отвергать.

    В радикальный период 1793-94 годов пропаганда и массовая культура приветствовали санкюлотов как скромный авангард Французской революции.Однако их политическое влияние было сведено на нет растущей централизацией якобинской власти.

    Но к весне 1793 года Голландия, Великобритания и Испания присоединились к борьбе против французских революционеров, полагая, что, если национальная революция увенчается успехом, вскоре падут и их собственные монархии.

    Видя угрозу своей битвы, жирондисты и монтаньяры начали изучать возможность сотрудничества друг с другом — то, что было немыслимо всего несколько месяцев назад, но теперь это казалось единственным способом спасти Французскую революцию.

    Между тем жирондисты эффективно пытались нейтрализовать способность санкюлотов действовать независимо. Они активизировали свои усилия по их подавлению — арестовали одного из своих основных членов, Эбера и других, — и потребовали расследования Парижской Коммуны и поведения секций, поскольку они были основными местными учреждениями санкюлотов. политика.

    Это спровоцировало последнее эффективное восстание в Париже революционного периода.

    И, как это было при Бастилии и во время августовского восстания, свергнувшего монархию, парижские санкюлоты откликнулись на призыв секций Парижской Коммуны, подняв восстание.

    Маловероятный союз

    Монтаньяры увидели в этом возможность одолеть своих противников на Национальном съезде и отказались от своих планов сотрудничества с жирондистами. Между тем Парижская Коммуна, в которой преобладали санкюлоты, потребовала, чтобы лидеры жирондистов предстали перед судом за государственную измену.

    Монтаньяр не хотел нарушать неприкосновенность делегатов — условие, которое удерживало законодателей от мошеннических обвинений и отстранения от должности — поэтому они поместили их только под домашний арест. Это успокаивало санкюлотов, но также отображало непосредственную напряженность между политиками на Конвенте и санкюлотами на улицах.

    Несмотря на различия, горцы думали, что их образованное меньшинство, поддерживаемое городскими санкюлотами, сможет защитить Французскую революцию от внешних и внутренних врагов [14]. Другими словами, они работали над формированием коалиции, которая не зависела бы от перепадов настроения толпы.

    Все это означало, что к 1793 году горцы обладали большой властью. Они установили централизованный политический контроль через недавно созданные комитеты, такие как Комитет общественной безопасности, которые должны были функционировать как импровизированная диктатура, контролируемая известными якобинцами, такими как Робеспьер и Луи Антуан де Сен-Жюст.

    Но санкюлоты были немедленно разочарованы нежеланием Национального собрания проводить социальные реформы и их отказом полностью поддержать их как независимую силу; подавляя их видение революционной справедливости.

    Несмотря на то, что на местном уровне был введен некоторый контроль над ценами, новое правительство не обеспечило вооруженные отряды санкюлотов в Париже, не ввело общий контроль над ценами по всей Франции и не очистило всех благородных офицеров — все ключевые требования санкюлотов .

    Нападение на церковь

    Санкюлоты очень серьезно относились к разрушению власти католической церкви во Франции, и якобинцы могли согласиться с этим.

    Церковная собственность была конфискована, консервативные священники были изгнаны из городов и приходов, а общественные религиозные торжества были заменены более светскими празднованиями революционных событий.

    Революционный календарь заменил то, что радикалы считали религиозным и суеверным григорианским календарем (с которым знакомо большинство жителей Запада). В нем были десятичные числа недель и переименованы месяцы, и именно поэтому некоторые известные события Французской революции относятся к незнакомым датам — например, термидорианский переворот или 18 Брюмера [15].

    В этот период революции санкюлоты вместе с якобинцами искренне пытались опрокинуть социальный строй Франции. И хотя это была во многих смыслах самая идеалистическая фаза Французской революции, это был также период жестокого насилия, поскольку гильотина — печально известное устройство, которое срубало людям головы с плеч — стала неотъемлемой частью парижского городского пейзажа. .

    Убийство

    13 июля 1793 года Марат, как он часто делал, купался в своей квартире — лечил изнурительное состояние кожи, от которого он страдал большую часть своей жизни.

    Женщина по имени Шарлотта Корде, аристократка-республиканка, симпатизирующая жирондистам, которая была в ярости на Марата из-за его роли в сентябрьских резнях, купила кухонный нож с темным намерением, стоящим за этим решением.

    При первой попытке посещения ей отказали — ей сказали, что Марат болен. Но, как говорили, у него была открытая дверь для посетителей, и поэтому она оставила письмо, в котором говорила, что знает о предателях в Нормандии, и ее заставили вернуться позже в тот же вечер.

    Она села рядом с ним, пока он купался в ванне, а затем воткнула нож ему в грудь.

    Похороны Марата собрали большие толпы, и он был увековечен якобинцами [16]. Хотя сам он не был санкюлотом, его брошюры были одними из первых фаворитов парижан, и он имел репутацию друга группы.

    Его смерть совпадает с постепенным упадком влияния санкюлотов.

    Возврат при угнетении

    Осенью и зимой 1793–1794 гг. Все больше и больше власти было централизовано в комитетах, контролируемых горцами.К настоящему времени Комитет общественной безопасности находился под твердым контролем группы, управляя указами и назначениями, а также судил и арестовывал всех, кто подозревался в государственной измене и шпионаже — обвинения, которые становилось все труднее определять и, следовательно, опровергать.

    Это свело на нет независимую политическую власть санкюлотов, влияние которых было в секциях и коммунах городских территорий. Эти учреждения собирались по вечерам и недалеко от рабочих мест, что позволяло ремесленникам и рабочим участвовать в политике.

    Их влияние на спад означало, что санкюлоты не имели возможности влиять на революционную политику.

    В августе 1793 года Ру — на пике своего влияния в санкюлоте — был арестован по надуманным обвинениям в коррупции. К марту 1794 года клуб кордельеров в Париже обсуждал очередное восстание, но 12 -го того месяца были арестованы ведущие санкюлоты, в том числе Эбер и его союзники.

    Быстро судимые и казненные, их смерть фактически подчинила Париж Комитету общественной безопасности — но это также посеяло семена конца этого учреждения.Были арестованы не только радикалы санкюлотов, но и умеренные члены горцев, что означало, что Комитет общественной безопасности терял союзников слева и справа [17].

    Движение без лидера

    Бывшие союзники санкюлотов уничтожили их руководство, арестовав или казнив, и таким образом нейтрализовали их политические истеблишменты. Но после еще нескольких тысяч казней в ближайшие месяцы Комитет общественной безопасности обнаружил, что число врагов растет, и ему не хватало поддержки Национального собрания, чтобы защитить себя.

    Робеспьер — лидер Французской революции, который теперь действовал как фактический диктатор — обладал почти абсолютной властью через Комитет общественной безопасности. Но в то же время он оттолкнул многих в Национальном съезде, которые опасались, что окажутся не на той стороне антикоррупционной кампании или, что еще хуже, будут объявлены предателями.

    Робеспьер был осужден Конвенцией вместе со своими союзниками.

    Сен-Жюст, когда-то союзник Робеспьера в Комитете общественной безопасности, был известен как «ангел смерти» за свою юную внешность и мрачную репутацию в быстром отправлении революционного правосудия.Он выступил в защиту Робеспьера, но был немедленно отключен, и это сигнализировало об уходе власти из Комитета общественной безопасности.

    9 года термидора II года — или 27 июля 1794 года для нереволюционеров — якобинское правительство было свергнуто союзом его противников.

    Санкюлоты на короткое время увидели в этом возможность возродить свою повстанческую политику, но они были быстро отстранены от властных постов термидорианским правительством.Когда их оставшиеся союзники-монтаньяры лежали на дне, у них не было друзей в Национальном собрании.

    Многие общественные деятели и революционеры, не принадлежавшие строго к рабочему классу, называли себя гражданами без кюлотов в знак солидарности и признания. Однако в период сразу же после термидорианской реакции санкюлоты и другие крайне левые политические фракции подвергались жестоким преследованиям и репрессиям со стороны подобных мускадинцев.

    Новое правительство отменило контроль над ценами, так как неурожай и суровая зима привели к сокращению запасов продовольствия.Это была невыносимая ситуация для парижских санкюлотов, но холод и голод оставляли мало времени для политической организации, и их последние попытки изменить курс Французской революции потерпели неудачу.

    Демонстрации были встречены репрессиями, и без власти Парижских секций у них не осталось институтов, чтобы сплотить парижан для восстания.

    В мае 1795 года, впервые после штурма Бастилии, правительство ввело войска для подавления восстания санкюлотов, навсегда сломив влияние уличной политики [18].

    Это ознаменовало конец цикла Революции, в котором независимая власть ремесленников, лавочников и рабочих могла изменить курс французской политики. После поражения народного восстания 1795 года в Париже санкюлоты перестали играть какую-либо эффективную политическую роль во Франции вплоть до июльской революции 1830 года.

    Сан-кюлоты после французской революции

    После термидорианского переворота санкюлоты превратились в истощенную политическую силу.Их лидеры были либо заключены в тюрьму, либо казнены, либо отказались от политики, и это оставило у них мало возможностей для продвижения своих идеалов.

    Коррупция и цинизм получили широкое распространение во Франции после термидора, и в «Заговоре равных» Бабеффа, который попытался захватить власть и основать протосоциалистическую республику в 1796 году, будут отголоски влияния санкюлотов.

    Но, несмотря на эти намеки на политическое действие санкюлотов, их время на арене революционной политики подошло к концу.

    Организованные рабочие, ремесленники и владельцы магазинов больше не будут играть решающую роль под властью Директории. И при Наполеоне, когда он был консулом, а затем императором, у них не было бы особого независимого влияния.

    Долгосрочное влияние санкюлотов наиболее очевидно в их союзе с якобинцами, который послужил образцом для последующих европейских революций. Образец союза между частью образованного среднего класса с организованной и мобилизованной городской беднотой повторится в 1831 году во Франции, в 1848 году во время общеевропейских революций, в 1871 году в трагедии Парижской Коммуны и снова во Франции. 1917 г. Русские революции.

    Кроме того, в коллективной памяти о Французской революции часто возникает образ изодранного парижского ремесленника в свободных брюках, возможно, с парой деревянных туфель и красной кепки, держащего трехцветный флаг — униформу санкюлотов.

    Марксистский историк Альбер Собуль подчеркивал важность санкюлотов как социального класса, своего рода протопролетариата, сыгравшего центральную роль во Французской революции. Эта точка зрения подверглась резкой критике со стороны ученых, которые утверждали, что санкюлоты вообще не были классом.В самом деле, как отмечает один историк, концепция Собуля не использовалась учеными ни в какой другой период французской истории.

    По словам другого известного историка, Салли Уоллер, частью лозунга санкюлотов было «постоянное ожидание предательства и предательства». Члены санкюлотов постоянно находились на грани предательства и опасались предательства, что можно объяснить их агрессивной и радикальной тактикой восстания.

    Другие историки, такие как Альберт Собул и Джордж Руде, расшифровали личности, мотивы и методы санкюлотов и обнаружили большую сложность.Какими бы ни были ваши интерпретации санкюлотов и их мотивов, их влияние на Французскую революцию, особенно между 1792 и 1794 годами, неоспоримо.

    Таким образом, эпоха господства санкюлотов во французской политике и обществе знаменует собой период европейской истории, в котором городская беднота больше не будет бунтовать только из-за хлеба. Их непосредственная конкретная потребность в пище, работе и жилье выражалась в восстании; тем самым доказывая, что толпа не всегда была просто неорганизованной, агрессивной массой.

    К концу 1795 года санкюлоты были сломаны и ушли, и, возможно, не случайно Франция смогла ввести форму правления, которая управляла изменениями без необходимости большого насилия.

    В этом более прагматичном мире владельцы магазинов, пивовары, кожевники, пекари, ремесленники разных мастей и поденщики имели политические требования, которые они могли сформулировать с помощью Революционного языка .

    Свобода, равенство, братство.

    Эти слова были способом перевода конкретных потребностей простых людей в универсальное политическое понимание.В результате правительства и учреждения должны были бы выйти за рамки мыслей и планов аристократов и привилегированных, чтобы включить потребности и запросы городских обывателей.

    Важно понимать, что санкюлоты ненавидели монархию, аристократию и церковь. Несомненно, это отвращение сделало их слепыми к собственным, часто жестоким действиям. Они были полны решимости, что все должны быть равны, и носили красные шапочки, чтобы доказать, кто они такие (они позаимствовали это соглашение из ассоциации с освобожденными рабами в Америке).Формальные vous в повседневной речи были заменены неформальными tu . У них была всеобъемлющая вера в то, что им говорили, что это демократия.

    Правящим классам Европы придется либо более эффективно подавлять возмущенные массы, вовлекать их в политику посредством социальных реформ, либо рисковать революционным восстанием.

    ПОДРОБНЕЕ :

    Дело XYZ

    Опасные связи, как Франция XVIII века создала современный медиа-цирк


    [1] Верлин, Кэти.«Мешковатые брюки — это бунт: санкюлоты Французской революции превратили крестьянскую одежду в знак почета». Индекс цензуры , т. 45, нет. 4, 2016, стр. 36–38., DOI: 10.1177 / 0306422016685978.

    [2] Хэмпсон, Норман. Социальная история Французской революции . University of Toronto Press, 1968. (139–140).

    [3] Н, Жак. Великий гнев до Дюшена, Жак Эбер 1791 , https://www.marxists.org/history/france/revolution/hebert/1791/great-anger.htm.

    [4] Ру, Жак. Манифест ярости https://www.marxists.org/history/france/revolution/roux/1793/enrages01.htm

    [5] Шама, Саймон. Граждане: хроника Французской революции . Рэндом Хаус, 1990. (603, 610, 733)

    [6] Шама, Саймон. Граждане: хроника Французской революции . Рэндом Хаус, 1990. (330-332)

    [7] https://alphahistory.com/frenchrevolution/humbert-taking-of-the-bastille-1789/

    [8] Льюис Гвинн. Французская революция: переосмысление дебатов . Рутледж, 2016. (28-29).

    [9] Льюис, Гвинн. Французская революция: переосмысление дебатов . Рутледж, 2016. (35-36)

    [10] Шама, Саймон. Граждане: хроника Французской революции . Рэндом Хаус, 1990.

    (606-607)

    [11] Шама, Саймон. Граждане: хроника Французской революции . Рэндом Хаус, 1990. (603, 610)

    [12] Шама, Саймон. Граждане: хроника Французской революции . Рэндом Хаус, 1990. (629-638)

    [13] Социальная история 162

    [14] Хэмпсон, Норман. Социальная история Французской революции . University of Toronto Press, 1968. (190-92)

    .

    [15] Хэмпсон, Норман. Социальная история Французской революции . University of Toronto Press, 1968. (193)

    [16] Шама, Саймон. Граждане: хроника Французской революции . Рэндом Хаус, 1990.(734-736)

    [17] Хэмпсон, Норман. Социальная история Французской революции . University of Toronto Press, 1968. (221-222)

    .

    [18] Хэмпсон, Норман. Социальная история Французской революции . University of Toronto Press, 1968. (240-41)

    Определение санкюлотов в мировой истории.

    Примеры санкюлотов в следующих темах:

    • Робеспьер и Комитет общественной безопасности

      • В июне 1793 года парижские секции приняли Конвент, призывая к административным и политическим чисткам, низкой фиксированной цене на хлеб и ограничению избирательных прав до без кюлотов только .
      • Якобинцы отождествляли себя с народным движением и без кюлотов , которые, в свою очередь, рассматривали народное насилие как политическое право.
      • без кюлотов , раздраженные неадекватностью правительства, вторглись в Конвенцию и свергли жирондистов.
    • Национальный съезд

      • Монтаньяры, представлявшие значительно большую часть депутатов, были гораздо более радикальными и имели прочные связи с без кюлотов Парижа.
      • Политический тупик, который отразился по всей Франции, в конечном итоге заставил обе основные фракции принять опасных союзников, роялистов в случае жирондистов и без кюлотов в случае горцев.
      • В июне 1792 года 80 000 вооруженных без кюлотов окружили Конвент.
    • Дело гражданина Жене

      • Genêt заказал четыре каперских корабля (Republicaine, Anti-George, Sans Culotte и Citizen Genêt) и собрал американских добровольцев для борьбы с испанскими союзниками Великобритании во Флориде.
    • Политика революционеров

      • Из-за этого якобинцы, в отличие от других сект, таких как жирондисты, были тесно связаны с без кюлотов , которые были популярной силой парижского рабочего класса, сыгравшей решающую роль в развитии революции. .
      • В дополнение к сайдингу с sans culottes , горцы стремились к более репрессивной форме правления, которая установила бы максимум цен на основные потребительские товары и наказала бы всех предателей и врагов республики.
    • Термидорианская реакция

      • Вместо этого мишенью стали люди, которые каким-либо образом были связаны с Робеспьером, в том числе многие члены якобинского клуба, их сторонники, лица, подозреваемые в бывших революционерах и насильственное подавление sans кюлотов Muscadin, группа уличных бойцов, организованная новым правительством.
    • Хосе де Сан-Мартин

    • Венеция

      • Применяя этот подход в своем San Zaccaria Altarpiece (1505), высокая точка обзора, лаконичные и взаимосвязанные фигуры, расположенные в пространстве, и тонкие жесты объединяются, чтобы сформировать спокойный, но величественный образ.
      • Алтарь Антонелло Сан Кассиано особенно повлиял на венецианских художников, так как это была одна из первых больших композиций в формате sacra convertazione, усовершенствованном Джованни Беллини.
    • Библиография

      • Применение современных принципов образования взрослых, Сан Франциско: Джосси Басс.
      • Автобиографическое путешествие, Сан Франциско: Джосси-Басс. 211 + xxii страниц.
    • Список литературы

      • Сан Франциско: Джосси-Басс.
      • Сан Франциско: Джосси-Басс.
    • Инцидент с песчаной лужайкой

      • Под песочницей понимается место сбора на открытом воздухе рядом с мэрией San Франциско, где Денис Кирни часто выступал против китайских рабочих.
      • Во время долгой депрессии он стал популярным, выступая перед безработными в Сан- Франциско, осуждая железнодорожную монополию и иммигрантов из Китая, известных как Кули.
      • В июле 1877 года, когда в Сан--Франциско произошло антикитайское насилие, Кирни присоединился к бдительности Комитета общественной безопасности Уильяма Телля Коулмана в качестве члена бригады Коулмана.Однако к августу 1877 года Кирни был избран секретарем недавно сформированной Рабочей партии Калифорнии и часто руководил жестокими нападениями на китайцев, в том числе осуждал мощную Центрально-Тихоокеанскую железную дорогу, которая использовала их в больших количествах.
      • На открытом месте возле мэрии San Francisco City Hall, известной как «Sandlot», он регулярно выступал перед толпой, насчитывающей до 2000 человек.

    CULOTTE — Определение и синонимы слова sans-culotte в словаре английский языка

    SANS-CULOTTE — Определение и синонимы слова sans-culotte в словаре английский языка

    Educalingo Файлы cookie используются для персонализации рекламы и получения статистики веб-трафика. Мы также делимся информацией об использовании сайта с нашими партнерами по социальным сетям, рекламе и аналитике.

    Скачать приложение
    educationalingo

    ЭТИМОЛОГИЯ СЛОВА SANS-CULOTTE

    С французского буквально: без бриджей до колен, потому что революционеры носили панталоны или брюки, а не галифе. Этимология — это исследование происхождения слов и их изменений в структуре и значении.

    ПРОИЗВОДСТВО SANS-CULOTTE

    ГРАММАТИЧЕСКАЯ КАТЕГОРИЯ SANS-CULOTTE

    Sans-Culotte — это существительное . Существительное — это тип слова, значение которого определяет реальность. Существительные дают имена всем вещам: людям, предметам, ощущениям, чувствам и т. Д.

    ЧТО ОЗНАЧАЕТ НА АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ SANS-CULOTTE?

    Санкюлоты

    Во время Французской революции санкюлотов были леворадикальными партизанами низших классов; типично городские рабочие, преобладавшие во Франции. Несмотря на то, что они были плохо одеты и плохо экипированы, они составляли основную часть Революционной армии в первые годы Французских революционных войн.Название относится к модным кюлотам умеренных буржуазных революционеров, в отличие от санкюлотов из рабочего класса , которые традиционно носили брюки . Среди политических идеалов санкюлотов были народная демократия, социальное и экономическое равенство, доступная еда, отказ от рыночной экономики и бдительность против контрреволюционеров. Во время пика своего влияния, примерно с 1792 по 1795 год, санкюлотов обеспечивали основную поддержку двух крайне левых фракций Парижской Коммуны, Энрагес и Эбертистов. Возглавляемые революционерами-популистами, такими как Жак Ру и Жак Эбер, санкюлотов были собраны, чтобы оказать критическую поддержку радикальным и крайне левым фракциям сменявших друг друга революционных правительств.
    Значение слова sans-culotte в словаре английский языка

    Первое определение sans-culotte в словаре — это революционер из бедных слоев населения. Другое определение санкюлота — «любой революционер, особенно имеющий крайние республиканские симпатии». Sans-Culotte — это также любого революционного экстремиста.

    СЛОВ, РИФМУЮЩИЕСЯ СО СЛОВОМ SANS-CULOTTE

    Синонимы и антонимы слова sans-culotte в словаре английский языка синонимов

    Перевод слова «sans-culotte» на 25 языков

    ПЕРЕВОД SANS-CULOTTE

    Узнайте, как можно перевести sans-culotte на 25 языков с помощью нашего многоязычного переводчика английского языка. перевода sans-culotte с английского на другие языки, представленные в этом разделе, были выполнены автоматическим статистическим переводом; где основной единицей перевода является слово «sans-culotte» на английском языке.
    Переводчик английский —
    китайский SANS —

    1325 миллионов говорящих

    Переводчик английский —
    испанский без кюлота

    570 миллионов говорящих

    Переводчик с английского на
    хинди बिना кюлоты

    380 миллионов говорящих

    Переводчик английский —
    арабский بلا ، في кюлоты

    280 миллионов говорящих

    Переводчик английский —
    русский санкюлота

    278 миллионов говорящих

    Переводчик с английского на
    португальский без кюлота

    270 миллионов говорящих

    Переводчик с английского на
    бенгальский Без кюлота

    260 миллионов говорящих

    Переводчик английский —
    французский без кюлота

    220 миллионов говорящих

    Переводчик с английского на малайский
    Без кюлота

    190 миллионов говорящих

    Переводчик английский —
    немецкий Sansculotten

    180 миллионов говорящих

    Переводчик английский —
    японский サ ン セ リ フ キ ュ ロ ッ ト

    130 миллионов говорящих

    Переводчик английский —
    корейский 산세 кюлоты

    85 миллионов говорящих

    Переводчик с английского на
    яванский Без кюлота

    85 миллионов говорящих

    Переводчик с английского на
    вьетнамский без кюлота

    80 миллионов говорящих

    Переводчик с английского на
    тамильский சான்ஸ்- кюлоты

    75 миллионов говорящих

    Переводчик с английского языка —
    маратхи सेन्स-कल्गोटे

    75 миллионов говорящих

    Переводчик английский —
    турецкий без кюлота

    70 миллионов говорящих

    Переводчик английский —
    итальянский без кюлота

    65 миллионов говорящих

    Переводчик английский —
    польский без кюлота

    50 миллионов говорящих

    Переводчик английский —
    украинский санкюлота

    40 миллионов говорящих

    Переводчик с английского на
    румынский без кюлота

    30 миллионов говорящих

    Переводчик с английского на
    греческий без кюлота

    15 миллионов говорящих

    Переводчик с английского на
    африкаанс без кюлота

    14 миллионов говорящих

    Переводчик с английского на
    шведский sansculott

    10 миллионов говорящих

    Переводчик с английского на
    норвежский без кюлота

    5 миллионов говорящих

    Тенденции использования слова sans-culotte

    ТЕНДЕНЦИИ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ТЕРМИНА «SANS-CULOTTE»

    Термин «без кюлота» обычно используется мало и занимает цифру 111. 806 позиция в нашем списке наиболее широко используемых терминов в словаре английского языка. На показанной выше карте показана частотность использования термина «sans-culotte» в разных странах. Тенденции основных поисковых запросов и примеры использования слова sans-culotte Список основных поисковых запросов, предпринимаемых пользователями для доступа к нашему онлайн-словарю английского языка, и наиболее часто используемых выражений со словом «sans-culotte».

    ЧАСТОТА ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ТЕРМИНА «SANS-CULOTTE» ВО ВРЕМЯ

    На графике показано годового изменения частотности использования слова «sans-culotte» за последние 500 лет. Его реализация основана на анализе того, как часто термин «sans-culotte» встречается в оцифрованных печатных источниках на английском языке в период с 1500 года по настоящее время.

    Примеры использования в английской литературе, цитаты и новости о санкюлоте

    10 АНГЛИЙСКИХ КНИГ, СВЯЗАННЫХ С

    «SANS-CULOTTE»

    Поиск случаев использования слова sans-culotte в следующих библиографических источниках.Книги, относящиеся к sans-culotte и краткие выдержки из них, чтобы показать контекст его использования в английской литературе.

    1

    Создание Sans -кюлотов: демократические идеи и …

    В 1794 г. главным выражением этой тенденции был механизм sans-culotte в г. Париж, действующий через сорок восемь частей, на которые был разделен город, и через множество популярных обществ столицы. Профессор Собул проанализировал …

    2

    Критический словарь французской революции

    Модель sans-culotte говорила по-братски с каждым гражданином, мужчиной или женщиной. Он стремился будь простым, бережливым, приветливым и доступным. Его язык, который часто чрезмерно риторический и временами перекликающийся с тонами дореволюционного корпоративизм, …

    Франсуа Фюре, Мона Озуф, 1989

    3

    Sans -culottes: Народное движение и революционер…

    sans-culotte , даже если он был комиссаром, был хуже всех. Республиканец комиссару платили пять ливров в день, или 1800 в год; секретарь комитета, 1,200; офисный мальчик, 800. Sans-culotte Girbal, экспедитор в центральной офис …

    4

    Деньги и свобода в современной Европе: критика исторического …

    Эти наблюдения были усилены двумя недавними исследованиями модели sans-culotte . движение под террором, которые пролили новый свет на его социальную состав и его уникальная политическая идиома. Ричард М. Эндрюс показал, что хорошо …

    5

    雨 の 追憶 図 説 三億 円 事件:

    Эти наблюдения были усилены двумя недавними исследованиями модели sans-culotte . движение под террором, которые пролили новый свет на его социальную состав и его уникальная политическая идиома. Ричард М. Эндрюс показал, что хорошо …

    6

    Работа и революция во Франции: язык труда от…

    с заголовком «Ответ на дерзкий вопрос: но что такое Sans-Culotte ?» это стоит процитировать довольно подробно. А без кюлота , негодяи? Он существо, которое всегда идет пешком, у кого нет миллионов, как и все, что ты хочешь, ни замка, ни камердинеры к …

    Уильям Гамильтон Сьюэлл, 1980

    7

    Жак-Луи Давид и Жан-Луи Приер, революционер…

    Ограничение сборок без кюлота было первым шагом к окончательному устранению сборки. С этого момента якобинское правительство неуклонно двигалось и обязательно уменьшить мощность санкюлотов. Напряжение было давно …

    8

    Террор: от тираноубийства к терроризму

    2 июня Конвенция удовлетворила требований без кюлота, требований об удалении лидером жирондистов, хотя это спровоцировало так называемое «федералистское восстание» в значительной степени города Нормандии и Миди, во главе с умеренными республиканцами, которые возмущались…

    Бретт Боуден, Майкл Т. Дэвис, 2008

    9

    Пресса во время Французской революции

    Настоящий sans-culotte — так называли человека из народа, открытый, сердечный, иногда грубо и готово, но всегда гуманно, даже в тех революционных моменты, когда на статую человечества набрасывается покрывало. Настоящий без кюлота .. .

    Вт.Гилкрист, У. Дж. Мюррей, 1971

    10

    Французская революция: вера, желание и политика

    41 Жорж Руде, гораздо более отзывчивый, указал, что люди, принимавшие участие в sans-culotte life не были той шишкой, за которую их принимали критики. Они имели тенденцию быть молодые люди из окрестностей восточного Парижа или пригородов к востоку от …

    5 НОВОСТЕЙ, КОТОРЫЕ ВКЛЮЧАЮТ ТЕРМИН «SANS-CULOTTE»

    Узнайте, о чем говорит национальная и международная пресса и как термин sans-culotte используется в контексте следующих новостей.

    Рисунки бесплатно. Кант без кюлота

    Car il a bien existé un Kant sans-culotte , si l’on ose dire. Rien à voir, évidemment, avec La Vie sexuelle d’Emmanuel Kant, ces conférences canularesques du . .. «Le Monde, Jul 15»

    Приправленный без кюлота Эд Вуллиами ясно дает понять…

    В ответ пришел этот ответ из закаленной республиканской газеты sans-culotte , Эда Вуллиами: «Это все настолько трогательно отсталое».Да здравствует гильотина! Да здравствует Марат! » (Французский … «Daily Mail, 13 июля»

    Premier ministre serbe et journaliste sans culotte (Blic)

    Piégé par une sans-culotte . Le Premier ministre serbe a porté plainte contre l’équipe d’une émission TV qui l’a piégé dans une fausse, интервью с лицом на … «Arrêt sur images, 13 февраля»

    Le Sans-culotte 85: un canard enchaîné vendéen?

    Le sans-culotte 85 »- это журнал, созданный в январе 2007 года, Мари Кок, журналист. Depuis, un autre journaliste travaille également à l’édition du … «Magazine Fragil, 12 октября»

    J’ai testé pour vous… jouer à la sans-culotte

    J’ai pas de doléances à faire, 1789 je connais pas, mais j’ai quand même réalisé en quelque sorte ma révolution de sans-culotte sous la jupe. Histoire de slop … «madmoiZelle.com, 11 ноя»


    ССЫЛКА

    «ОБРАЗОВАНИЕ. Sans-Culotte [онлайн]. Доступно на . Декабрь 2021 ».

    Sans-Culottes: эмблема восемнадцатого века во Французской революции

    В 1722 году немецкий писатель-путешественник и политический экономист Эрнст Людвиг Карл опубликовал трехтомник Traité de la richesse des princes et de leurs états: et des moyens simples et naturels pour y parvenir . Книга раскрыла «секрет» установления высоких цен на модные товары в начале производственного цикла и снижения цен, как только новые товары заменят их, как пика моды. Первоначально секрет был не французским, поскольку являлся основной причиной высокого уровня жизни в Голландии и Англии, но все больше ассоциировался с Францией и ростом французской экономической мощи, примером чего является торговля шелком в Лионе, а в более широком смысле ассоциировался с ней. с постоянно растущим списком из парижских маршандов . Считалось, что эта политика проистекает из специализации во многих отраслях французской промышленности не только в производстве товаров, но и в их распределении.Что касается текстиля, то модные куклы появились повсюду, как только были определены новые стили. Хотя полученные в результате товары, например, прибывшие в Амстердам, могли стать предметом мечты прошлого в Париже, тем не менее, их ценили и покупали везде, где они были впервые представлены. Преимущества этого экономического процесса были огромны. Примечательно, что они считались не только экономическими, но и моральными и политическими.

    Мода напрямую порождает богатство. Это уменьшило социальную озабоченность по поводу отрицательных последствий товаров для роскоши в отличие от положительных преимуществ товаров для необходимости.В конце каждого производственного цикла первые превращались во вторую по мере падения цен, распределяя богатство между нижними слоями. Мода связала трудолюбивых людей нации во взаимозависимые производственные сети. Эти сети полагались на вежливость и вежливость для успешного функционирования. На международных рынках мода создавала аналогичные узы интересов и, соответственно, способствовала миру и терпимости между народами. В случае Франции было широко распространено мнение, что более высокая прибыль, получаемая в растущем секторе экономики, производящем предметы роскоши, ведет к увеличению расходов на предметы первой необходимости, что, как следствие, увеличивает цены на сельскохозяйственную продукцию и ведет к дальнейшему развитию производственного сектора. которые поддерживали фермы и сельское хозяйство.Единственная опасность, которую замечали нефранцузские наблюдатели, заключалась в том, что Франция могла использовать свои растущие ресурсы, чтобы стать доминирующим государством в европейской политике. Было сделано предупреждение, что, если Франция сделает имперский шаг, он в конечном итоге будет нанесен за счет ее собственного экономического успеха.

    Обоснование 18-го века коммерческого общества, которое было продуктом развития моды и сопутствующих вежливых искусств, таких как музыка, танцы и поэзия, которые считались исходными и потенциально наиболее чистыми узами человеческого общения, является отправной точкой и центральным элементом. тема Sans-Culottes Майкла Соненшера.Книга представляет собой богатейшую и обширную интеллектуальную историю первых лет Французской революции. Книга Соненшера не похожа на все другие книги по этому вопросу, например, в книге Альберта Собуля, посвященной горным горам. Это новаторская попытка связать идеи сторонников санкюлотов с аргументами XVIII века о политике, политической экономии, религии и философии. В отличие от почти всех современных исследований, оно направлено на опровержение тех, кто видит необходимую связь между санкюлотов и современной демократией, государственностью или национализмом. Скорее, он помещает создание устойчивой республиканской эмблемы в аргументы об изменяющейся природе и вероятном будущем Франции, а также об отношениях между правосудием и политикой в ​​мире, где общественный кредит изменил большинство политических и экономических отношений. Соненшер утверждает, что необычный факт заключается в том, что цель восстановления идеалов древнего республиканизма, которые представляли санкюлотов , возникла в результате спекуляций по поводу экономики государственного кредита.

    Соответственно, первое утверждение книги состоит в том, что для того, чтобы понять значение термина sans-culottes во время Французской революции, мы должны реконструировать интеллектуальные языки того времени и отказаться от философии истории 19-го века, которая поместил штанов в историю зарождающейся современности, неправильно понимая идеи, лежащие в основе многих наиболее значительных событий 1790-х годов и последующих лет. Первый ответ любого читателя на эту книгу должен заключаться в том, что каждый из ее различных аргументов является сложным (последний термин будет использоваться несколько раз в этом обзоре), потому что Соненшер размышляет не только о значении текста для его автора, но также и очень разное использование текстов и фраз различными заинтересованными политическими группами и комментаторами. Термин «санкюлоты» начался как салонная шутка: люди без бриджей были литераторами, которым хозяйка общества мадам де Тенсен не подарила кюлотов в качестве ежегодного подарка на Новый год во время и после Регентства. Многие санкюлоты начала были циниками и нападали на салоны, в которых доминировали женщины, как представители власти коррумпированного и бесполезного суда над всякой добродетелью и справедливостью. Во время Французской революции они стали республиканцами из-за веры в возможность создания справедливого общества, основанного на заслугах и трудолюбии, а не на привилегиях и собственности.В книге Соненшера, как и в книге Гиббона «Упадок » и «Падение » Гиббона, особое внимание уделяется действию непредвиденных последствий.

    Некоторых читателей оттолкнет кажущееся отсутствие ясности. В одном обзоре на сегодняшний день восхваляется тот факт, что Зоненшер знает, «какая часть моральной и политической мысли периода до 1789 года была уничтожена событиями Французской революции», но критически комментирует это, когда Соненшер использует термины «политика и экономика» «он в основном имеет в виду тексты на эти темы, а не на политические события и экономическую политику». (1) Я не уверен, как можно представить себе политические события и экономическую политику без ссылки на тексты, но в обзоре говорится, что сосредоточение внимания на «мысли» не позволяет Соненшеру сказать нам, «что заменило [Французскую революцию ] или почему революция навсегда изменила условия таких дебатов. В этом смысле философия истории, зародившаяся после Французской революции, остается неоценимой ». На самом деле Соненшер поступил с точностью до наоборот. Выдвигая на передний план идеи 18-го века — идеи, которые вдохновили события того времени — он убедительно опровергает интерпретации, которые связывают события с социальным классом, социальным статусом или предполагаемыми социальными антагонизмами, якобы вечными проблемами свободы и справедливости, логикой конкретного конституции в политике или необходимый процесс эволюции общества.Мысль 18-го века очаровывает, потому что используемые категории в значительной степени узнаваемы, в то время как многие из ее авторов ставили под сомнение новые миры торговли и общественного доверия, с которыми они столкнулись, без каких-либо упрощенных предположений и поверхностного анализа, которые так характерны для нашей собственной публичной сферы. Соненшер восстанавливает серьезность французского революционного аргумента, если при этом он затрудняет определение революции как отдельного события или серии событий всемирно-исторического значения.

    Если Sans-Culottes — это книга о развитии и возможных последствиях коммерческого общества в 18 веке, внимательный читатель может спросить, не были ли мы здесь раньше? Всего два года назад Майкл Зоненшер опубликовал получивший широкое признание До потопа: государственный долг, неравенство и интеллектуальные истоки французской революции . и точно очертил интеллектуальный мир аббата Эммануэля-Жозефа Сийеса, который убедил французов принять его версию национального суверенитета, а не варианты североамериканского федерализма или британского конституционализма.Соненшер также имел дело с до потопа с последствиями этого видения национального суверенитета после того, как Сийес перестал нести за него ответственность, за государственную систему Европы и сложное наследие глобальных войн, которые бушевали почти непрерывно с 1792 по 1815 год. В своей версии репрезентативной системы Сийес вслед за Гоббсом и Руссо доказывал, что политические конституции должны строиться на основе асоциальной общительности: худшие люди были дьяволами, самые добродетельные люди в определенных обстоятельствах вели себя аморально, и эта точка зрения на человеческую природу должно было быть основой всей политики.Природу вряд ли удастся улучшить. Альтернативные схемы прогресса, предполагающие внутреннюю реформу, а иногда и обещание международного мира, вытекающие из предположения, что люди могут быть моральными, вежливыми и общительными в определенных обстоятельствах, и особенно там, где могут быть найдены определенные культурные силы. Аргумент главных героев в « до потопа », таких как сам Сиеес и влиятельные помощники, такие как Пьер-Луи Родерер, заключался в том, что те, кто строили проекты реформ на основе сильных форм общительности, были обречены на создание того самого зла, которого они намеревались избежать.Они поверили в создание представительной системы, основанной на постепенных выборах, что стало возможным во Франции из-за банкротства, с которым столкнулось существующее абсолютное правительство.

    Интеллектуальная история, очерченная в Sans-Culottes , полностью отличается от До потопа , и Соненшер описывает ее как реверс медали. Если 1789 год для таких актеров, как Сийес, означал создание конституции и общества, способных справиться с темной стороной человеческой натуры и восстановить французское величие в этом процессе, то к тому времени, когда Национальное правительство приняло решение о реформе, на первый план выдвинулись различные взгляды на реформы. Собрание убедили отменить титулы, феодальные сборы и десятины.Сиеес и ему подобные подвергались критике на том основании, что потребуется не менее десяти лет, чтобы сформировать проверенных и проверенных представителей людей, которые были продуктом постепенной избирательной системы. Оппоненты Сийеса осенью 1789 года разделяли мнение, что патриотизма французского народа в условиях, когда финансирование за счет долга стимулировало экономику и положило конец финансовому кризису, было достаточно, чтобы основать новую политику во Франции.

    Зоненшер блестяще описывает политическую мысль Фейиллантов во главе с Барнавом, Дюпором и братьями Ламет, которые так успешно избавились от феодализма, предотвратили королевское вето, национализировали собственность церкви и установили наземная бумажная валюта.Он также новаторский в своем изображении попыток Этьена Клавьера использовать кредит для создания морализированного общества, проекта, лежащего в основе политической мысли Бриссотинцев. В пятой главе книги « Sans-Culottes » Соненшер дает наиболее убедительный отчет о природе идеологических разделений 1789–1791 годов и показывает, насколько существенными, но очевидными были возможности для тех, кто принял необходимость трансформации общества. монархия, видела провал патриотического варианта короля и теперь стремилась создать основу для будущей политики, основанной на финансовой трансформации государства.В традиционных историях наиболее важный вид общительности, способный вызвать патриотизм, обычно описывается как прямое участие людей в политике. Представление о том, что избранные лидеры народа, принимающие законы перед суверенными гражданами, представят в массовом порядке в галереях Законодательного собрания, современники называли демократией и оставались неотъемлемой частью любого определения Французской революции. Великое достижение Соненшера состоит в том, чтобы показать, что поворот к популярной политике был навязан Бриссотинам, первое министерство которых было известно как «министерство санкюлотов», из-за обвала налоговых поступлений в результате эмиграции, краха французской колониальной империи. , и падение стоимости assignat .Непредвиденные последствия политики необходимости показывают, как радикальные республиканские и демократические идеи стали доминировать в государстве, которое высмеивалось как одно из самых автократических в Европе и которое в 1789 году предприняло явно антидемократическую революцию. стоящие проблемы, степень столкновения патриотических взглядов и чувство постоянной необходимости искать поддержку нового типа государства, которое было столь надежным, как абсолютная монархия, в свою очередь, объясняет, почему предсказания Гоббса и его учеников, включая Сийеса, оказалось настолько точным: демократическое государство быстро уступит место анархии и гражданской войне.

    Упрощенные истории следовали взглядам тех современников, которые считали Французскую революцию апокалиптическим событием и считали, что она была вдохновлена ​​заклятым врагом современного христианства и христианских государств Жан-Жаком Руссо. Несомненно, что многие крупные и второстепенные историки идентифицировали якобинцев и жирондистов как подлинных руссоистов на тех разумных основаниях, что они почитали личность, моральный пример и труды Жан-Жака.Соненшер показывает, что ни один из историков, прямо связывающих Руссо и революцию, не мог читать сочинения Руссо, общий смысл которых расходился с тем, что произошло в 1789 и 1792–93 годах. В результате современные комментаторы не смогли понять, что у республиканских космополитов первых лет Французской революции были исключительно сложные отношения с Руссо. Основная мысль, которая была очевидна для интеллектуальных читателей Руссо в 18 веке, заключалась в том, что лидеры популярного поворота событий во Франции сознательно стремились опровергнуть и выйти за рамки взглядов Руссо на государства Европы и его взглядов. Франции в особенности.

    Руссо сделал заявление, наиболее известное в Discours sur l’origine et les fondements de l’inégalité parmi les homes , что коммерческое общество является оксюмороном. В другом месте, но наиболее откровенно в Эмиле , он предсказал крах якобы цивилизованных, но на самом деле коррумпированных и деспотических торговых обществ Европы. Возглавляемый Францией, но сопровождаемый Великобританией, возникший в результате потоп заставит континент испытать новые варварские вторжения с востока. Единственная стратегия реформ, которая имела хоть какие-то шансы на успех, заключалась в том, чтобы превратить великие государства Европы в маленькие патриотические республики, в которых могли бы процветать более базовые формы торговли и которые, будучи объединенными в конфедерацию, обладали бы военной мощью, чтобы отбросить имперские волны. восточных деспотов.Соненшер утверждает, что все наши истории на сегодняшний день не смогли реконструировать интеллектуальный мир лидеров революции 1792 и 1793 годов, тех, кто принял диагноз Руссо о недугах таких государств, как Франция, но полностью отверг его прогнозы на будущее. .

    Зоненшер — интеллектуальный историк, который считает, что описание идеологического контекста политического спора лучше всего раскрывает намерения, стоящие за конкретными произведениями о политике.Он также придерживается мнения, что категоризация субъектов исторического исследования в 21 веке путем разделения политического, экономического, религиозного и философского затемняет наше видение интеллектуальных ландшафтов 18-го века. В 18 веке аргументы в пользу политики заключались в том, чтобы убедить, что они связаны с ее вероятными последствиями для преданности и будущей жизни, для морали, для богатства, а иногда и для счастья. Замечательное достижение Соненшера состояло в том, чтобы реконструировать все эти аргументы и их взаимосвязь.Стремление состоит в том, чтобы построить внятный образ французской мысли конца 18 века. В этом есть отголоски книги Поля Азара La Crise de la европейская совесть (1935), но понятие контекста Соненшера бесконечно толще, чем у Азара. Во многих отношениях он тоже бесконечно богаче. Чтобы понять, что имеется в виду под этим, полезно привести пример стиля письма и анализа Соненшера. Это возвращает нас к книге Эрнста Людвига Карла Traité de la richesse des princes .

    In Sans-Culottes Соненшер отмечает, что Эрнст Людвиг Карл был вдохновлен выдающимися современными комментаторами подъема французской власти Пьером де Буагильбером и аббатом Сен-Пьер, оба из которых были протеже Бернара ле Бовье де Фонтенеля. Фонтенель был частично ответственен за широко распространенное картезианство того времени в форме, которая соответствовала цицероновской моральной философии. Послание каждого в отношении страстей было более оптимистичным, чем современный янсенистский августинизм, который привлек много исторических комментариев.Пьера Николя часто считают архетипом августинца, и он важен из-за того, что он изображает коммерческое общество как основанное на самых аморальных страстях, которые самолюбие преобразовало в силы для оправданных общих интересов. Соненшер считает, что Николь в конце жизни перешла к картезианству, и это означало более щедрую оценку возможностей благодати для всего человечества, гораздо больший оптимизм в отношении существования морали в современном мире и уверенность в коммерческом будущем государств. Европы основывались на страстях, связанных с развитием искусств.Это сложное утверждение лучше всего выразить словами самого Зоненшера, поскольку они характеризуют размах и стиль Sans-Culottes :

    .

    … Пьер Николь к концу своей жизни отказался от некоторых из своих ранних августинианцев, главным образом потому, что он начал сомневаться в том, может ли концепция «действенной благодати», которая вырисовывалась так широко в янсенистской сотериологии, была согласована с какой-либо идеей. человеческого выбора и, в более широком смысле, с любым последовательным взглядом на божественную справедливость, если он не подкреплен каким-либо объяснением способности человека следовать законам природы, находя что-то мотивирующее в том, что правильно и хорошо.Люди, как указала Николь (в его Traité de la grace générale от 1715 г.), обладают физической силой, чтобы выбивать себе глаза или отрезать себе носы, но на самом деле почти никогда не делают этого. Следовательно, что-то должно было объяснить, почему они использовали свои физические силы таким образом, который они считали привлекательным или приятным. Без объяснения этой более чем простой физической способности было трудно объяснить справедливость божественного возмездия за человеческую греховность или избежать вывода о том, что «действенная благодать» действует чисто произвольно.Николь, соответственно, начал приближаться к той эстетической мотивации, которая присутствует как в цицероновской, так и в картезианской теории морали, описывая то, что он считал универсальной способностью человека находить что-то приятное в том, что правильно и хорошо, как «универсальное» или «универсальное» или «универсальное». всеобщая благодать, «сделанная Богом для всех людей». Его существование (проиллюстрированное, как утверждала Николь, неуловимыми мыслями, которые возникают при чтении художественного произведения) облегчало понимание того, почему не всегда было необходимо знать, в каком-либо строгом смысле, для того, чтобы любить.Это, в свою очередь, позволило объяснить, почему люди могли соблюдать законы природы, не имея полностью сформированных представлений о том, чем они могли бы быть, и почему их неспособность сделать это тем более справедливо приписывается (однако, наоборот, идея общего благодати, казалось, означало, что люди по своей природе не общительны, — точка зрения, которая, по мнению его ужаснувшихся янсенистских критиков, заставила пересмотренную позицию Николь тревожно походить на Гоббса, в то время как более сильный акцент на человеческом выборе, связанный с идеей всеобщей благодати, означал , по мнению тех же оппонентов, что он также, непреднамеренно, открыл дверь ереси пелагианства) (стр.96–7).

    Этот абзац иллюстрирует, в какой степени Зоненшер хочет вернуть свою аудиторию к тому, что имело значение для авторов XVIII века, погруженных в теологию, когда они обсуждали, стабильно ли коммерческое общество, может ли оно быть морально оправдано, каково его влияние. на мораль и мораль, политику и конституционализм, было ли это силой мира, каковы были его необходимые отношения с общественным доверием, которое так часто казалось, что поддерживало политику в коммерческих государствах, и было ли это совместимо с христианской доктриной? Предлагая обзор таких исследований, Соненшер показывает то, что упустили историки Французской революции, включая, по его словам, «цицероновское приличие», цинический морализм, культурную и политическую критику Руссо, видение Фенелоном процветающего общества, теорию собственности Огилви. , Витализм Бонне и Лафатера, энтузиазм Эдварда Янга, теория цивилизации Джона Брауна, интеллектуальное наследие [Джона] Лоу и Лейбница [и] разочарованный моральный и политический реализм Мабли.К этому можно добавить политику армейской реформы и идеи тысячи важных, но забытых политических теоретиков и деятелей, от Горсаса до Гарата: путеводитель по всем разнообразным сочинениям которых можно найти в Sans-Culottes .

    Автор благодарен Ричарду Уатмору за его прекрасный обзор и хотел бы отослать читателей к его ответу H-France его рецензентам.

    1. Линн Хант, «Все болтуны и без штанов?», Times Higher Education , 5 февраля 2009 г. <Вернуться к (1)
    2. Майкл Соненшер, До потопа: государственный долг, неравенство и интеллектуальные истоки Французской революции (Принстон, Нью-Джерси, 2007).Вернуться к (2)

    The Sans-Culottes — The New York Times

    Но, конечно, была и темная сторона, наряду с их надеждой на революцию, был страх, что они будут преданы, а затем захвачены аристократией в заговоре с вторжением. иностранные армии — опасения, которые подпитывались слухами и выражались революционной ненавистью. И исследования Собула снова пронзают тьму истории, открывая лица, искаженные садистской яростью. Один испытывает холодок при чтении крика продавца лимонада Бодре, «который сказал, что съест сердце любого, кто выступит против санкюлотов; для нее было мало голов, мало крови текло.В «Revolution» надежда и ужас идут рука об руку.

    Я не знаю более хорошей книги, которая так ярко освещала бы революционные массы, но, возможно, как указывает сам Собул, «массы» могут вводить в заблуждение. Даже в наиболее активных секциях лишь меньшинство граждан принимало участие в их собраниях, чтобы оказать давление на Комитет общественной безопасности с целью удовлетворения их требований. Как всегда в революции, основная масса населения была пассивной, с тревогой и страхом ожидая событий.В самом деле, именно потому, что масса заморожена по инерции, может произойти революция, которая всегда является делом меньшинства. Как только серьезная опасность поражения миновала, буржуазии не потребовалось много времени, чтобы восстановить свой авторитет и отбросить санкюлотов в безвестность, откуда они появились во время террора. К тому времени ушли и лидеры, использовавшие их — Дантон, Эбер, Робеспьер.

    Собуль, марксист и профессор истории Французской революции в Сорбонне, возможно, делает посвящение санкюлотов благам революции более острым, чем это было раньше — записи, которые он вынужден использовать, являются либо полицейские записи, случайные свидетельства очевидцев, ходатайства и решения секций, все, кроме очевидцев, документы, подтверждающие это.По-прежнему многое неизвестно, в частности, насколько сильно лидерами секций манипулировали политики, участвовавшие в игре за усиление власти в центре революционной Франции. Это, однако, вряд ли всегда можно узнать в каких-либо подробностях, и то, что сделал Собул, — это осветить жизненно важный класс в политике XIX века. Тот, который до его книги был непонятным или неизвестным. Эти люди меню — ремесленники, ремесленники, продавцы, учителя начальных школ, нищие священники, разочарование которых превратилось в страх всех правительств в XIX веке.Эти правительства, будь то автократические или демократические, рано или поздно были вынуждены предоставить им лучшую заработную плату, более короткий рабочий день, начальное образование, юридическое равенство, что позволило им подняться немного выше по социальной лестнице

    Здесь, а не среди неграмотных. пролетариат, можно было найти местных лидеров не только революции, но и реакции, поскольку это был класс в состоянии брожения, теряющий, а также приобретающий, смотрящий назад и вперед, и жертвой ксенофобской истерии, а также революционного подъема. .Они не только стояли на парижских баррикадах во имя свободы, но и отстали от руководства Муссолини и Гитлера во имя общественного порядка. Лефевра, а ныне профессора истории Университета сэра Джорджа Уильямса в Монреале, долгое время изучал толпу в Лондоне и Париже. Однако он освещает (в серии элегантных и проницательных эссе) некоторые из тех же вопросов, что и Собул.Руд снова и снова подчеркивает и доказывает, что именно стремительный рост цен на продукты питания превратил законопослушных граждан в страстных членов толпы, стремящейся использовать силу для обеспечения экономической справедливости. От бунтов за джин в Лондоне в 1730-х годах до Французской революции и после нее цены на продукты питания были постоянным фактором политической нестабильности.

    Похожие записи

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.