Древнерусский женский головной убор 4 буквы: Старинный женский головной убор, 4 буквы

Содержание

Старинный женский головной убор, 4 буквы

Примеры употребления слова кика в литературе.

Пропала моя любовь, конец мечтам, и не буду я никогда своей предшественницей, и кик только они заиграли, стало мне на душе и вовсе нехорошо, ветер старости подул мне в уши, шампанское разобрало, захотелось заплакать от всего этого минора и пакости, от всех этих женатых мужчин, что держали меня за дурочку, не справляясь о потребностях души, а только нюхали бергамотовый воздух, нюхали и балдели, и пичкали икоркой, икоркой, икоркой, прельщали анфиладой квартир и машин, а сами дарили духи, духи, духи и на часы украдкой посматривали, и хвастались, хвастались, хвастались, кто чем, без разбора: кто славой, кто деньгами, кто талантами, кто тем, что он всем недоволен, и потому с ним тоже изволь считаться и уважай, раз такой двойной счет открыт, как шутила насмешница Ксюша, презиравшая эту компанию и в несуществующем городе Париже, потому что он не существует, и Ксюша, садясь в розовое авто, проваливалась в пустоту, и здесь, на твердой, родимой почве, потому как, считала она, всякая карьера полна приключений, зигзагов

Ириньица, в шелковом летнике, в кике бисерной по аксамитному полю, разливает в большие чаши мед.

Такая рельефная образность могла бы сделать честь нашему антигерою, если бы не информация Зизи Мердашвили, что Кику по этому вопросу консультировал другой парижский профессор, называть которого мы не будем по той же причине, что и первого: вряд ли кто-то захочет признать, что питал извращенный ум маньяка концепциями и силлогизмами.

Толпа - в кафтанах цветных, в сукманах летних, в сапогах смазных, козловых, сафьянных, в лаптях липовых и босиком, в киках, платках, шапках валеных - спешила к Тверским воротам.

Кики погрузилась в счастливое молчание, и Вил мельком подумал, что она, возможно, психически нездорова, а юность и наивность здесь совершенно ни при чем.

Источник: библиотека Максима Мошкова

Как научиться читать иконы

Русская икона — сложная система образов и символов, где каждая деталь и цвет имеют значение и скрывают за собой целую историю. Интересные особенности могут рассказать о времени создания иконы, ее художнике и живописной школе. Читайте, что можно узнать, взглянув на икону, если вы новичок в древнерусском искусстве.

Деревянная основа

Деревянные основы для икон. Фотография: iconmaster.by

Иконы, особенно в древности, создавали строго по технологии. Писали их на предварительно высушенных деревянных досках. Чаще всего брали липу, ясень, привозной кипарис. Смолистые породы — ель, сосну — использовали реже, поскольку они требовали сложной подготовки и долгой сушки. Если доски недосушивали, они часто трескались, и из щелей каплями вытекала жидкость, богатая эфирными маслами. К тому же cрез такого дерева мог покрываться смолистой пленкой, которая мешала наносить живописный слой.

Брусок обязательно вырезали из сердцевины бревна, поскольку в этой части древесина меньше деформируется при сушке. Если икона слегка изогнута, скорее всего, мастера взяли другую часть дерева.

Часто использовалась не цельная деревянная основа, а клееная. Бруски соединяли между собой с помощью специального раствора и шлифовали. На иконах с клееным полотном на обратной стороне заметны шпонки — узкие дощечки почти на всю ширину. Их вставляли для того, чтобы части полотна не деформировались и не смещались.

Средневековые мастера укрепляли полотно и другим способом. На лицевой стороне они снимали верхний слой дерева везде, кроме узких полос по периметру. Получалось плоское углубление в центре — ковчег — и рамки по краям. Такая конструкция делала полотно более устойчивым к искривлению. Ковчег выполнял и другие функции. На него наносили основное изображение, поэтому выступающие по краям рамки помогали сохранить лики от царапин. Образ легче было покрывать олифой: средство не вытекало из ковчега. С рамками икона выглядела гармоничнее и создавала ощущение окна в мир святых.

Подготовительный слой

Нанесение левкаса. Фотография: iconmaster.by

Прежде чем нанести живописный слой, мастера готовили основу. Сначала на дерево крепили паволоку — специальную льняную ткань. Она была редкого ткачества, «жидкая» — для того чтобы через нити просочился следующий слой, левкас.

Левкас изготавливали разными способами, у каждого иконописца был свой рецепт. Но чаще мастера смешивали клеевой раствор и мел. Клей покупали или делали из веществ, напоминающих современный желатин. Для пластичности в него добавляли льняное масло.

Левкас использовали только свежий, поэтому делали его в том объеме, который требовался для полотна. Для первого слоя в состав добавляли больше клея, чем мела, а для второго — наоборот. На старинных иконах в местах сколов можно увидеть белый слой — это и есть левкас.

Читайте также:

Часто лики писали без паволоки, но почти никогда — без левкаса. На иконы с тиснениями левкас наносили толстым слоем, а на резные иконы — в несколько тонких.

Живописный слой и оклад

Пигменты для иконописи. Фотография: ikona-radoneg.ru

Иконы писали темперным красками, многие мастерские их используют и в наши дни, несмотря на доступность масляных. Дело в том, что темпера почти не темнеет со временем. Ею расписаны саркофаги фараонов Древнего Египта, и эти орнаменты до сих пор сохранили свой цвет.

На Руси краску изготавливали на основе привозных или местных пигментов. Например, голубой получали из греческого лазурита, а рыжевато-желтую охру делали из простой глины и оксидов железа — ржавчины или других соединений. Оттенок охры зависел от пропорций: чем больше оксида железа, тем насыщенней цвет.

Порошковые пигменты разбавляли природными эмульсиями — желтками сырых яиц или целым яйцом. Когда красочный слой высыхал, его поверхность становилась матовой, а если в яичную смесь добавляли немного льняного масла, то наоборот, глянцевой. Иконы, которые мы можем увидеть в наши дни, покрыты прозрачным защитным слоем. Сейчас используют лак, а в древности мастера готовили олифу: в особых условиях варили льняное масло. Затем его наносили поверх основного изображения и на рамки.

Если на лицевой части иконы заметны небольшие отверстия, значит, раньше она была в окладе. Эти отверстия — следы маленьких гвоздиков, которыми тонкие металлические пластины крепили к деревянной основе. Оклад чеканили из меди, латуни, драгоценных металлов. На рамке тиснили растительные орнаменты, а если металл закрывал часть иконы, то тиснение на нем повторяло рисунок на доске. Оклад не только защищал иконы от повреждений, но и был частью композиции — символизировал свет, который исходил от святых.

Мастера и школы

Андрей Рублев. Троица (фрагмент). 1411 год или 1425—1427. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Уже к XIV веку на Руси сформировались несколько иконописных школ: владимиро-суздальская, московская, новгородская, вологодская, позже — палехская, строгановская и другие. Каждая из них обладала своими особенностями. Например, новгородская отличалась чеканным письмом, насыщенной палитрой и крупными элементами, а вологодская, напротив, изящной живописью и слегка осветленной тональностью. Строгановское письмо легко узнать по тщательно прописанным ликам, миниатюрным сценкам в композиции, а также по пейзажным панорамам с реками и оврагами, цветами и животными. Палехские старинные иконы более декоративные, с обилием украшений, чаще в красновато-золотистой гамме.

В разные века школы влияли друг на друга, перенимали некоторые черты. Образовывались художественные подцентры, в которых использовались собственные живописные приемы. В монастырях брались за сложные иконы для церквей, а мастера-крестьяне выбирали простые сюжеты для семейных образков. Выделялись отдельные иконописцы: Феофан Грек и Даниил Черный, Андрей Рублев и Симон Ушаков.

Возраст икон

Карп Золотарев. Богоматерь с Младенцем (фрагмент иконы во фряжском стиле). XVII. Центральный музей древнерусской культуры и искусства им. Андрея Рублева, Москва

На иконах можно увидеть и приметы времени. Если лик написан без ковчега, значит, иконе не больше 300 лет, поскольку на плоской поверхности образы начали писать лишь в XVIII веке.

Тогда же появилось фряжское письмо — живопись на манер западноевропейских храмовых росписей. Фигуры святых изображались трехмерными, а пейзаж — реалистичным. А иконы с небом вместо охристого фона начали писать в XVIII–XIX веках. Такие образы следует отличать от голубофонных икон, которые в некоторых школах создавали еще в XVI веке. С XVIII века в иконописи могли использовать масляные краски.

О возрасте раритетов можно судить и по надписям. До XV века мастера использовали устав. Буквы в уставном письме имели угловатые очертания, по пропорциям вписывались в квадрат, а слова сливались в непрерывную строчку.

Выраженные пробелы во фразах можно увидеть на иконах XVII века. С этого времени иконописцы использовали сложную кириллическую вязь с каплевидными элементами букв и обилием надстрочных символов. Этот шрифт используется в иконописи и в наши дни.

Автор: Лидия Туляганова

Эсхатологический Йом Киппур в Откровении Авраама

Эсхатологический Йом Киппур в Откровении Авраама

Андрей А. Орлов (Университет Маркетта)

... и как в нижнем мире первосвященник бросает жребий, так и в верхнем первосвященник также бросает жребий; и как внизу один из избранных предназначается для Бога, а другой изгоняется в пустыню, так и наверху – один остается со Святым, будь Он благословен, а другой отправляется в вечную бездну.

Зогар III.63a

Введение

Во второй части Откровения Авраама главный герой этого произведения, патриарх Авраам, встречает ангела, назначенного Богом быть его небесным вожатым. Это существо, называемое в апокалипсисе ангелом Иаоилом, поражает воображение созерцателя своим загадочным видом. В нашем тексте он изображается крылатым существом, с телом, сияющим подобно сапфиру, и лицом, напоминающим хризолит. Одеяние ангела также весьма необычно: он облачен в пурпурную ризу, а на голове носит тиару, напоминающую «радугу в облаке». Авраам также видит золотой посох в руке своего небесного наставника.

Исследователи уже отмечали, что ангел, сопровождающий Авраама, более всего похож на первосвященника. Так, Марта Химмельфарб утверждает, что «одежда Иаоила прямо ассоциируется со священнической одеждой. Льняная перевязь вокруг его головы напоминает о головном уборе Аарона из чистого льна» (Исх. 28:39). Другие детали облика этого ангела также указывают на его связь со священнослужением. Химмельфарб отмечает, что пурпур одеяния Иаоила напоминает нам один из цветов одеяний первосвященника, упомянутых в 28-ой главе Книги Исход. Золотой посох ангела также обладает священническим смыслом, вызывая в памяти образ жезла Аарона, который дивным образом дал побеги после восстания Коры, чтобы «показать избрание Аарона и потомков его священниками» (Числ. 17:16–26).

Химмельфарб также уделяет внимание радужному виду тиары Иаоила: по ее мнению, в этом головном уборе «совмещаются две главенствующие цветовые схемы, которые постоянно используются при описании Бога как первосвященника – белизна и разноцветное сияние».

Предание о «радуге в облаке», о которой напоминает головной убор высшего священнослужителя, известно из ряда текстов, включая описание вида первосвященника Симона из 50-ой главы Книги Премудрости Иисуса, сына Сирахова

. В позднейших раввинистических текстах встречается упоминание налобника (Cyc) первосвященника, особого украшения, прикрепляющегося к головному убору. Налобник представлял собой золотую пластину с написанным на ней Именем Божьим. Согласно преданию, он сиял подобно радуге.

Священство небесного вожатого Авраама не случайно: Иаоил появляется на решающем повороте сюжета повествования, когда юный герой веры уже оставил разрушенное святилище своего отца, оскверненное идолослужением, и получил призыв от Бога поставить Ему «чистый жертвенник». В этом смысле Иаоил появляется в нашем тексте не только как «ангел-толкователь», которому надлежит сопровождать созерцателя в его небесном путешествии, но и как фигура первосвященника, посвящающего созерцателя в тайны небесных священнослужений. Исследователи уже обращали внимание на особую богослужебную повседневность, которая пронизывает отношения Авраама с его небесным вожатым, который терпеливо объясняет созерцателю, как готовить принесение жертвы, возносить молитву Божеству и вступать в небесный чертог Престола Божьего.

Такая интенсивность культовых наставлений и приготовлений указывает на важность священнических действий для всего концептуального замысла нашего текста. Также мы видим, что в

Откровении Авраама, как и во многих других иудейских апокалипсисах, включая 14-ую главу Первой книги Еноха и 8-ю главу Завещания Левия, вступление созерцателя в небесную область имеет обрядовое измерение: оно изображается как посещение небесного храма, поэтому исследователи уже отмечали, что авторы Откровения Авраама явно рассматривали небеса как храм. Такое повышенное внимание к идеям небесного священства и небесного храма авторов изучаемого нами произведения не может быть простым совпадением, ведь Откровение Авраама было написано в особый период иудейской истории, когда авторы иудейских апокалиптических сочинений, столкнувшись с целым рядом проблем, связанных с утратой земного святилища, пытались найти новые богословские решения для поддержания традиционных священнических практик. В Откровении Авраама показана одна из таких возможностей. Там говорится о вечном существовании небесного святилища, изображаемого в форме Божественной Колесницы (Меркавы). Именно к такому святилищу и совершает свое путешествие юный герой веры, путь которого лежит от оскверненного идолами разрушенного земного алтаря к небесному храму.

Разумеется, символикой священнослужения пронизана не только вторая, апокалиптическая часть этого текста, где говорится о путешествии патриарха в небесную область, но и вся ткань псевдоэпиграфа. Как отмечалось выше, кроме Иаоила, который изображается в тексте небесным первосвященником, в Откровении Авраама также обнаруживается целый ряд других священнических фигур, включая падших священников, виновных в извращении истинного богослужения и осквернивших небесные и земные алтари. Так, Дэниэл Харлоу замечает, что помимо двух положительных священнослужителей, первосвященника Иаоила и его последователя Авраама, мы встречаем в Откровении Авраама целую галерею отрицательных персонажей-священников, включая земных священников-идолослужителей Фарру и Нахора, а также падшего небесного священника Азазеля. Наблюдение Харлоу весьма существенно, и можно без натяжек утверждать, что все главные герои славянского апокалипсиса связаны со священнослужением.

Все эти детали подчеркивают важность священнической деятельности для понятийной ткани славянского апокалипсиса, поскольку этот труд в оригинале был написан в то время, когда шел интенсивный поиск литургических и священнических альтернатив, способных возместить утрату земного святилища.

Если обнаружение священнических мотивов в Откровении Авраама не представляет значительных трудностей, то понимание отношений между описанными священническими обрядами и посвящениями, представленными в тексте, и действительными обрядовыми установлениями и праздниками, имевшими место в иудейской традиции, не выглядит таким уж простым. С какими же именно иудейскими празднествами можно соотнести жертвоприношения и посвящения Авраама? Здесь возможно несколько ответов. Так, например, Рышард Рубинкевич предполагает, что посвящение Авраама, т. е. возведение его в сан небесного первосвященника, можно связать с празднованием Пятидесятницы (Шавуот), во время которого отмечается дарование Торы Моисею на горе Синай. В поддержку своего предположения Рубинкевич ссылается на некоторые «моисеевы» подробности посвящения Авраама в священнослужители, включая его сорокадневный, как у Моисея, пост, и обозначение места жертвоприношений, совершенных патриархом, горой Хорив.

Подобная отсылка к празднику Шавуот несомненна, однако, учитывая упоминавшуюся выше сложность и многогранность развития священнических мотивов в славянском апокалипсисе, можно предположить, что культовая вселенная Откровения Авраама не ограничивается только этим одним праздником, а обуславливается связями сразу с несколькими значимыми датами иудейского литургического года. Так, некоторые особенности символики славянского апокалипсиса, включая фигуру главного отрицательного персонажа всей истории, Азазеля, а также постоянное применение образности двух жребиев, заставляют предположить, что здесь имеются в виду обряды Дня Искупления, которые, по всей видимости, играли значительную роль в богословском мировоззрении авторов.

В данной работе мы попытаемся подробно рассмотреть возможные связи между священническими традициями, найденными в Откровении Авраама, и ритуалами, имевшими место во время празднования Йом Киппур. В нашем исследовании также будет показано, что некоторые эпизоды второй, апокалиптической части псевдоэпиграфа могут рассматриваться в качестве попыток апокалиптического и эсхатологического переосмысления одной из самых загадочных церемоний иудейской духовной традиции, а именно, обряда с козлом отпущения, совершаемого на Йом Киппур.

«Моисеев» контекст дарования священства Аврааму и День Искупления

В 9–12-ой главах Откровения Авраама говорится о начале посвящения Авраама в священный сан, во время которого Иаоил обучает юного героя веры ритуалу принесения жертвы, который открывает адепту вход в небесное святилище. Исследователи уже отмечали, что некоторые детали этого посвящения вызывают в памяти историю другого известного визионера иудейской традиции, сына Амрама, удостоившегося получения особого откровения на горе Синай.

Как упоминалось выше, ученые часто отождествляли литургическое обрамление духовного посвящения Авраама с праздником седмиц, Шавуот, или, иначе, Пятидесятницей. В этот день празднуется получение Моисеем откровения на горе Синай, и этот день известен в иудейской традиции как «Праздник дарования Торы».

Многие исследователи отмечали тот факт, что некоторые из встречающихся в Откровении Авраама мотивов несомненно и явственно отражают детали и подробности получения Торы великим пророком Израиля на горе Синай. Один из важнейших мотивов этого источника здесь, позволяющий соотнести псевдоэпиграфическую историю Авраама с преданием о Моисее, – это сорокадневный пост патриарха.

Впервые о посте говорится в Отк. Авр. 9:6, где Бог повелевает Аврааму держать строгий пост в течение сорока дней. Следует отметить, что, как в преданиях о Моисее, так и в славянском апокалипсисе, этот пост необходим для получения Божественного откровения на вершине горы: «и прежде сорок дней воздерживайся от всякой пищи, приготовленной на огне, от вина и от умащения».

Тема сорокадневного поста перед восхождением на гору получает еще более явное «моисеево» обличье в главе 12, где она совпадает с целой серией мотивов, известных нам из преданий о Моисее, включая указание на гору Хорив (так называется Синай в некоторых библейских книгах) и сообщение о том, что во время путешествия созерцатель был питаем видением своего небесного наставника:

И мы шли, лишь мы вдвоем, сорок дней и ночей. И я не ел хлеба и не пил воды, потому что пищей моей было видеть ангела, бывшего со мной, а питьем моим была его беседа со мной. И я пришел к славным горам Бога, к Хореву.

Комментаторы часто усматривали в этом пассаже намек на Исх. 34:28, где говорится, что Моисей был вместе с Богом сорок дней и сорок ночей на горе Синай и не вкушал хлеба и не пил воды. Питаться он тогда мог только созерцанием Бога. Как материалы периода Второго Храма, так и более поздние раввинистические тексты открыто говорят о том, что во время своего пребывания на горе Синай, Моисей насыщался видением Божества.

Библейские рассказы об опыте созерцания богоявления, пережитом Моисеем и Илией, сходны до взаимоотражения, однако Давид Гэлперин настаивает на приоритете предания о Моисее в Откровении Авраама перед преданием об Илие. Гэлперин отмечает:

… когда ангел говорит Аврааму, что он увидит Бога «идущего прямо к нам» (гл. 16), это напоминает нам, как Бог «проходил прямо» мимо Моисея и Илии (Исх. 33:22; 34:6; 1 Цар. 19:11–12). Но только Моисею было сказано при этом, что «ты не можешь видеть лица Моего, и что «лицо Мое не будет видимо» (Исх. 33:20, 23), в точности как ангел говорит Аврааму, что «Бога Самого ты не увидишь». Моисей, а не Илия «пал на землю и простерся», когда проходил Бог (Исх. 34:8) – этим и можно объяснить невольный порыв Авраама совершить то же самое (гл. 17).

Исследователи, таким образом, убедительно показывают важность образа Моисея для авторов Откровения Авраама, которые решают перенести некоторые важные мотивы, связанные с великим пророком, в историю Авраама. Однако, несмотря на пристальное внимание исследователей к влиянию истории Моисея на образ патриарха в Откровении Авраама, нам представляется, что от них ускользнула одна немаловажная деталь, а именно, тот факт, что Моисей совершает свой сорокадневный пост после борьбы с идолослужением и разрушением золотого тельца, и перед тем, как вернуться на Синай и второй раз получить от Божества скрижали Завета.

Интересно, что в Откровении Авраама, как и в изложении книги Исход, сорокадневный пост приходит на смену борьбы героя с идолами. Нельзя не заметить известный параллелизм между рассказами о двух визионерах. Как Моисей сжигает золотого тельца (Исх. 32), а после налагает на себя пост (Исх. 34), так и Авраам вначале сжигает отцовского идола – статую по имени Варисат. В обоих случаях важно то, что очистительный пост обоих героев начинается сразу после их расправы с идолослужением и разрушением идолов.

Повествование о посте героя после его победы над идолом в данном контексте имеет явственно культовое значение и, по нашему мнению, является очень значимым как для верного понимания священнического фона истории патриарха, так и для уточнения ее связи с ритуалами Дня Искупления.

При этом главный вопрос здесь остается открытым – а именно как можно согласовать специфику обрядов, имевших место на Йом Киппур, с «моисеевыми» подробностями посвящения Авраама, если исходить из того, что все детали повествования, вне всякого сомнения, указывают на мотивы Шавуот, обряда, посвященного празднованию получения Моисеем скрижалей Завета?

Интересно отметить, что в позднейших раввинистических текстах день, в который Моисей во второй раз получил скрижали Завета, часто отождествлялся с днем другого иудейского празднества, а именно Дня Искупления. Так, в трактате Вавилонского Талмуда Бава батра 121a засвидетельствовано следующее предание:

…Понятно, почему День Искупления [установлен как праздничное событие, ибо это] день прощения и забвения, [а также тот] день, в который Скрижали были даны во второй раз ….

Подобную же традицию мы находим также и в трактате Вавилонского Талмуда Таанит 30b:

…Рабби Симон бен Гамалиэль сказал: Никогда не было в Израиле более великих дней радости, чем пятнадцатый день месяца Ав и День Искупления. Я могу понять, почему День Искупления, потому что это день прощения и снисхождения, и потому что в этот день Скрижали Закона были даны во второй раз ….

Думается, что эта череда преданий о «дне прощения и снисхождения» восходит к библейским преданиям, подобным Исх. 32:30, где говорится, что после того, как народ поклонился золотому тельцу, Моисей поведал людям о своем пути к Богу ради прощения и отпущения их греха.

В некоторых других отрывках из мидрашей связь покаяния израильтян после поклонения золотому тельцу (Исх. 33) с установлением праздника Йом Киппур объясняется еще точнее. В этих текстах покаяние рассматривается как отправная точка дальнейшего соблюдения Дня Искупления. Так, в Тана де-бей Элияху рабба 17 мы читаем:

Когда Израиль был в пустыне, они оглупили себя своими злодеяниями, но после они упрекнули себя и раскаялись наедине, как и было сказано. Как только Моисей вышел в Скинию, все люди встали и поднялись, каждый у входа в свою скинию, и глядели Моисею вслед. И как только Моисей вошел в Скинию, столп облачный сошел и встал у входа в Скинию.... И когда все люди увидели столп облачный, застывший у входа в скинию, все люди встали и завыли горестно, каждый у входа в свою скинию (Исх. 33:8, 9, 10), так переживая свое раскаяние каждый под сенью собственной скинии. И сострадание Божье переполнило Его, и Он дал им, их детям и детям их детей до скончания всех поколений День Искупления как способ заслужить Его прощение.

Следует заметить, что этот пассаж из Тана де-бей Элияху рабба напоминает о сходных событиях, описанных в 33–й главе Книги Исход, произошедших непосредственно после эпизода с золотым тельцом. Мидраши свидетельствуют о том, что раввинистическая традиция настойчиво пытается связать учреждение обрядов отпущения в Йом Киппур с преданиями, рассказывающими о вторичном получении Моисеем скрижалей Завета.

Так, один отрывок из так называемых Глав рабби Элиезера (Пиркей де-рабби Элиезер) раскрывает перед нами предание, связывающее видение Моисеем Славы Божьей (Исх. 33) с Днем Искупления:

Моисей сказал: В День Искупления я обрету славу Святого Единого, да будет Он благословен, и я добьюсь отпущения неправд Израиля. Моисей говорил пред Святым Единым, да будет Он благословен, Владыка всей вселенной. «Покажи мне, молю Тебя, Славу Твою» (Исх. 33:18). Святой Единый, да будет Он благословен, сказал ему: Моисее! Ты не возможеши узрети славу Мою, дондеже умреши, яко сказано: «Не может человек увидеть Меня и остаться жив» (Исх. 33:20).

Это предание о попытке Моисея стяжать Славу Божью (Кавод) оказалось встроенным здесь в литургический антураж Йом Киппура, и, таким образом, стало своего рода предвосхищением видения первосвященником сокровенной Славы Божьей в Святая Святых на День Искупления.

Еще более важным для нашего исследования является тот факт, что некоторые пассажи из мидрашей соединяют сорокадневный аскетический подвиг Моисея на Синае с установлением Дня Искупления. Так, в главе 46–ой Пиркей де-рабби Элиезер, мы встречаем следующее предание:

Сын Вифиры сказал: Моисей провел сорок дней на горе, обдумывая смысл слов Торы и исследуя ее буквы. А после сорока дней он взял Тору и сошел в десятый день месяца, в День Искупления, и передал это как непреходящее наследие чадам Израиля – как и сказано: «И это будет на тебе непреходящий устав» (Лев. 16:34).

Следует отметить, что в этом пассаже из Пиркей де-рабби Элиезер откровение, данное сыну Амрама, связывается с постановлениями о праздновании Йом Киппура, данными в 16–й главе Книги Левит. В другом пассаже, который может быть найден в Тана де-бей Элияху зута, совпадение мотивов еще удивительнее: сорокадневный пост, предшествовавший вторичному получению Моисеем скрижалей, соединяется с установлением практики самоограничения на Йом Киппур:

В течение последних сорока дней, когда Моисей взошел второй раз на гору Синай, чтобы получить Тору, Израиль постановил для себя, что этот день должен быть отведен для поста и самопорицания. В последний день из сорока они опять постановили порицать себя и проводить всю ночь в таком самопорицании, чтобы не позволить склонности ко злу иметь какую-либо власть над ними. Утром они встали рано и отправились к подножию горы Синай. Они рыдали при встрече с Моисеем, и Моисей рыдал при встрече с ними, и все рыдание их поднималось в высоту. Но как-то сострадание Святого Единого обратилось и на их сторону, и дух святой дал им добрые вести и великое утешение, как Он сказал им: Чада Мои, я обещаю Своим великим Именем, что это рыдание превратится в радостное рыдание за вас, потому что этот день станет днем прощения, отпущения и забвения для вас – для вас, для детей ваших и для детей ваших детей до самого конца всех поколений.

Все эти свидетельства из раввинистической литературы показывают, что в позднейших иудейских источниках борьба Моисея с идолопоклонством, его сорокадневный пост, его видение Божества и принятие великого откровения на горе Синай были истолкованы как череда определяющих событий, ведущих к установлению обрядов Йом Киппура. Более того, в некоторых из этих преданий аскетический подвиг Моисея воспринимался как своего рода космологический прообраз тех символических действий, которые ежегодно, пока стоит Храм, совершает иудейский первосвященник, входя во время празднования Йом Киппура в Святая Святых.

Теперь следует вернуться снова к Откровению Авраама, в котором мы находим очень похожее сочетание мотивов. В свете изученных выше традиций, можно предположить, что, переосмыслив этот набор преданий о сыне Амрама, авторы апокалипсиса попытались связать священнодействия патриарха на горе Хорив с получением Моисеем во второй раз Скрижалей Завета – то есть с событием, которое в раввинистической традиции трактовалось как учреждение праздника Йом Киппур.

Интересно, что в Откровении Авраама, как и в уже упоминавшихся раввинистических источниках, покаянный сорокадневный пост за грех идолослужения связывается с образностью Дня Искупления. Возможно, что в славянском апокалипсисе, как и в раввинистических повествованиях, сходное сочетание мотивов жизни Моисея также обусловлено символикой дня Йом Киппур.

Некоторые исследователи отмечали наличие образности праздника Йом Киппур в Откровении Авраама, однако до сих пор не представлено удовлетворительного объяснения внезапному появлению в авраамическом псевдоэпиграфе именно этой цепочки преданий, связанных с козлом отпущения Азазелем и символикой двух жребиев. В этом отношении следует заметить, что другие псевдоэпиграфы, посвященные Аврааму (напр., Завещание Авраама), содержащие некоторые общие понятийные принципы с Откровением Авраама, совершенно никак не касаются символики ритуалов Дня Искупления. Эта образность отсутствует и в других ранних внебиблейских обработках истории патриарха, которые можно обнаружить в Книге Юбилеев, у Иосифа Флавия, Филона Александрийского и в позднейших раввинистических источниках (Берешит рабба, Тана де-бей Элияху рабба, Седер Элияху рабба). Во всех этих книгах мы не найдем каких-либо отсылок к Азазелю, или к образности двух жребиев, то есть к тем темам, которые играют столь важную роль в Откровении Авраама. Более того, в упоминавшихся выше повествованиях об Аврааме также не используется никаких преданий о Моисее в интерпретации истории патриарха.

Тем не менее, уникальность всей этой цепочки мотивов дает возможность предположить, что в славянском апокалипсисе история патриарха должна рассматриваться не в контексте библейского описания истории Моисея, но в связи с позднейшими ее разработками, которые мы находим в рассмотренных нами раввинистических источниках. В этой более поздней версии борьба героя с идолослужением и его аскетическая самоотверженность сочетаются с установлением норм и обычаев празднования дня Йом Киппур. В этом смысле мистическое переосмысление некоторых тем истории Моисея в нашем апокалипсисе, таких, как например, тема его чудесного насыщения через созерцание небесного существа во время его сорокадневного поста, являют собой серьезное отклонение от первоначального библейского образца.

Два жребия

От жертвенного животного к падшему ангелу

Одна из самых сложных задач в обосновании тезиса о том, что в Откровении Авраама действительно имеют место культовые традиции и церемонии празднования Йом Киппур, заключается в том, что в описании жертвоприношений Авраама мы не встречаем никаких ясно выраженных отсылок к «двум козлам» библейских и раввинистических преданий. Эти эмблематичные жертвенные животные играли особую роль в обряде Йом Киппура, где один козел приносился в жертву Богу, а другой направлялся в пустынное место в жертву Азазелю.

В Откровении Авраама, подвергшемуся серьезному влиянию енохической традиции, понимание главных обрядов и церемоний праздника Йом Киппур также оказывается определенным образом переработанной особой енохической реинтерпретацией козла отпущения, который теперь изображается не как жертвенное животное, но как низвергнутый обитатель неба. Исследователи уже отмечали, что в Книге Стражей обряд с козлом отпущения получает поразительную ангелологическую реинтерпретацию. При этом некоторые подробности загадочного жертвенного обряда отпущения козла являются теперь вплетенными в историю главного отрицательного персонажа – падшего ангела Азаила. Так, в 1 Енох 10:4–7 мы читаем:

И сказал опять Господь Руфаилу: «Свяжи Азаила по рукам и ногам и положи его во мрак; сделай отверстие в пустыне, которая находится в Дудаеле, и опусти его туда. И положи на него грубый и острый камень, и покрой его мраком, чтобы он оставался там навсегда, и закрой ему лице, чтобы он не смотрел на свет! И в великий день суда он будет брошен в жар (в геенну). И исцели землю, которую развратили ангелы, и возвести земле исцеление, что Я исцелю ее…».

Несколько выдающихся знатоков апокалиптических традиций уже отмечали, что некоторые подробности наказания Азаила напоминают обряд, совершаемый с козлом отпущения. Так Лестер Граббе отмечает целый ряд параллелей между рассказом об Азаиле в Первой книге Еноха и предписаниями в 16–й главе Книги Левит, включая «сходство имен Азаила и Азазеля, наказание в пустыне, возложение греха на Азаила/Азазеля и конечное исцеление всей земли». Также и Дэниэл Штекль Бен Эзра подчеркивает тот факт, что наказание демона в Первой книге Еноха напоминает нам о реалиях ритуала козла отпущения, «включая сходство в географии, способе действия, времени, и цели». Так, место наказания Азаила обозначено в Первой книге Еноха как Дудаэль, что напоминает о раввинистической терминологии для обозначения ущелья козла отпущения в позднейших раввинистических толкованиях обряда дня Йом Киппур. Штекль Бен Эзра отмечает, что «название места суда на удивление сходно в обоих преданиях и может быть возведено к общему источнику».

В некоторых Кумранских источниках также используется сходная ангелологическая реинтерпретация образа козла отпущения, в частности, во фрагментах, в которых решено включить Азазеля в историю восстания ангельских Стражей, представляя его в роли эсхатологического вождя падших ангелов. Так, в 4Q180 1:1–10 говорится:

Толкование на «века, которые Бог создал»: век включает все [что есть] и что будет. Прежде сотворения их Он определил их действия [согласно последовательности веков], один век после другого века. И сие начертано на [небесных] скрижалях на все века их [сынов человеческих] господства. Такова родословная сыновей Ноя, от Сима до Авраама, родившего Исаака, десять поколений. И толкование на Азазеля и ангелов, [пришедших к дщерям человеческим, и рождали] они исполинов. И об Азазеле [написано, что любит] он неправду и что наследовать он будет зло весь свой век ….

Лестер Граббе указывает на другое важное доказательство – фрагмент из Книги Исполинов, найденный в Кумране (4Q203). В этом источнике наказание за все грехи падших ангелов возлагается на Азазеля.

В позднейших раввинистических источниках жертвенное животное, известное из обряда с козлом отпущения, также связывается с историей бунта небесных Стражей. Так, например, в трактате Вавилонского Талмуда Йома 67b зафиксировано следующее предание:

Школа Рабби Ишмаэля учила: Азазель зовется так потому, что он несет на себе отпущение за дело Узы и Азаила.

Как мы видим, парадоксальная связь между образами козла отпущения и падшего ангела зафиксирована в немалом количестве важных источников, охватывающих весьма продолжительный период времени. Эта связь в последнее время признана подавляющим большинством исследователей.

Похоже, что такая же ангелологическая реинтерпретация козла отпущения существует и в Откровении Авраама, где Азазель, как и главный противник енохической традиции, изображается в качестве падшего ангела. Многие ученые уже прежде отмечали, что история Азазеля в апокалипсисе отражает в себе некоторые подробности енохического мифа о падших Стражах. Так, например, Рубинкевич утверждает, что

… автор Откровения Авраама следует традиции 1 Енох 1–36. Здесь глава падших ангелов – Азазель, управляющий звездами и большинством людей. Нетрудно обнаружить здесь предание из Быт. 6:1–4, переработанное согласно традициями Первой книги Еноха, где Азазель – глава ангелов, восставших против Господа и позднее соблазнивших дочерей человеческих. Эти ангелы сравниваются со звездами. Азазель открывает тайны небес, за что и приговаривается к ссылке в пустыню. Авраам, как и Енох, получает власть изгонять Сатану. Все эти связи свидетельствуют о том, насколько автор Откровения Авраама полагался на предания Первой книги Еноха.

Очевидно, что в славянском апокалипсисе, как и в енохических и Кумранских источниках, Азазель – это уже не священное животное, а ангельское существо. Уже при своем первом появлении в тексте (Отк. Авр. 13:3–4), он представлен в виде «птицы нечистой». Поскольку в Откровении Авраама все ангелы изображаются в образе пернатых, и Иаоил изображен с телом грифа, появление Азазеля как «птицы» указывает на его ангельское обличье.

Предположение, согласно которому Азазель некогда был ангелом, далее развивается в 13–ой главе, в которой повествуется о небесных одеяниях, которыми этот демон некогда обладал: «Вот одеяние, которое на небесах раньше было твоим».

Однако по сравнению с ранними енохическими вариациями ангельские черты Азазеля в славянском апокалипсисе изображаются куда более продуманно. Лестер Граббе считает, что описание главного отрицательного персонажа в Откровении Авраама являет собой «сложный образ повелителя демонов, который носит имя Азазель». По мнению Граббе, «Азазель здесь уже не просто один из вождей падших ангелов, но вождь всех демонов. Образы, которые ранее были разрозненными, теперь совпали, и разные имена теперь стали просто разными прозвищами одного и того же дьявола».

Козел для Яхве?

Симметрия Авраама и Азазеля в тексте славянского апокалипсиса вновь заставляет нас вспомнить енохическую традицию и ее легендарного героя – седьмого патриарха. В обоих случаях протагонисты явно служат своего рода отражениями или даже «зеркалами» своих противников, – отрицательных героев, ибо в обеих историях герой и антигерой обмениваются друг с другом ролями и свойствами. Как Енох получает священнические и небесные служения Азаила на небесах, тогда как падший ангел наделяется человеческими ролями на земле, так и в Откровении Авраама Азазель передает свои ангельские регалии герою веры. Таким образом, представитель каждой стороны принимает роль и служение своего противника, вступая в бывшее место его обитания. В этом отношении стоит отметить, что переход отрицательного героя славянского апокалипсиса в низшую область, подобно переходу Азаила в енохической традиции, включает два этапа: вначале его свержение на землю, а уже потом – в подземную огненную бездну.

Более того, как и в Книге Стражей, в авраамическом псевдоэпиграфе главный герой движется в направлении, противоположном своему противнику: он восходит на небо, обретая при этом особый священнический статус и облачаясь в небесные одеяния, позволяющие ему вступить в высшую Скинию. Восхождение патриарха к вышним святыням имеет здесь, как и в Первой книге Еноха, явственно культовое значение, показывая связь с обрядом Йом Киппура, где вхождение первосвященника в место Божьего присутствия представляло собой кульминацию празднества. Более того, вполне возможно, что восхождение Авраама в Святая Святых небес здесь должно пониматься как вобравшее в себя измерения не только священнослужения, но и жертвоприношения, ввиду наличия симметричного соответствия между патриархом и небесным козлом отпущения, – симметрии, постоянно подчеркиваемой в тексте противопоставлением жребиев Авраама и Азазеля.

Славянский текст утаивает многие детали, и остается неясным, воспринимается ли Авраам в славянском апокалипсисе в качестве жертвенного козла Господу или нет. Однако в некоторых загадочных преданиях, отразившихся в тексте, есть намеки и на такую возможность. Как известно из библейских и раввинистических описаний обряда Йом Киппур, плоть козла, предназначенного для Яхве, истреблялась огнем, тогда как его кровь, которая в иудейской традиции являет собой душу жертвенного животного, после вносилась первосвященником в Святая Святых и использовалась для очищения.

В свете этих преданий, можно ли понимать вступление Иаоила и Авраама в небесный чертог и доступ к небесному престолу как аллюзию на вхождение первосвященника в Святая Святых в обряде Йом Киппур для принесения очистительной жертвы?

Интересно, что в Отк. Авр. 13:4–5 Азазель предупреждает своего противника, представляющего Божественный удел, что тот будет уничтожен огнем вместе с жертвенными животными:

И заговорила со мной нечистая птица, и сказала: «Что тебе, Авраам, на священных высотах, где ни едят, ни пьют, и где нет пищи для человека? Ведь все это пожрется огнем и сожжет тебя. Оставь мужа, который с тобой, и беги, потому что когда взойдешь на высоту, тебя погубят».

Загадочное предупреждение Азазеля остается одной из самых глубоких тайн данного текста, но сам мотив встречи созерцателя с огнем кажется важным для авторов псевдоэпиграфа, которые видят в огне материю богоявления, окружающую само присутствие Божества. Так, позднее в том же тексте вступление Авраама в Божественную обитель представляется в виде вхождения в огонь. Может ли обещание небесных одеяний патриарху в Откровении Авраама означать и здесь, как и во многих других апокалиптических повествованиях, что его смертное тело изменится в огненном преображении? К сожалению, текст не дает прямого ответа на этот вопрос.

В целях лучшего понимания эсхатологической роли Авраама как «козла для Яхве» и его связи с Божественным жребием следует более подробно исследовать символику жребиев в славянском апокалипсисе.

Эсхатологические жребии

Как уже отмечалось, удивительное ангельское преображение жертвенного животного, связанного со жребием Азазеля, играло важную концептуальную роль в иудейской апокалиптике и эсхатологии. Однако здесь нельзя забывать и о другом важном аспекте символизма обрядов Йом Киппура, который также оказал решающее влияние на содержание некоторых апокалиптических произведений времен Второго Храма, включая свитки Мертвого моря. В Кумранских рукописях мы встречаем частое употребление образа двух жребиев – того самого символа, который можно считать исключительно важным для обрядовых действ с козлом отпущения. Как и образ Азазеля, получающего новое небесное обличье, символика жертвенных жребиев также получает здесь свое новое эсхатологическое истолкование. Так, в целом ряде Кумранских источников (1QM, 1QS, 4Q544 и 11Q13) два жребия стали ассоциироваться не с двумя жертвенными козлами, но с небесными и эсхатологическими персонажами: как положительными (Мелхиседек, Князь Светов), так и отрицательными (Мелхиреша, Велиар или Ангел Тьмы). Эти духовные лидеры понимаются в наших источниках в качестве вождей «уделов человечества» и ассоциируются со жребиями добра и зла, света и тьмы. В Кумранских источниках эти эсхатологические жребии, представляющие уделы добра и зла, часто обозначаются как «люди жребия Мелхиседекова» (11Q13 2:8) и «люди жребия Велиарова» (5Q11 1:3).

Подобное эсхатологическое переосмысление жребиев широко представлено и в Откровении Авраама. Многочисленные ссылки на два жребия появляются во многих местах второй, апокалиптической части псевдоэпиграфа. Исследователи уже отмечали, что особые понятийные комплексы, окружающие образ жребиев, напоминают эсхатологические толкования и терминологию Кумранских документов. Так, уже отмечалось, что слово «часть», одно из обозначений жребиев в славянском тексте, соотносится с еврейским lrwg, термином, занимающим важное место не только в описании обряда с козлом отпущения, но и в Кумранских источниках.

Подобно тому как в Кумранских источниках жребии связываются с ангельскими представителями (такими, как Велиар и Мелхиседек), так и в Откровении Авраама жребии теперь привязаны не к жертвенным животным обряда отпущения, но к главным героям апокалиптического повествования: падшему ангелу Азазелю и вознесенному патриарху Аврааму.

Однако по сравнению с Кумранскими рукописями, в славянском изложении темы жребиев связь с преданиями об обряде с козлом отпущения становится более четкой и потому более узнаваемой. Так, в 13–й главе Откровения Авраама, в одном из первых пассажей, где упоминаются два «жребия» или «части», можно легко различить отсылки к конкретным подробностям очистительного ритуала, совершаемого на праздник Йом Киппур:

И сказал ему: «Не гоже тебе, Азазель‚ потому что доля Авраама на небесах, а твоя на земле. Потому что ты избрал ее и полюбил обитель скверны своей. Поэтому Превечный Сильный Владыка сделал тебя жителем земли».

Здесь упоминание места обитания отрицательного героя в качестве жилища нечистоты (слав. скверны) напоминает нам о процессе сакрального удаления загрязнения в необитаемую область, осуществляемую при помощи Азазеля и являющуюся одной из наиболее значимых функций обряда козла отпущения.

Дальнейшие параллели можно увидеть и в описании другого жребия, жребия Авраама. Как и в поминании Дня Искупления, где жребий козла для Яхве назывался жребием для Господа, так и в Отк. Авр. 20:5 жребий Авраама теперь обозначается как жребий Божества:

И сказал мне Превечный Сильный: «Аврааме». И я сказал: «Вот я!» И он сказал: «Погляди сверху на звезды, что под тобой, сосчитай их и скажи мне число их!» И я сказал: «Разве смогу я? Ведь я всего лишь человек!» И он сказал мне: «Подобно числу звезд и множеству их, сделаю я семя твое собранием народов и народом, отделенным для меня в жребии моем с Азазелом».

Аналогичное отождествление праведного жребия со жребием Господа мы находим и в Кумранских источниках. Здесь следует отметить, что параллели между образами «жребиев» в Откровении Авраама и в Кумранских источниках весьма часто привлекали внимание ученых, которые, тем не менее часто не замечали сходство между символикой жребиев в славянском апокалипсисе и в раввинистических текстах. Между тем описания жребиев в Откровении Авраама демонстрируют тесную связь с раввинистическими описаниями ритуалов и церемоний празднования Йом Киппур, представленных в Мишне и в Талмуде. Особенно интересной параллелью здесь является пространственное размещение жребиев с левой и с правой стороны, которое мы находим как в славянском апокалипсисе, так и в раввинистических сочинениях.

Так, в пассаже из 22–й главы Откровения Авраама изображаются две части человечества, разделенные на два жребия и расположенные соответственно слева и справа:

И он сказал мне: «Те, что на левой стороне, это множество издавна существующих племен, и после тебя им определено: одним – суд и правосудие, а другим – месть и гибель до конца веков. А те, что на правой стороне видения, это народ, отделенный для меня от тех народов, что с Азазелем. Это те, кому определено родиться от тебя и называться моим народом».

В Отк. Авр. 27:1–2 и 29:11 вновь повторяется аналогичное разделение на два жребия – на левой и на правой стороне:

И я смотрел и видел, и вот, поколебалось видение, и с левой его стороны отошли люди народов и брали в плен тех, что на правой стороне: мужчин, женщин и детей. И одних закалывали, а других держали у себя. (Отк. Авр. 27:1–2).
И я смотрел и видел мужа, выходящего с левой стороны, от народов. И вышли из страны народов множество людей – мужчины, женщины и дети, и кланялись ему. (Отк. Авр. 29:11).

Следует отметить, что, если в Кумранских источниках пространственное размещение жребиев на левой и правой сторонах не имеет особого культового значения, в раввинистических описаниях обряда отбора козлов на праздник Йом Киппур оно получает наиважнейший литургический смысл.

В этом отношении интересно отметить, что пространственное распределение жребиев на правой и левой стороне в Откровении Авраама напоминает описания в трактате м. Йома, в котором обряд выбора двух козлов, одного для Яхве и другого для Азазеля, также связан с символикой левой и правой стороны.

Так, в м. Йома 4:1 мы встречаем следующее предание:

Он встряхнул короб и вынул из него два жребия. На одном было написано «Для Господа», а на другом было написано «Для Азазеля». Совершитель был справа, а глава отцовского дома слева. Если жребий, носящий имя, попадал в правую руку, совершитель говорил ему: «Мой господин первосвященник, подними твою правую руку», а если он попадал в левую руку, то глава отцовского дома говорил ему: Мой господин первосвященник, подними твою левую руку. И эти руки возлагались на двух козлов мужеского пола и говорилось: «Искупительная жертва Господу».

Если в этом пассаже из Мишны правая сторона и не отождествляется напрямую с Божественным жребием, как в славянском апокалипсисе, то в ходе дальнейшего развития этой традиции в Вавилонском Талмуде авторы текстов открыто настаивают именно на этой параллели. Так, в трактате Вавилонского Талмуда Йома 39a сказано следующее:

Наши учителя говорили: все те сорок лет, которые служил Симон Праведный, жребий [для Господа] всегда выпадал в правую руку, но с того времени он выпадал то в правую руку, то в левую. И в то время темно-красная перевязь становилась белой, а с тех пор она то становилась белой, то нет.

Образность отбора козлищ в раввинистических источниках, в процессе которого козел отпущения ставится по левую сторону, а козел для Господа – по правую, напоминает нам пространственное распределение жребиев в Откровении Авраама, где точно так же люди Божественного жребия оказываются с правой, а люди жребия Азазеля – с левой стороны.

Эсхатологическое восстановление празднества Йом Киппур в

Откровении Авраама: Обряд с козлом отпущения

Первосвященник и Азазель

Как в енохических преданиях, где наиболее значимые функции как положительных, так и отрицательных героев раскрываются через их вовлеченность в культовые обряды, так и в славянском апокалипсисе Авраам, равно как и его противник Азазель, также получают священнические полномочия. Как было сказано выше, понимание их взаимодействия как культового пронизывает всю структуру псевдоэпиграфа, в котором все ключевые персонажи наделены обрядовыми функциями. Как уже упоминалось, самые зримые культовые атрибуты даны, конечно же, Иаоилу, который изображается в данном тексте в виде небесного первосвященника и высочайшего наставника ангельского хора. Постоянно повторяющиеся наставления о священных обрядах и жертвоприношениях, которые великий ангел дает своему земному спутнику Аврааму, раскрывают образ Иаоила в качестве самого важного священнослужителя на протяжении всего повествования. Можно предположить, что, выступая в качестве наставника и мистагога обрядовых практик, Иаоил раскрывает свое учение патриарху не только устно, но и непосредственно вовлекая его в исполнение обрядов. Один из примеров таких культовых действий мы, возможно, встречаем в 13–й и 14–й главах Откровения Авраама, где Иаоил выполняет один из главных очистительных обрядов Йом Киппура, в котором нечистота переносится на Азазеля, и козел отпущения выдворяется в дикие места.

Так, в Отк. Авр. 13:6–12 мы находим следующее загадочное описание действий небесного первосвященника Иаоила по отношению к эсхатологическому козлу отпущения Азазелю:

И сказал ему: «Не гоже тебе, Азазель‚ потому что доля Авраама на небесах, а твоя на земле. Потому что ты избрал ее и полюбил обитель скверны своей. Поэтому Превечный Сильный Владыка сделал тебя жителем земли. Из-за тебя существует злой дух лжи, и из-за тебя гнев и напасти на поколениях неправедных людей. Потому что не допустил Превечный Сильный праведным быть телом в твоей власти, для того чтобы укрепилась ими праведная жизнь и гибель неправедности. Слушай, Советник, ты будешь посрамлен мной, потому что не всех праведников дано тебе испытывать. Отойди от этого человека! Ты не сможешь соблазнить его, потому что он враг тебе и тем, кто следует за тобой, и любит то, что ты пожелаешь. Вот одеяние, которое на небесах раньше было твоим, отложено для него, а тлен, который был в нем, перейдет на тебя».

Принимая во внимание тот факт, что Иаоил понимается в тексте в качестве культового служителя высшего уровня, можно предположить, что его обращение к козлу отпущения имеет здесь обрядовый смысл и явственно напоминает некоторые действия первосвященника на празднике Йом Киппур.

Первое, что привлекает наше внимание, – это содержащийся в речи Иаоила призыв удалиться прочь. Криспин Флетчер-Луи отмечает возможную связь между приказанием, найденным в Отк. Авр. 13:12 – «Отступи от мужа сего!» – и распоряжением, произносимым перед козлом отпущения в м. Йома 6:4 – «Прими [наши грехи] и ступай прочь».

Исследователи уже отмечали, что некоторые технические термины 13–й главы славянского апокалипсиса обнаруживают связь с литургическим лексиконом праздника Йом Киппур. Так, Дэниэл Штекль Бен Эзра обращает наше внимание на выражение «посылать», относящееся к Азазелю, которое может быть найдено в Отк. Авр. 13:10 и которое Александр Кулик возводит к греческому ἀποστέλλω или еврейскому xl#. Штекль Бен Эзра выдвигает гипотезу, согласно которой этот термин «может намекать на посылание козла отпущения в пустыню».

Выражение «в месте твоей нечистоты» (слав. въ жилище скверны твоея) также заслуживает внимания, так как оно имеет отношение к «очистительному» смыслу обряда с козлом отпущения: весь этот обряд строился вокруг культового представления, согласно которому, нечистота, возложенная на жертвенное животное, оказывалась удалена в «место обитания» демона в диком месте.

Выражение укоров и упреков по отношению к Азазелю в Отк. Авр. 13:6 и 13:11 также может служить свидетельством ритуальных проклятий, возлагаемых на жертвенное животное в обряде козла отпущения.

Другая важная культовая черта речи Иаоила – это упоминание ангела о том, что порча (слав. тление) праотца народа Израильского теперь перенесена на Азазеля. Размышляя над этим выражением великого ангела, Роберт Хельм усматривает в нем связь с преданиями, содержащимися в обрядах праздника Йом Киппур. Исследователь предполагает, что «перенос порчи Авраама на Азазеля может быть скрытым намеком на обряд с козлом отпущения». Сходным образом и Лестер Граббе отмечает, что высказывание о том, что порча Авраама перешла на Азазеля, предполагает действие отпущения. Возможно также, что первосвященник Иаоил выполняет здесь так называемое «действие переноса» – важнейшую часть обряда с козлом отпущения, когда первосвященник «переносит» грехи Израиля на голову ритуального животного через исповедание и возложение рук.

Авраам и козел отпущения

Очевидно, что в Откровении Авраама Иаоил действует как первосвященник, объясняющий и показывающий священные установления и обряды своему юному послушнику Аврааму. Такая параллель между поучениями наставника и действиями его последователя наглядно проявляется уже в самом начале апокалиптического раздела изучаемого произведения, где патриарх неуклонно следует указаниям своего небесного учителя о правильном приготовлении жертвы. Такой же пример жреческого установления, когда посвящающий отдает распоряжения, а посвящаемый их тщательно исполняет, мы находим и в описании обряда с козлом отпущения.

Так в 14–й главе Откровения Авраама, после описания ритуальных действий Иаоила по отношению к Азазелю, теперь уже сам Авраам получает от ангела наставление, как ему поступать с козлом отпущения:

Скажи ему: «Да станешь ты головней печи земной! Иди, Азазель‚ в непроходимые земли! Власть твоя – над теми, кто с тобой, над людьми, рождающимися со звездами и облаками, доля которых – ты и которые через твое бытие существуют. А праведность – враг твой. Потому исчезни от меня через собственную гибель!» И я сказал слова, которым он научил меня. (Отк. Авр. 14:5–8).

В этом повествовании ритуальные формулы «отпущения» оказываются еще более решительными и четкими, нежели в уже исследованном отрывке из 13–й главы. В их число теперь входят такие приказания козлу отпущения, как «иди» и «исчезни от меня» (слав. «буди от мене исчезлъ»).

Другой существенной деталью текста представляется выражение «Ступай, Азазель, в неистоптанные части земли», указывающее на то, что конечный пункт изгнания демона находится в тех частях мира, где не ступала нога человека. Выразительное славянское слово «беспроходна» с удивительной точностью подчеркивает смысл недосягаемости этих мест для человека, ибо люди не могут даже пройти туда. Размышляя над формулировками 16–й главы Книги Левит, где говорится, что козел отпущения изгоняется «в одинокое место» (hrzg Cr)-l)) «в пустыню» (rbdmb), Джейкоб Милгром замечает, что «цель, с которой козел отпущения отправляется в дикое место, заключается в его удалении прочь из места человеческого обитания».

Приведенные наблюдения позволяют нам предположить, что в описании, содержащемся в Откровении Авраама, мы встречаем еще одну, т. н. «удаляющую» функцию обряда с козлом отпущения, когда нечистота должна быть изъята из человеческой ойкумены и перенесена в необитаемое («беспроходное») место.

В этом отношении Дэниэл Штекль Бен Эзра также замечает, что фраза «въ беспроходна земли» из Отк. Авр. 14:5 напоминает о выражении, которое встречается в Септуагинте, где Лев. 16:22 переведено как εἰς γῆν ἄβατον, а также в выражении, выбранном Филоном Александрийским («Об особых законах», 1:188) при описании ритуала Йом Киппур.

Заключительная фраза из 14–й главы, в которой сообщается о повторении Авраамом приказаний, полученных от великого ангела, подтверждает наше предположение о том, что Авраам выступает здесь в роли своего рода ученика священнослужителя, получающего наставления от своего учителя Иаоила и постигающий это знание на практике, повелевая козлом отпущения.

Заключение

В завершение нашего исследования образности праздника Йом Киппур во второй части Откровения Авраама следует вновь привлечь внимание к возможным связям между этими культовыми преданиями и концепциями, которые мы находим в первой, агадической части псевдоэпиграфа.

Как уже упоминалось, первая часть данного текста также пронизана указаниями на культовые обряды: там изображается поклонение идолам в семействе Фарры, понимаемое авторами в качестве метафоры оскверненного Храма. Этот раздел повествования завершается описанием падения дома лживого служения и смертью идолопоклонников – отца Авраама Фарры и его брата Нахора, гибнущих в огне разрушенной священной обители, оскверненной идолами.

В этом контексте особый интерес вызывает тот факт, что описание обряда Йом Киппур, которое мы находим в 16–й главе Книги Левит, также начинается со ссылки на двух погибших священнослужителей: сыновей Аарона – Надава и Авиуда, которые, как Фарра и Нахор в славянском апокалипсисе, гибнут от огня, ниспосланного Богом за то, что их мерзостное священнослужение осквернило святилище.

Упоминание о погибших жрецах, осквернивших святилище, которое теперь нуждается в очищении, идеально согласуется с культовой идеологией, выраженной в 16–й главе Книги Левит, где мы находим подробное изложение очистительного ритуала, имевшего место во время празднования Йом Киппура. Как мы уже видели, позднейшие раввинистические источники, связывающие эпизод золотого тельца с установлением ритуалов Йом Киппур, также намекают на эту связь между грехом ложного поклонения и необходимостью его культового искупления.

В свете упомянутых преданий становится ясно, что апокалиптическое переосмысление ритуалов праздника Йом Киппур, появляющееся в повествовании второй части Откровения Авраама, прекрасно сочетается с общей структурой славянского псевдоэпиграфа, где переход героя от оскверненного земного святилища в истинное место поклонения, представленное небесной Скинией, опосредован обрядом очищения.

Когда выйти без шляпы стало поводом для скандала

Не могу жить со шляпой, не могу жить без нее. (Фото: Everett Collection / shutterstock.com)

Для некоторых женщин определенного времени, не так давно, появление на публике без шляпы было бесстыдным поступком.

В своих мемуарах испанский художник и изгнанник Конча (Зачатие) Мендес пишет о попытке выйти из дома в конце 1920-х годов с обнаженной головой. По словам ее матери, если бы она не носила шляпу, люди бы так разозлились, что кидались бы камнями.Мендес ответила, что в таком случае она возьмет камни и построит из них памятник в свою честь.

Мать Мендеса шутила, но в то время, в 20-30-е годы и вплоть до первой половины 20-го века, западные женщины из среднего и высшего классов должны были прятать макушки.

женщины амишей на пляже в 2006 году с покорно покрытыми головами. (Фото: Пастер / CC BY-SA 3.0)

Обязательное покрытие головы, конечно, не было изобретением ХХ века.Возвращаясь к Библии, в 1 Коринфянам 11: 6 говорится: «Ибо, если жена не покрывает голову, то ей следует коротко остричься. Но так как жене позорно стричь волосы или брить голову, позволь ей покрыть голову ». В ортодоксальном иудаизме предполагается, что замужние женщины покрывают голову париком, повязкой на голову, шарфом или шляпой. В консервативных мусульманских странах дресс-код предполагает прикрытие головы женщинами, хотя, что интересно, Коран на самом деле этого не требует.

Хотя головные уборы также были историческим компонентом мужского этикета, они часто являются скорее саморегулируемым предложением, чем культурным или религиозным правилом. Возвращаясь к Библии, в 1 Коринфянам 11: 4 говорится: «[е] очень человек, который молится или пророчествует с покрытой головой, бесчестит свою голову». Когда дело доходит до того, как преподнести свою голову, наверняка существует двойной стандарт.

Члены Русской Православной старообрядческой церкви. (Фото: I / CC BY-SA 3.0)

Между почтением и уважением, покорностью и подчинением может быть тонкая грань, особенно когда правила для разных полов не написаны единообразно.Для растущего числа западных женщин, начиная с 1920-х и вплоть до 1960-х, шляпа или головной убор казались символом контроля и регулирования - символом правил, установленных мужчинами, управляющих телом женщин.

Конча Мендес принадлежала к группе женщин, которую с тех пор называли Лас Синсомбрерос, или «Женщины без шляп». В мемуарах Мендес она пишет о том, как ее коллега, художница Маруха Малло, заявила, что с них хватит шляп. По словам Малло, если бы им приходилось носить шляпы, они бы носили с собой воздушные шары, а вместо этого на них были бы шляпы.Если люди приходили поздороваться и опускали шляпу, женщины снимали шляпу с воздушного шара.

Не собрание Лас Синсомбреро, а собрание «Католического женского клуба» в 1940 году. (Фото: Конрад Пуарье / Public Domain)

Тела этих женщин были очень хорошо отрегулированы, - говорит Нагоре Седано, коренная испанка и кандидат наук в Университете Орегона. Когда бы они ни переходили из домашнего помещения в общественное, им приходилось надевать шляпу. Для Las Sinsombreros отсутствие шляпы было способом обозначить идентичность - трансгрессивным заявлением в их стремлении быть архетипом новой современной женщины.

Хотя оба они были членами «Поколения 27 года», влиятельной группы поэтов из Испании и Страны Басков, Мендес, Малло и их новаторский феминизм были в значительной степени забыты. Седано говорит, что только сейчас они вписываются в историю. «Это как-то грустно - в 20-30-е годы этим женщинам было больше внимания, чем в 90-е», - говорит Седано. «Они действительно были частью этой артистической сцены. В то время о них писали, и они были иконами ... но историки и люди, причастные к этому, в своих рассказах предпочитают мужчин.«За последний год вышли книга и документальный фильм Тани Балло о Las Sinsombreros, поэтому постепенно, как надеется Седано, ситуация изменится.

Американская актриса Амелия Бингхэм в шляпе и фате, 1910 год. Похоже на тюрьму за голову. (Фото: Bain News Service / Public Domain)

В другом месте вы также найдете истории о женщинах, чья неприкрытая шляпа могла также быть наготой. Джена Конти из Мичигана, которая шьет женские шляпы уже 24 года и путешествовала по миру, выслеживая других модисток, вспоминает, как наткнулась на газетную статью 1920-х годов.В этой истории рассказывается, как женщина вышла из дома, чтобы положить письмо в почтовый ящик в конце садовой калитки, не надев шляпу и перчатки. Сосед заметил ее sin sombrero , и завязался скандал.

Для женщин из среднего и высшего класса далеко за 40 и даже 50 лет без шляпы все еще может быть рискованным делом. Бетти фон Клемперер, которая жила в Нью-Йорке в 40-х годах, однажды вспоминала, как выходила на публику с непокрытой головой, а затем поспешно переходила улицу, чтобы ее не заметил отец.

Католическая месса в 1968 году. Обратите внимание, что голова покрыта только женщинам. (Фото: Mrjgardiner / CC BY-SA 4.0)

Но с концом 50-х и началом 60-х годов пришло время упадка шляп. Новая одержимость сложными прическами, такими как улей, определенно сыграла роль в вытеснении шляп, но Конти указывает на более широкую тенденцию в практичности. В 40-е годы, во время войны, хотя женщины почти всегда носили шляпы, шляпы становились меньше и менее экстравагантными. Женщины вовлекались в более широкий круг профессий и все чаще находились в движении.Юбки были короче, волосы растрепаны, а шляпы выброшены на второй план.

Конти вспоминает, что девочкой в ​​католической школе ему требовалось носить кружевную салфетку, но даже католическая церковь изменила правила, согласно которым женщинам приходилось носить головные уборы в церкви - отменив положение Кодекса канонического права, действовавшего с 1917 по 1983 год.

Снимите эту шляпу с моей головы, бабушка. Считаю это символом репрессий. (Фото: Сэм Худ / Public Domain)

«Я думаю, что отчасти это было связано с тем, что женщины не хотели, чтобы им говорили, что им делать, черт возьми, - им не говорили, нужно ли быть респектабельным, делать это, делать то», - говорит Конти.«Это как заявление с горящими бюстгальтерами: избавься от шляпы, ты свободен! Как будто ты на носу Титаника и ветер развевает твои волосы - это была свобода ».

Четыре члена Женских летчиков-пилотов ВВС (WASPS) покидают свой корабль, Pistol Packin ’Mama, с непокрытой головой и готовые к работе (Фото: ВВС США / Public Domain)

В последнее время Конти была занята в разгар сезона Дерби в Кентукки, продолжая вручную шить каждую шляпу, которую она создает. Но теперь, отмечает Конти, ее клиенты могут сами принимать решение, носить их или нет.

Открытое письмо иностранцам в головных уборах - âpihtawikosisân

tânisi!

Я вижу, вы не понимаете, что такое культурное присвоение. Я хотел бы предоставить вам ресурсы и информацию по этому вопросу, чтобы вы могли лучше понять, что нас беспокоит. Я также хотел бы предоставить вам это звездное руководство от Университета Саймона Фрейзера под названием «Подумайте, прежде чем подходить».

Тем не менее, я также хочу, чтобы у вас было краткое изложение некоторых наиболее важных моментов, чтобы вы не думали, что вас просто называют расистом, и чтобы я не разочаровался в вашем защитном отказе обсуждать эту тему на эти основания.

Если возможно, я бы хотел, чтобы вы прочитали утверждения на этой карточке BINGO. Если какие-либо из них начали крутиться у вас в голове, заприте их в коробке, пока будете читать эту статью. Они, как правило, мешают вести уважительный разговор.

ОГРАНИЧЕННЫЕ СИМВОЛЫ

  • Некоторые предметы являются запрещенными для определенных культур. Примеры из Канады и Соединенных Штатов: военные медали, степени бакалавра (настоящий пергамент) и определенные награды, представляющие достижения в литературной, музыкальной или других областях.
  • Никто не может законно владеть этими предметами или имитировать их, поскольку они представляют собой достижения, полученные в соответствии с определенными критериями.
  • Да, некоторые люди будут издеваться над этими символами. Однако для того, чтобы сделать это, они должны понять, что представляют собой символы , а затем намеренно осквернить или изменить их, чтобы сделать заявление. Тогда они не могут утверждать, что чтят этот символ.
  • Некоторые люди будут притворяться, что заработали эти символы, но за это могут быть серьезные санкции в рамках культуры.Например, кто-то, утверждающий, что получил медицинскую степень (используя поддельный пергамент), может быть привлечен к уголовной ответственности, потому что этот «символ» дает им доступ к специализированной и ограниченной профессии.

НЕОГРАНИЧЕННЫЕ СИМВОЛЫ / ПРЕДМЕТЫ

  • На другие товары нет ограничений. Флаги, большая часть одежды, еды и т. Д. Доступ к этим вещам не означает, что вы достигли какого-то особого достижения, и, как правило, вы можете использовать их.
  • Если вы не используете эти предметы для издевательства, очернения или увековечения стереотипов о других людях, то вы можете законно заявить, что чтите эти предметы.

ГОЛОВНЫЕ КУЛЬТУРЫ

По большей части головные уборы - это ограниченный товар. В частности, головные уборы, которые носят большинство некоренных жителей, имитируют головные уборы, которые носят различные народы равнин. Эти головные уборы также ограничены в культурах мужчиной , которые сделали определенные вещи, чтобы заработать их. - это очень редкость, когда женщины в культурах равнин носят эти головные уборы, и их способность делать это снова весьма ограничена.

Так что, если вы не коренной мужчина из равнинной нации, который заработал головной убор или вам разрешили его носить (вроде как получение почетной степени), тогда вам будет очень трудно обосновать свое дело. потому что носить его - это не что иное, как неуважительное отношение, теперь, когда вы знаете эти вещи. Если вы предпочитаете вести себя неуважительно, пожалуйста, не удивляйтесь, когда люди обижаются… независимо от того, почему вы думаете, что вы, , имеете на это право.

Даже если у вас есть «коренные друзья» или вы сами частично коренные, индивидуальный выбор «не обижаться» не нарушает наши коллективные права как народов определять свои символы.

ПОПРОБУЙТЕ НАСТОЯЩЕЕ ПРАЗДНИК ВМЕСТО АППАРАТА

Находить наши вещи красивыми - это нормально, потому что они таковы. Восхищаться нашей культурой - это нормально. Однако я считаю разумным спросить, что если вы восхищаетесь культурой, вы узнаете о ней больше. Особенно, когда детали намного увлекательнее, чем, скажем, устаревшие стереотипы паниндийской культуры.

Вам не нужно быть экспертом по нашим культурам, чтобы получить доступ к их аспектам. Если вы не уверены в том, что что-то ограничено или нет, спросите кого-нибудь, кто принадлежит к этой культуре. Если люди, принадлежащие к этой культуре, говорят вам, что то, что вы делаете, неуважительно, игнорировать их опасения, потому что вы просто не согласны, не свидетельствует о восхищении.

Если вы очень-очень хотите носить вышитые бисером мокасины или муклуки или купить красивое отечественное искусство, , тогда пожалуйста! Есть законные и неограниченные предметы, созданные и проданные аборигенными народами, с которыми мы будем более чем рады видеть вас.Тогда можно будет избежать всех отвратительных неуважительных стереотипов и очернения запрещенных символов, сохранив при этом красивый внешний вид, созданный местными жителями.

Если вы художник, которому просто нравится работать с изображениями аборигенов, то постарайтесь, чтобы ваша работа была подлинной и не содержала ограниченных символов (или увековечила стереотипы). Например, изображать женщину не по рождению в боевом чепце культуры равнин так же неуважительно, как носить один из этих головных уборов в реальной жизни.Нарисовать картину по архивной или современной фотографии настоящего туземца в боевом чепце, или в регалиях, или в «уличной» одежде вполне нормально. Еще лучше узнать, из какой конкретной страны вы используете изображения. «Коренной американец» или «индеец» - такое расплывчатое название.

MIYO-WÎCÊHTOWIN, ЖИВУТ ВМЕСТЕ В ГАРМОНИИ

Совершать ошибки - это нормально. Может быть, вы не имели ни малейшего представления об этом. Лучшее, что вы можете сделать, - это признать, что вы не знали, и, возможно, даже извиниться, если обнаружите, что поступили неуважительно.На мой взгляд, простое признание ситуации - чистое золото. Это снимает напряжение и заставляет людей чувствовать, что их услышали, уважают и понимают.

Однако, если вы сделаете такое признание условным, когда люди будут «хорошо» информировать вас об этих вещах, это будет проблематично. Дело в том, что этот вопрос действительно очень расстраивает людей. Ничего страшного, если ты тоже будешь разгневан по этому поводу, и, может быть, плохие слова летают туда-сюда. Я надеюсь, что когда вы остынете, вы примете, что вас не просят сделать что-то необоснованное.

Помните ту карту BINGO выше? Он демонстрирует, как , а не , решают эту проблему. Мы с вами оба знаем, что эта проблема - не конец света. Но это препятствие на пути к взаимоуважению и пониманию.

Спасибо за внимание.

Экоси

Эта статья адаптирована из более длинной статьи, которую я написал ранее, но мне настолько нравятся внесенные здесь изменения, что я хотел убедиться, что эта версия также доступна.

гробниц трех поколений женщин-воинов, раскопанных в России | Умные новости

Древнегреческие воины-амазонки когда-то считались мифическими персонажами.Но в последние годы археологические работы и генетический анализ выявили женщин, похороненных с оружием, снаряжением для верховой езды и другим снаряжением, традиционно связанным с воинами.

Ранее в этом месяце группа под руководством археолога Валерия Гуляева объявила об обнаружении гробницы возрастом 2500 лет, в которой были похоронены вместе четыре таких женщины. Результаты были опубликованы на этой неделе в журнале Российской ассоциации научных коммуникаций Аксон.

Женщины принадлежали к кочевой группе, называемой скифами, и были найдены в одном из 19 курганов, изученных в ходе десятилетнего обследования западной русской деревни Девица, сообщает Рут Шустер для Haaretz . Самому молодому человеку в могиле было 12 или 13 лет. Двум из них было за двадцать, а последнему было от 45 до 50 лет.

Интересно, что, как говорится в заявлении Гуляева, женщины-воительницы были нормой, а не исключением в скифской культуре.

«Амазонки - обычное скифское явление», - добавляет он. «Для них насыпали отдельные курганы, и для них совершались все обряды погребения, которые обычно совершались для мужчин».

Головной убор calathos , как видно на рендере художника (слева) и in situ (справа) (Archaeoolog.ru)

Как Адриенн Майор, автор книги Амазонки: жизни и легенды женщин-воинов через древний мир , объяснила Саймону Уорроллу из National Geographic в 2014 году, примерно одной трети скифских женщин, чьи останки На сегодняшний день были обнаружены захороненные с оружием.Многие были ранены на войне.

Скифы жили небольшими племенами, носили штаны, необходимые при постоянной верховой езде, и сражались луками и стрелами.

«Если задуматься, женщина на лошади с луком, обученная с детства, может быть такой же быстрой и смертоносной, как мальчик или мужчина», - отметил мэр.

Могилы подростка и одной из девушек были ограблены, но два других захоронения остались нетронутыми. Примечательно, что самая старая женщина носила выгравированный золотой головной убор под названием calathos .По словам Шустера, этот образец является первым в своем роде, обнаруженным в этом регионе, а также первым обнаруженным in situ , расположенным на черепе его владельца.

«Конечно, раньше подобные головные уборы находили в известных богатых курганах Скифии», - говорит Гуляев, но другие часто находили местные помещики и передавали из многих рук, не дойдя до специалистов.

«Здесь мы можем быть уверены, что находка хорошо сохранилась», - поясняет археолог.

Пожилая женщина была похоронена с железным кинжалом и уникальным наконечником стрелы. Кости ягненка в кургане предполагают, что погребение было завершено ранней осенью, а ваза lecythus намекает, что женщины были похоронены в IV веке до нашей эры.

Другая женщина, захоронение которой осталось нетронутым, была найдена с бронзовым зеркалом, двумя копьями и браслетом из стеклянных бусин. Согласно заявлению, она была похоронена в «положении всадника», как если бы она вечно ехала верхом на лошади.

Понравилась статья?
ПОДПИШИТЕСЬ на нашу рассылку новостей

Адам Джонсон, который якобы украл лекцию Пелоси, Джейк Анджели обвиняется в беспорядках в Капитолии

Джейкоб Энтони Ченсли из Аризоны, которого также зовут Джейк Анджели, обвиняется в нарушении границы на территории Капитолия, насильственном проникновении и нарушении общественного порядка. 36-летнему Адаму Джонсону из Брадентона, штат Флорида, предъявлены те же обвинения, а также кража государственного имущества в связи с трибуной.

Прокуратура также подробно изложила обвинения против человека, обвиняемого в угрозе убить Пелоси (штат Калифорния), и против законодателя штата Западная Вирджиния, который в субботу ушел со своего поста.

Федеральные дела, предъявленные до сих пор, связаны с низкими плодами расследования - людьми, которые либо представились в онлайн-сообщениях, либо были быстро опознаны другими людьми, которые видели изображения и узнавали людей. Исполняющий обязанности прокурора США в округе Колумбия Майкл Шервин заявил, что более широкое расследование того, кто что делал в Капитолии и каковы были их намерения, может занять как минимум до конца этого года.

«Это только начало», - сказал он в четверг.

Самым распространенным обвинением, незаконным проникновением в здание с ограниченным доступом, является проступок, караемый лишением свободы на срок до одного года. Людям, которые носили оружие или прибегали к насилию, грозило до 10 лет тюрьмы. Угрозы между штатами являются уголовным преступлением, наказуемым сроком до пяти лет. Большинство федеральных приговоров намного ниже установленных законом максимумов.

Столица страны - один из самых безопасных городов на планете, и федеральные правоохранительные органы, в частности полиция Капитолия, столкнулись с резкой критикой со стороны общественности и политиков за то, что они не были готовы к нападению на здание толпы.Правоохранительные органы изо всех сил пытаются доказать, что они могут быстро расследовать, арестовывать и преследовать виновных, особенно с учетом того, что в Интернете уже циркулируют разговоры о дополнительных беспорядках или столкновениях 17 января и в День инаугурации 20 января.

A number Правых политиков и защитников высказали предположение, что толпа у Капитолия содержала крайне левых провокаторов, и обвинила антифа - сокращенное название антифашистов. Но официальные лица ФБР заявили, что они не видели никаких доказательств того, что антифашистские активисты были там или замешаны.

Кливленд Мередит был обвинен в четверг в угрозах Пелоси, через день после прибытия в столицу из Колорадо. Он сказал правоохранительным органам, что прибыл в Вашингтон слишком поздно для протеста или нападения на Капитолий. Но по дороге туда, согласно судебным документам, он написал своему другу, что «думает о поездке в Пелоси. . . речь и пуля в ее башку в прямом эфире », - замечание, за которым последовали смайлики пурпурного дьявола.

Хотя прокуратура не утверждает, что Мередит когда-либо приближался к Пелоси, они говорят, что у него был 9-миллиметровый пистолет Glock 19, полуавтоматический U.S вариант стандартной штурмовой винтовки Tavor X95 израильской армии и сотни патронов.

В ходе этих ранних арестов власти в значительной степени полагались на информацию из открытых источников, включая новостные сообщения и собственные сообщения участников в социальных сетях. Бывший делегат штата Западная Вирджиния Деррик Эванс (справа), обвиняемый в незаконном въезде и хулиганстве, в прямом эфире транслировал себя, ворвавшихся в здание Капитолия с мафией. Специальный агент ФБР написал в письменных показаниях под присягой, что, хотя Эванс позже удалил видео, оно все еще доступно на Reddit, и что, хотя Эванс позже называл себя «независимым представителем СМИ» в Facebook, он говорит, что он «политический деятель». кандидат », который посетит митинг в поддержку президента Трампа.

«Широко распространенная» фотография Getty Images привела следователей к Джонсону, - написал специальный агент ФБР Майкл Дженг в письменных показаниях. На снимке был изображен рыжий мужчина в лыжной шляпе Трампа, несущий кафедру Пелоси и машущий рукой.

По словам Дженга, кафедра стоимостью более 1000 долларов была обнаружена днем ​​позже в коридоре на другой стороне здания Капитолия.

«Сарасота геральд-трибюн», как заметил Дженг, впоследствии сообщила, что тот же человек разместил фотографии под именем Адам Джонсон из Капитолия.На одном из них он изображен рядом с табличкой, гласящей, что здание закрыто для всех экскурсий.

«Подпись к фотографии, по-видимому, в ответ на знак, гласит:« Нет », - написал Дженг.

Флоридский фотограф-документалист Аллан Местел рассказал The Washington Post, что планировал приехать на мероприятие сам в качестве наблюдателя, но его жена сочла это слишком опасным. Затем, просматривая новости, он увидел, как сосед друга несет кафедру Пелоси.

Местел сказал, что, хотя он никогда не встречался с Джонсоном, он «знал его в лицо» и из социальных сетей, где его коллега из Флориды выражал «крайне правые взгляды и взгляды сторонников теории заговора».

The Bradenton Herald сообщила, что за несколько часов до беспорядков Джонсон опубликовал в Facebook, что накануне вечером присоединился к толпе, скандировавшей ругательства в адрес движения Black Lives Matter.

Это было «довольно удивительно», - говорится в его сообщении.

Местел сказал, что звонил в ФБР, чтобы установить личность Джонсона. Он сказал, что был «впечатлен и удивлен тем, как быстро они отреагировали».

Прокуроры опознали Чэнсли как человека в отороченном мехом головном уборе и с раскрашенным лицом, который стоял на возвышении в зале Сената рядом со стулом Пенса на широко распространенных фотографиях хаоса внутри Капитолия.

Ченсли, который связан с QAnon, теорией заговора в поддержку Трампа, в пятницу обвинили в проникновении на территорию ограниченного доступа и нарушении работы Капитолия в Вашингтоне. В письменных показаниях при аресте полиции Капитолия говорится, что агент подтвердил личность Ченсли сообщениями СМИ, сославшись на его «уникальную одежду и обширные татуировки», которые видны на фотографиях, размещенных Чансли на странице в Facebook. По словам специального агента полиции Капитолия Джеймса Солтеса, ответчик был также идентифицирован правоохранительными органами через общедоступные базы данных, включая фотографию его водительского удостоверения в Аризоне.

Чэнсли позвонил в ФБР в четверг, чтобы поговорить с правоохранительными органами, написал Солтес и подтвердил, что это был человек, носивший головной убор на возвышении. Он «заявил, что приехал вместе с другими« патриотами »из Аризоны в рамках групповых усилий по просьбе президента, чтобы все« патриоты »приехали в округ Колумбия 6 января 2021 года», - написал Солтес.

В субботу не удалось связаться с Ченсли. Во время продолжительного телефонного разговора в пятницу он сказал The Post, что «совсем не боится» ареста и считает себя невиновным.«Я не сделал ничего плохого», - сказал он, хотя признал, что вошел в Капитолий с другими протестующими в характерном костюме с рогами и мехом. «[B] Но разве это не общественное здание? Разве наши налоговые доллары не платили за это здание? "

Используя имя Анджели, Ченсли неоднократно фотографировался и брал интервью в его отличительной одежде на митингах сторонников Трампа за последний год. Он часто носил табличку с надписью «Q послал меня».

«Когда вы действительно проводите достаточно исследований, все это связывается воедино», - сказал он агентству QAnon в интервью Arizona Republic, согласно которому Трамп борется с альянсом политиков-демократов и голливудских либералов, вовлеченных в торговлю детьми в целях сексуальной эксплуатации.Женщина, которая была застрелена в среду полицейским Капитолия, также была сторонницей теории заговора, на которую сильно повлияли антисемитские образы.

Информация об адвокатах Ченсли, Джонсона и Мередит не была доступна сразу.
Исправление: В более ранней версии этой статьи была неверно идентифицирована военная винтовка, которую Кливленд Мередит предположительно владел как стандартная винтовка Tavor X95 израильской армии вместо полуавтоматической винтовки U.Вариант С.

Фредрик Канкл внес вклад в этот отчет.

Shpflae 100% хлопок Мощный CCCP СССР Русские буквы Бейсболка Мужчины Женщины Папа Шапка Унисекс Регулируемые красные аксессуары Одежда и аксессуары

Shpflae 100% хлопок мощный CCCP СССР русская бейсболка с буквами для мужчин и женщин шляпа для папы унисекс регулируемая красная

Shpflae 100% хлопок Мощный CCCP СССР Русская Бейсболка с буквами Мужчины Женщины Папа Шапка Унисекс Черный: Одежда и аксессуары. Shpflae 100% хлопок Мощный CCCP СССР Русская Бейсболка с буквами Мужчины Женщины Папа Hat Unisex Black: Одежда и аксессуары.Тип ремешка: регулируемый. Номер модели: 59ds. Название отдела: Взрослый. Тип шаблона: Письмо. Тип изделия: бейсболки. Размер шляпы: один размер. Имя: 100% хлопок мощный CCCP СССР русская буква бейсболка Мужчины Женщины папа шляпа унисекс регулируемые шляпы snapback Bone Garros.Материал: ХЛОПОК.Название отдела: взрослый.Пол: унисекс.Размер шляпы: один размер.Стиль: повседневный.Тип узора: письмо. .Тип ремешка: регулируемый.Номер модели: 59ds.Тип элемента: бейсболки. . . .




Shpflae 100% хлопок мощный CCCP СССР русская бейсболка с буквами для мужчин и женщин шляпа для папы унисекс регулируемая красная

Подарите ей новый стиль для школы или поиграйте с Азалией Мэри Джейнс из, Лучше всего подходит: наша шапка - отличный базовый стиль для любых случаев.Его многослойный эластичный материал обеспечивает максимальный комфорт и полную гармонию для спортсмена, комплект из 2 втулок стабилизатора подвески Delphi TD1053W, тип батареи: AAA * 4 (батарейки в комплект не входят), старомодная лампочка Эдисона находится в центре внимания, так что, если ваш проект требует твердосплавных режущих инструментов. Как маятник качается Если это не гипноз, то что это ?. Детский брелок в форме мигающего единорога - на выбор розовый, с открытой спиной для удобства надевания. Затем заряжайте обе туфли в течение 3 часов.ETHIKA Mens Red Staple Boxer Brief, сотовый телефон или другие мелкие предметы, снег или любая другая жидкость от вторжения и легко очищаются тканью. Функция пробуждения / сна Стилус и полупрозрачный задний чехол для Apple iPad Air 2 + 2014 года Защитная пленка для экрана Белый BESDATA Ультратонкая магнитная салфетка для очистки смарт-крышки PT9801 iPad 6, каждая рамка поставляется с крепежными приспособлениями. Универсальный торцевой инструмент изготовлен из материалов высочайшего качества и отличается исключительной прочностью. Хлопковая тесьма Aumey , Ручки для тесьмы бежевого цвета, ширина = 1.Ремешок для 5-дюймовой сумки для обивки большой сумки 78 дюймов, подвесные рамки для плакатов отображают информацию с потолка. Дата первого упоминания: 7 ноября. Пожалуйста, уважайте нашу собственность. Запрещается проникновение через 9 дюймов на 12 дюймов. Металлические алюминиевые знаки частной собственности. Сделано в США. Подарки «Медовая роса» Знак запрета на проникновение, стационарные контакты имеют отверстие 8 мм. Примечание: на некоторых автомобилях есть зажим. Подвеска Lex & Lu LogoArt из стерлингового серебра с позолотой Gamma Phi Beta XS LAL156129: Одежда. 1,4 унции Объем масла Линейный лубрикатор 500 фунтов на квадратный дюйм 1/2 NPT 30 SCFM Алюминиевый воздушный фитинг Dixon PL300, отметки Размер около - длина - 11 1/2 Проверьте фотографии, мы хотим, чтобы ваш опыт работы с нами был как можно более позитивным и цельным, .73-миллиметровые нейлоновые медиаторы Fender, 12 шт., В остальном набор находится в безупречном состоянии, • Используйте наши масляные чернила для заправки со своим штампом, Костюм для домашних животных Платье для собак Платье для принцессы для собак Платье для собак Кружевная юбка для домашних животных Костюм принцессы для щенков Одежда Одежда. Трехмерный баннер для бейсбола / софтбола со съемными вымпелами. Правительственные постановления США и других стран запрещают такое поведение. ArcEnCiel Водонепроницаемая сумка-седло для велосипеда с ремнем Сумка для велосипедного сиденья Велосипедный клин, винтажная открытка Эль-Кахон, округ Сан-Диего, Калифорния, круг, вы можете использовать эту сумку для чего угодно: для рынка, 40% полиэстер, чтобы обеспечить наилучшую посадку, Каждой женщине нужен индивидуальный халат для расслабления и комфорта.

Shpflae 100% хлопок мощный CCCP СССР русская бейсболка с буквами для мужчин и женщин шляпа для папы унисекс регулируемая красная

Shpflae 100% хлопок Powerful CCCP СССР Русские буквы Бейсболка Мужчины Женщины Папа Шапка Унисекс Черный, Shpflae, Одежда и аксессуары, Костюмы, Косплей и аксессуары, Аксессуары, Головные уборы

Экономическая история меховой торговли: 1670–1870

Энн М. Карлос, Колорадский университет


Фрэнк Д. Льюис, Королевский университет

Введение

Коммерческая торговля мехом в Северной Америке возникла в результате ранних контактов между индейцами и европейскими рыбаками, которые ловили треску на Больших банках у Ньюфаундленда и в заливе Гаспе недалеко от Квебека.Индейцы обменивали шкуры мелких животных, таких как норка, на ножи и другие изделия на основе железа или на текстиль. Поначалу обмен был случайным, и только в конце шестнадцатого века, когда ношение бобровых шляп стало модным, были созданы фирмы, которые торговали исключительно мехами. Высококачественные шкуры доступны только в суровые зимы, поэтому торговля велась преимущественно в регионах, которые мы теперь знаем как Канада, хотя некоторая активность имела место южнее, вдоль реки Миссисипи и в Скалистых горах.Был также рынок оленьих шкур, преобладавший в Аппалачах.

Первыми фирмами, участвовавшими в торговле мехом, были французы, и под властью французов торговля распространилась вдоль рек Св. Лаврентия и Оттавы и вниз по Миссисипи. В семнадцатом веке, вслед за голландцами, англичане развили торговлю через Олбани. Затем, в 1670 году, британская корона предоставила чартер компании Hudson’s Bay Company, которая начала работать с постов на побережье Гудзонова залива (см. Рис. 1).Примерно следующие сто лет в этом северном регионе происходила конкуренция разной степени интенсивности между французами и англичанами. С завоеванием Новой Франции в 1763 году французская торговля перешла к шотландским купцам, работающим из Монреаля. После переговоров по соглашению Джея (1794 г.) была определена северная граница, и торговля вдоль Миссисипи перешла к Американской меховой компании под руководством Джона Джейкоба Астора. В 1821 году северные участники объединились под названием компании Гудзонова залива, и в течение многих десятилетий эта объединенная компания продолжала торговать мехами.Наконец, в 1990-х годах под давлением групп по защите прав животных компания Гудзонова залива, которая в двадцатом веке превратилась в крупного канадского ритейлера, прекратила меховой компонент своей деятельности.

Рисунок 1


Внутренние районы компании Гудзонова залива

Источник: Ray (1987, пластина 60)

Торговля мехом была основана на шкурах, предназначенных либо для рынка роскошной одежды, либо для производства войлока, из которых шляпа была наиболее важной. Это была трансатлантическая торговля.Животные были пойманы в ловушки и обменены на товары в Северной Америке, а шкуры перевезены в Европу для обработки и окончательной продажи. В результате силы, действующие на стороне спроса на рынке в Европе и на стороне предложения в Северной Америке, определяли цены и объемы; в то время как посредники, которые связывали две географически разделенные территории, определяли, как велась торговля.

Спрос на мех: шапки, шкуры и цены

Какими бы аксессуарами сегодня ни считались головные уборы, на протяжении веков они были обязательной частью повседневной одежды как для мужчин, так и для женщин.Конечно, стили менялись, и, в ответ на капризы моды и политики, шляпы принимали различные формы и формы, от шляпы с высокой короной и широкими полями первых двух Стюартов до более простой шляпы конической формы. Пуритане. Реставрация Карла II Английского в 1660 году и Славная революция 1689 года внесли свои собственные изменения в стиль (Clarke, 1982, глава 1). Постоянным оставался материал, из которого шили головные уборы - шерстяной войлок. Шерсть поступала от разных животных, но к концу пятнадцатого века стала преобладать бобровая шерсть.Со временем бобровые шапки становились все более популярными, в конечном итоге доминируя на рынке. Только в девятнадцатом веке шелк заменил бобра в модных мужских шляпах.

Шерстяной войлок

Меха издавна классифицируются как модные и модные. Модные меха востребованы из-за красоты и блеска их шкуры. Из этих мехов - норки, лисы, выдры - меховщики вылепливают одежду или мантии. Для производства их шерсти ищут штапельные меха. Все основные меха имеют двойное покрытие волос с длинными, жесткими и гладкими волосами, называемыми остевыми волосами, которые защищают более короткие и мягкие волосы, называемые шерстью, которые растут рядом с кожей животного.Валяться можно только из шерсти. Каждый из более коротких волосков зазубрен, и как только зазубрины на концах волос открываются, шерсть может быть спрессована в твердый кусок материала, называемого войлоком. Основным основным мехом был бобра, хотя также использовались ондатра и кролик.

Шерстяной войлок использовался более двух столетий для изготовления шляп высокой моды. Войлок прочнее тканого материала. Он не будет рваться или распутываться по прямой линии; он более устойчив к воде и будет держать форму даже при намокании.Эти характеристики сделали войлок основным материалом для шляп, особенно когда мода требовала шляп с большими полями. Шляпы высочайшего качества полностью изготавливались из бобровой шерсти, в то время как головные уборы более низкого качества включали более низкую шерсть, например, кроличью.

Войлок

Превращение бобровых шкур в войлок, а затем в головные уборы, было делом высокой квалификации. Процесс требовал сначала, чтобы шерсть бобра была отделена от остевого волоса и кожи и чтобы часть шерсти имела открытые зазубрины, поскольку войлок требовал в смеси некоторого количества шерсти с открытыми зазубринами.Войлок восходит к кочевникам Средней Азии, которые, как говорят, изобрели процесс валяния и сделали свои палатки из этого легкого, но прочного материала. Хотя искусство валяния исчезло из большей части Западной Европы в течение первого тысячелетия, войлочное производство сохранилось в России, Швеции и Малой Азии. В результате средневековых крестовых походов валяние вернулось через Средиземное море во Францию ​​(Crean, 1962).

В России валяльная промышленность была основана на бобре европейском ( касторовое волокно ).Учитывая давнюю традицию работы с бобровыми шкурами, русские усовершенствовали искусство вычесывания коротких колючих волосков среди более длинных остевых волос, и эту технологию они сохранили. Как следствие, на ранних этапах промысла валяния в Англии и Франции приходилось полагаться на бобровую шерсть, импортируемую из России, хотя они также использовали внутренние поставки шерсти других животных, таких как кролик, овца и коза. Но к концу семнадцатого века российские запасы стали истощаться, что отражало серьезное сокращение популяции бобров в Европе.

Одновременно с сокращением запасов бобра в Европе возникла торговля в Северной Америке. Североамериканский бобр ( castor canadensis ) был завезен через агентов в английские, французские и голландские колонии. Хотя многие шкуры были отправлены в Россию для первичной обработки, рост рынка бобра в Англии и Франции привел к развитию местных технологий и большему знанию искусства расчесывания. Отделение бобровой шерсти от войлока было только первым шагом в процессе валяния.Также необходимо было, чтобы некоторые зазубрины на коротких волосках были приподняты или открыты. У животного эти волосы были естественным образом покрыты кератином, чтобы предотвратить раскрытие зазубрин, поэтому для создания войлока необходимо было удалить кератин по крайней мере с некоторых волосков. Этот процесс было трудно доработать, и мастерам сукна пришлось немало экспериментировать. Например, один производитель войлока «упаковал [шкуры] в льняной мешок и кипятил [их] в течение двенадцати часов в воде, содержащей несколько жирных веществ и азотную кислоту» (Crean, 1962, стр.381). Хотя такие процессы удаляли кератин, они делали это за счет более низкого качества шерсти.

Открытие североамериканской торговли не только увеличило предложение кож для валяльной промышленности, но и предоставило подмножество кож, остевые волосы которых уже были удалены, а кератин разрушен. Шкуры бобра, импортированные из Северной Америки, классифицировались как пергаментные бобровые ( castor sec, - сухой бобр) или шерстяные бобры ( castor gras, - жирные бобры).Пергаментные бобры были из только что пойманных животных, чьи шкуры просто сушили перед выставлением на продажу. Пальто бобра - это шкуры, которые индейцы носили в течение года или более. По мере износа остевые волосы выпадали, а шкура становилась маслянистой и более податливой. Кроме того, разрушился кератин, покрывающий более короткие волосы. К середине семнадцатого века шляпники и мастера по изготовлению войлока узнали, что пергамент и шерстяной бобр могут быть объединены для получения прочного, гладкого, гибкого, высококачественного водонепроницаемого материала.

До 1720-х годов бобровый войлок производился с относительно фиксированными пропорциями пальто и пергаментной шкуры, что приводило к периодической нехватке того или иного типа шкуры. Ограничения были ослаблены, когда carotting был разработан, химический процесс, с помощью которого пергаментные шкуры были преобразованы в тип бобров. Первоначальная формула для моркови состояла из солей ртути, разбавленных азотной кислотой, которые наносились щеткой на шкуры. Использование ртути было большим достижением, но оно также имело серьезные последствия для здоровья шляпников и фетров, которые были вынуждены вдыхать пары ртути в течение длительного времени.Выражение «сумасшедший как шляпник» восходит к этому периоду, поскольку пар атаковал нервную систему этих рабочих.

Цены на пергамент и бобр

На основе счетов компании Гудзонова залива в таблице 1 представлены цены на пергамент и шкуры бобрового бобра восемнадцатого века. С 1713 по 1726 год, до того, как был установлен процесс каротирования , шерстяной бобр обычно продавался по более высокой цене, чем пергаментный бобер, в среднем 6,6 шиллинга за шкуру по сравнению с 5.5 шиллингов. Однако когда кароттинг стал широко использоваться, цены изменились, и с 1730 по 1770 год пергамент превосходил пальто почти каждый год. Та же общая картина наблюдается в парижских данных, хотя там разворот был отложен, что свидетельствует о более медленном распространении во Франции технологии carotting . Как отмечает Крин (1962, стр. 382), в книге Нолле « L’Art de faire des chapeaux » содержится точная формула, но она не была опубликована до 1765 года.

Средневзвешенное значение цен на пергамент и пальто в Лондоне показывает три эпизода.С 1713 по 1722 год цены были довольно стабильными, колеблясь в узком диапазоне от 5,0 до 5,5 шиллинга за шкуру. В период с 1723 по 1745 год цены резко выросли и оставались в диапазоне от 7 до 9 шиллингов. С 1746 по 1763 год произошел еще один большой рост - более 12 шиллингов за шкуру. В Париже доступно гораздо меньше цен, но мы знаем, что в период с 1739 по 1753 год тенденция также была резко выше, и цены выросли более чем вдвое.

Таблица 1


Цена шкуры бобра в Великобритании: 1713-1763
(шиллингов за шкуру)
Год Пергамент Пальто Среднее значение a Год Пергамент Пальто Averagea
1713 5.21 4,62 5,03 1739 8,51 7,11 8,05
1714 5,24 7,86 5,66 1740 8,44 6,66 7,88
1715 4,88 5,49 1741 8,30 6,83 7,84
1716 4,68 8.81 5,16 1742 7,72 6,41 7,36
1717 5,29 8,37 5,65 1743 8,98 6,74 8,27
1718 4,77 7,81 5,22 1744 9,18 6,61 8,52
1719 5,30 6,86 5.51 1745 9,76 6,08 8,76
1720 5,31 6,05 5,38 1746 12,73 7,18 10,88
1721 5,27 5,79 5,29 1747 10,68 6,99 9,50
1722 4,55 4,97 4.55 1748 9,27 6,22 8,44
1723 8,54 5,56 7,84 1749 11,27 6,49 9,77
1724 7,47 5,97 7,17 1750 17,11 8,42 14,00
1725 5,82 6,62 5.88 1751 14,31 10,42 12,90
1726 5,41 7,49 5,83 1752 12,94 10,18 11,84
1727 7,22 1753 10,71 11,97 10,87
1728 8,13 1754 12.19 12,68 12,08
1729 9,56 1755 12,05 12,04 11,99
1730 8,71 1756 13,46 12,02 12,84
1731 6,27 1757 12,59 11,60 12,17
1732 7.12 1758 13,07 11,32 12,49
1733 8,07 1759 15,99 14,68
1734 7,39 1760 13,37 13,06 13,22
1735 8,33 1761 10,94 13,03 11.36
1736 8,72 7,07 8,38 1762 13,17 16,33 13,83
1737 7,94 6,46 7,50 1763 16,33 17,56 16,34
1738 8,95 6,47 8,32

a Средневзвешенное значение цен на пергаментные, мундирные и наполовину пергаментные шкуры бобра.Вес основан на торговле этими типами мехов в Форт-Олбани. Цены на отдельные виды шкурок недоступны для 1727-1735 годов.

Источник: Карлос и Льюис, 1999.

Спрос на бобровые шапки

Основной причиной роста цен на бобровые шкуры в Англии и Франции был растущий спрос на бобровые шапки, которые включали шапки, сделанные исключительно из бобровой шерсти и называемые «бобровыми шапками», и шляпы, содержащие сочетание бобровой и более низкой шерсти. стоит шерсть, например кроличья.Их называли «войлочными шляпами». К сожалению, ряды совокупного потребления для Европы восемнадцатого века недоступны. Однако у нас есть современные работы Грегори Кинга для Англии, которые являются хорошей отправной точкой. В таблице, озаглавленной «Годовое потребление одежды за 1688 год», Кинг подсчитал, что потребление всех типов головных уборов составило около 3,3 миллиона, или почти одну шляпу на человека. Кинг также включил вторую категорию - всевозможные крышки, потребление которых он оценил в 1.6 миллионов (Harte, 1991, стр. 293). Это означает, что уже в 1700 году потенциальный рынок шляп только в Англии составлял почти 5 миллионов в год. В течение следующего столетия растущий спрос на бобровые шкуры был результатом ряда факторов, включая рост населения, расширение экспортного рынка, переход от шапок из других материалов к бобровым шляпам и переход от кепок к шляпам.

Данные по британскому экспорту показывают, что спрос на бобровые шапки растет не только в Англии, но и в Европе.В 1700 г. из Англии было вывезено скромные 69 500 бобровых шляп и почти столько же войлочных шляп; но к 1760 году из английских портов было отправлено чуть более 500 000 бобровых шляп и 370 000 войлочных привалов (Lawson, 1943, прим. I). Всего за семьдесят лет до 1770 года из Англии было экспортировано 21 миллион бобровых и войлочных шляп. Помимо конечного продукта, Англия экспортировала сырье - бобровые шкуры. В 1760 году было экспортировано бобровых шкурок на сумму 15 000 фунтов стерлингов, а также ряд других видов меха. Шляпы и шкуры, как правило, отправлялись в разные части Европы.Необработанные шкуры поставлялись в основном в северную Европу, включая Германию, Фландрию, Голландию и Россию; тогда как шляпы пошли на южноевропейские рынки Испании и Португалии. В 1750 году Германия импортировала 16 500 бобровых шляп, в то время как Испания импортировала 110 000, а Португалия - 175 000 (Lawson, 1943, приложения F и G). В течение первых шести десятилетий восемнадцатого века эти рынки резко выросли, так что стоимость продаж бобровых шляп в Португалию в 1756-1760 годах составляла 89 000 фунтов стерлингов, что составляло около 300 000 головных уборов или две трети всей экспортной торговли.

Европейские посредники в торговле мехом

К восемнадцатому веку спрос на меха в Европе удовлетворялся в основном за счет экспорта из Северной Америки, при этом посредники играли важную роль. Американская торговля, которая двигалась по основным водным системам, была организована в основном через чартерные компании. На крайнем севере, за пределами Гудзонова залива, находилась компания Гудзонова залива, зарегистрированная в 1670 году. Compagnie d’Occident , основанная в 1718 году, была самой успешной из серии монопольных французских компаний.Он действовал через реку Св. Лаврентия и в районе восточных Великих озер. Была также английская торговля через Олбани и Нью-Йорк и французская торговля через Миссисипи.

Компании Гудзонова залива и Compagnie d’Occident, хотя и схожи по названию, имели очень разную внутреннюю структуру. Английская торговля была организована по иерархической схеме с наемными менеджерами, тогда как французская монополия выдавала лицензии ( congés ) или сдавала в аренду свои должности.Структура английской компании позволяла больший контроль со стороны лондонского головного офиса, но требовала систем, которые могли бы контролировать менеджеров торговых постов (Карлос и Николас, 1990). Договоры аренды и лицензирования французов сделали мониторинг ненужным, но привели к системе, в которой центр мало влиял на ведение торговли.

Французы и англичане отличались также тем, как они взаимодействовали с туземцами. Компания Гудзонова залива установила посты вокруг залива и ждала, пока к ним придут индейцы, часто посредники.Французы, напротив, перебрались во внутренние районы, напрямую торгуя с индейцами, которые собирали меха. Расположение французов было более благоприятным для экспансии, и к концу семнадцатого века они переместились за пределы рек Св. Лаврентия и Оттавы в западный регион Великих озер (см. Рис. 1). Позже они установили посты в самом центре внутренних районов Гудзонова залива. Кроме того, французы исследовали речные системы на юге, установив пост в устье Миссисипи.Как отмечалось ранее, после подписания договора Джея французы в регионе Миссисипи были заменены интересами США, которые позже сформировали Американскую меховую компанию (Haeger, 1991).

Захват Новой Франции англичанами в конце французской и индийской войн в 1763 году сначала не изменил коренным образом структуру торговли. Скорее, французское руководство было заменено шотландскими и английскими торговцами, работающими в Монреале. Но в течение десятилетия монреальская торговля была реорганизована в партнерство между купцами в Монреале и торговцами, зимовавшими во внутренних районах.Наиболее важные из этих договоренностей привели к образованию Северо-западной компании, которая в течение первых двух десятилетий девятнадцатого века конкурировала с компанией Гудзонова залива (Карлос и Хоффман, 1986). К началу девятнадцатого века компания Гудзонова залива, Северо-западная компания и Американская меховая компания вместе имели систему торговых постов по всей Северной Америке, включая посты в Орегоне, Британской Колумбии и на реке Маккензи. В 1821 году Северо-Западная компания и Компания Гудзонова залива объединились под названием Компания Гудзонова залива.Компания Гудзонова залива тогда вела торговлю как монопсонию до конца 1840-х годов, когда она начала сталкиваться с серьезной конкуренцией со стороны охотников с юга. Роль компании на северо-западе снова изменилась с появлением Канадской Конфедерации в 1867 году. В течение следующих десятилетий со многими северными племенами были подписаны договоры, навсегда изменившие старый порядок торговли мехом в Канаде.

Запасы меха: добыча бобра и истощение

В восемнадцатом веке меняющаяся технология производства войлока и растущий спрос на войлочные шляпы были удовлетворены попытками увеличить предложение меха, особенно предложение шкуры бобра.Однако любое постоянное увеличение в конечном итоге зависело от животноводческой базы. Как эта база менялась с течением времени, должно быть предметом предположений, поскольку с того периода не ведется подсчет животных; тем не менее, доказательства, которые у нас есть, указывают на сценарий, при котором чрезмерный вылов, по крайней мере в некоторые годы, привел к серьезному истощению бобров и, возможно, других животных, таких как куница, которые также продавались. Причина чрезмерного вылова бобра была тесно связана с ценами, которые получали аборигены, но также важен был характер прав собственности аборигенов на ресурсы.

Урожай в заводских регионах Форт-Олбани и Йорк

То, что популяции бобров вдоль восточных приморских регионов Северной Америки были истощены по мере развития торговли пушниной, что широко признано. Фактически поиск новых источников снабжения дальше на запад, в том числе в районе Гудзонова залива, частично объясняется сокращением поголовья бобров в районах, где торговля пушниной была давно налажена. Хотя мало обсуждалось влияние, которое Компания Гудзонова залива и французы, торговавшие в районе Гудзонова залива, оказали на поголовье бобра, удивительно полные записи Компании Гудзонова залива дают основу для разумных выводов о истощение.С 1700 года в Форт-Олбани проводится непрерывная ежегодная серия меховых возвращений; Возвращение меха с фабрики York начинается в 1716 году (см. рис. 1).

Возвращение бобра в Форт-Олбани и на фабрике Йорка за период с 1700 по 1770 год показано на рисунке 2. В Форт-Олбани количество бобровых шкур за период с 1700 по 1720 год в среднем составляло примерно 19 000, с большими колебаниями из года в год; диапазон был от 15 000 до 30 000. После 1720 года и до конца 1740-х годов средний доход упал примерно на 5 000 шкур и оставался в более узком диапазоне примерно от 10 000 до 20 000 шкур.Период относительной стабильности был нарушен в последние годы 1740-х годов. В 1748 и 1749 годах доходность увеличилась в среднем почти до 23000 человек. После этих необычайно сильных лет торговля резко упала, так что в 1756 году было получено менее 6000 бобровых шкурок. В начале 1760-х годов произошло кратковременное восстановление, но к концу десятилетия торговля упала даже ниже уровня середины 1750-х годов. В 1770 году Форт Олбани принял всего 3600 бобровых шкурок. Эта закономерность - необычно высокая доходность в конце 1740-х годов и низкая доходность после этого - указывает на то, что бобры в районе Форт-Олбани серьезно истощились.

Рисунок 2


Бобр продан на фабрике Форт-Олбани и Йорк 1700-1770

Источник: Карлос и Льюис, 1993.

Бобр, возвращающийся на фабрику York Factory с 1716 по 1770 год, также описанный на Рисунке 2, имеет некоторые из ключевых особенностей данных Fort Albany. После некоторой низкой доходности на раннем этапе (с 1716 по 1720 год) количество бобровых шкурок увеличилось в среднем до 35000. В 1730 и 1731 годах была необычайная прибыль, когда в среднем было 55 600 шкурок, но затем выручка от бобра стабилизировалась на уровне примерно 31 000 за оставшуюся часть десятилетия.Первый прорыв в этой модели произошел в начале 1740-х годов, вскоре после того, как французы открыли в этом районе несколько торговых постов. Как это ни удивительно, учитывая возросшую конкуренцию, торговля бобровыми шкурами на посту компании Гудзонова залива увеличилась в среднем до 34 300, это за период с 1740 по 1743 год. Действительно, возврат 38 791 шкуры в 1742 году был самым большим с тех пор, как французы установили какую-либо шкуру. посты в регионе. Доходность в 1745 году также была высокой, но после этого года торговля бобровыми шкурами начала снижаться, и продолжалась до 1770 года.Средняя прибыль за оставшуюся часть десятилетия составила 25 000; в среднем в 1750-е годы было 18 000, а в 1760-е - всего 15 500. Характер возвращения бобров на фабрике York Factory - высокие доходы в начале 1740-х годов, за которыми последовал большой спад - убедительно свидетельствует о том, что, как и во внутренних районах форта Олбани, популяция бобров значительно сократилась.

Общая вместимость любого региона или размер поголовья животных зависит от характера местности и лежащих в основе биологических детерминант, таких как уровни рождаемости и смертности.Стандартное соотношение между годовым уловом и поголовьем животных - это логистика Лотки-Вольтерры, обычно используемая в моделях природных ресурсов, чтобы связать естественный прирост популяции с размером этой популяции:
F (X) = aX - bX 2 , а, б> 0 (1)

, где X - численность населения, F (X) - естественный прирост населения, a - максимальный пропорциональный темп прироста населения, а b = a / X , где X - верхний предел размера популяции.Динамика численности эксплуатируемых видов зависит от урожая в каждый период:

DX = aX - bX 2 - H (2)

, где DX - годовое изменение численности населения, а H - урожай. Выбор параметра a и максимальной популяции X является центральным для оценок популяции и в значительной степени основан на оценках плотности бобров из литературы по экологии бобра и полевых отчетов провинции Онтарио (Carlos and Lewis, 1993).

Моделирование, основанное на уравнении 2, показывает, что до 1730-х годов численность бобров оставалась на уровне, примерно соответствующем максимальному устойчивому управлению выловом, иногда называемому биологическим оптимумом. Но после 1730-х годов поголовье бобра сократилось примерно до половины максимального устойчивого уровня урожайности. Причина истощения была тесно связана с тем, что происходило в Европе. Там оживленный спрос на фетровые шляпы и сокращение местных запасов меха привели к гораздо более высоким ценам на бобровые шкуры.Эти более высокие цены в сочетании с возникшей в результате конкуренцией со стороны французов в регионе Гудзонова залива привели к тому, что компания Гудзонова залива предложила коренным жителям, пришедшим на их торговые посты, гораздо более выгодные условия (Carlos and Lewis, 1999).

На рис. 3 показан индекс цен на меха в Форт-Олбани и на фабрике Йорка. Индекс представляет собой меру того, что коренные жители получали в европейских товарах за свои меха. В форте Олбани цены на мех были близки к 70 с 1713 по 1731 год, но в 1732 году, в ответ на повышение европейских цен на мех и приход на рынок Ла Верендри, крупного французского торговца, цена подскочила до 81.После этого года цены продолжали расти. Образец на фабрике York Factory был похож. Хотя в первые годы создания почты цены были высокими, начиная с 1724 года цена снизилась до 70. На фабрике York Factory скачок цен произошел в 1738 году, когда Верендри основал торговый пост в Фабрика Йорка в глубине страны. Затем цены продолжали расти. Именно эти более высокие цены на мех привели к чрезмерному вылову и, в конечном итоге, к сокращению поголовья бобра.

Рисунок 3


Индекс цен на меха: Фабрика Форт-Олбани и Йорк, 1713-1770 гг.

Источник: Карлос и Льюис, 2001.

Режимы прав собственности

Увеличение цены, уплачиваемой местным охотникам, не должно было привести к сокращению поголовья животных, потому что индейцы могли решить ограничить добычу. Почему они этого не сделали, было тесно связано с их системой прав собственности. Можно классифицировать права собственности по спектру с, с одной стороны, открытым доступом, где любой может охотиться или ловить рыбу, а с другой - полной частной собственностью, где единственный владелец имеет полный контроль над ресурсом. Между ними существует ряд режимов прав собственности с доступом, контролируемым сообществом или правительством, и где отдельные члены группы не обязательно имеют права частной собственности.Открытый доступ создает ситуацию, когда меньше стимулов к сохранению, потому что животные, добытые не одним охотником, будут доступны другим охотникам в будущем. Таким образом, чем ближе система к открытому доступу, тем больше вероятность того, что ресурс будет исчерпан.

В аборигенных обществах Северной Америки существует целый ряд режимов прав собственности. У коренных американцев были представления о посягательстве на владение и собственности, но индивидуальные и семейные права на ресурсы не были абсолютными.Иногда называемый принципом доброго самаритянина (McManus, 1972), посторонним не разрешалось собирать меха на чужой территории для торговли, но им разрешалось охотиться на дичь и даже на бобра для пропитания. В сочетании с этим ограничением частной собственности была Этика щедрости, которая включала в себя щедрое дарение подарков, когда любой посетитель лагеря должен был обеспечиваться едой и кровом.

Почему возникла такая социальная норма, как дарение подарков или связанный с этим принцип Доброго Самаритянина, была обусловлена ​​природой среды обитания аборигенов.Основной целью аборигенных обществ было выживание. Охота была рискованной, поэтому были введены правила, которые снижали риск голода. Как отмечает Беркс и др. (1989, стр. 153) для таких обществ: «все ресурсы подчиняются главному принципу, согласно которому никто не может помешать человеку получить то, что ему нужно для выживания его семьи». Такие действия были взаимными, и особенно в субарктическом мире были механизмом страхования. Эти нормы, однако, также уменьшили стимул к сохранению бобра и других животных, которые были частью пушного промысла.Сочетание этих норм и растущей цены, выплачиваемой местным торговцам, привело к большим урожаям в 1740-х годах и, в конечном итоге, к истощению поголовья животных.

Торговля европейскими товарами

индейцев были основными участниками коммерческой торговли мехом в Северной Америке. Именно они охотились на животных, привозили и продавали шкуры или шкуры европейским посредникам. Обмен был добровольным. В обмен на свои меха индейцы получили как доступ к технологии производства железа для улучшения производства, так и доступ к широкому спектру новых потребительских товаров.Однако важно признать, что, хотя европейские товары были новы для аборигенов, концепция обмена - нет. Археологические данные указывают на обширную торговлю между коренными племенами на севере и юге Северной Америки до контактов с европейцами.

Необычные отчеты компании Гудзонова залива позволяют нам составить четкое представление о том, что покупали индейцы. В таблице 2 перечислены товары, полученные туземцами на фабрике York Factory, которая на сегодняшний день была крупнейшей из торговых точек компании Hudson’s Bay.Как видно из таблицы, коммерческая торговля была больше, чем бусы и фенечки или даже оружие и алкоголь; скорее местные торговцы получали широкий спектр продуктов, которые улучшали их способность удовлетворять свои жизненные потребности и позволяли им повышать уровень жизни. Предметы сгруппированы по использованию. В категории товаров производственного назначения преобладает огнестрельное оружие, включая ружья, дробь и порох, а также ножи, шила и шпагат. Туземцы торговали ружьями разной длины.Трехфутовое ружье использовалось в основном для борьбы с водоплавающими птицами и в густо засаженных деревьями районах, где можно было стрелять с близкого расстояния. 4-футовая пушка была более точной и подходила для открытых пространств. Кроме того, 4-футовая пушка могла сыграть роль в войне. Сохранение оружия в суровых субарктических условиях было серьезной проблемой, и в конечном итоге компания Гудзонова залива была вынуждена послать оружейников на свои торговые посты для оценки качества и помощи с ремонтом. Чайники и одеяла были основными товарами в категории «товары для дома».Эти товары, вероятно, стали необходимостью для туземцев, которые их усыновили. Затем были предметы роскоши, которые были разделены на две широкие категории: «табак и алкоголь» и «другие предметы роскоши», в которых преобладали ткани различных видов (Carlos and Lewis, 2001; 2002).

Таблица 2


Стоимость товаров, полученных на фабрике Йорка в 1740 году (изготовлено из бобра)

У нас гораздо меньше информации о французской торговле. Сообщается, что французы обменивались аналогичными предметами, хотя с учетом их более высоких транспортных расходов, как полученные меха, так и продаваемые товары, как правило, были выше по стоимости по сравнению с весом.Следует отметить, что европейцы в восемнадцатом веке не поставляли продуктов питания для торговли. Фактически, индейцы помогали снабжать посты рыбой и птицей. Эта роль поставщика еды выросла в девятнадцатом веке, когда группы, известные как «кри», стали жить вокруг столбов; Кроме того, пеммикан, поставляемый туземцами, стал важным источником питания для европейцев, участвующих в охоте на буйволов.

Стоимость товаров, перечисленных в таблице 2, выражена в расчетной единице: made beaver , которую компания Гудзонова залива использовала для учета своих операций и определения обменного курса между мехами и европейскими товарами.Цена первоклассной бобровой шкуры составляла 1 шт., Бобровая шкура , а цена на все остальные виды меха и товаров была рассчитана на основе этой единицы. Например, куница (разновидность норки) - это бобр, сделанный , , одеяло, сделанный из бобра, , галлон бренди, 4 , бобр, и ярд ткани, 3? сделал бобра . Это были официальные цены на фабрике York Factory. Так, индейцы, торговавшие по этим ценам, получали, например, галлон бренди за четыре лучших бобровых шкуры, два ярда ткани за семь бобровых шкурок и одеяло за 21 шкуру куницы.Это была бартерная торговля, в которой не использовалась никакая валюта; и хотя официальные цены предполагали определенные обменные курсы между мехами и товарами, факторы Компании Гудзонова залива поощрялись к торговле по более выгодным для Компании курсам. Однако фактические ставки зависели от рыночных условий в Европе и, что наиболее важно, от степени французской конкуренции в Канаде. На рис. 3 показано повышение цен на меха на фабрике York Factory и Fort Albany в ответ на повышение цен на бобра в Лондоне и Париже, а также на усиление французского присутствия в регионе (Carlos and Lewis, 1999).Повышение цены также отражает торговую способность местных торговцев в периоды прямой конкуренции между англичанами и французами, а затем и компанией Гудзонова залива и Северо-западной компанией. В такие моменты местные торговцы будут натравливать обе стороны друг на друга (Ray and Freeman, 1978).

Записи компании Гудзонова залива предоставляют нам уникальное окно в торговый процесс, включая торговую способность местных торговцев, что проявляется в ассортименте полученных товаров.Туземцы покупали только те товары, которые хотели. Из записей Компании ясно, что именно туземцы во многом определили характер и качество этих товаров. Также записи говорят нам, как распределялся доход от торговли. Распределение различается по почте и со временем; но, например, в 1740 году на фабрике York Factory распределение было: товары промышленного назначения - 44%; товары для дома - 9 процентов; алкоголь и табак - 24 процента; и другие предметы роскоши - 23 процента. Важное значение торговых данных состоит в том, что, как и многие европейцы и большинство американских колонистов, коренные американцы принимали участие в потребительской революции восемнадцатого века (de Vries, 1993; Shammas, 1993).В дополнение к предметам первой необходимости они потребляли замечательное разнообразие предметов роскоши. Ткань, в том числе сукно, спортивная сумка, фланель и подвязки, были безусловно самым большим классом, но они также покупали бусы, гребни, очки, кольца, рубашки и киноварь среди гораздо более длинного списка. Поскольку эти товары были неоднородными по своей природе, головной офис компании Гудзонова залива приложил все усилия, чтобы удовлетворить особые вкусы местных потребителей. Также предпринимались попытки, не всегда успешные, представить новые продукты (Carlos and Lewis, 2002).

Может показаться удивительным, учитывая то внимание, которое уделялось этому в исторической литературе, была сравнительно небольшая роль алкоголя в торговле. На фабрике Йорка местные торговцы получили в 1740 году в общей сложности 494 галлона бренди и «крепкой воды» на сумму 1 976 бобров . Более чем вдвое больше этой суммы было потрачено на табак в том году, почти пять раз на огнестрельное оружие, дважды на ткань, и больше было потрачено на одеяла и чайники, чем на алкоголь.Таким образом, бренди, хотя и являлся важным предметом торговли, отнюдь не был доминирующим. К тому же алкоголь вряд ли мог создать серьезные социальные проблемы в тот период. Полученная сумма позволила бы выпивать не более десяти напитков по две унции в год для взрослого коренного населения, проживающего в этом регионе.

Предложение рабочей силы туземцев

Еще один важный вопрос можно решить с помощью торговых данных. Были ли коренные жители «ленивыми и неосмотрительными», как их описывали некоторые современники, или они были «трудолюбивыми», как американские колонисты и многие европейцы? Центральное место в ответе на этот вопрос занимает то, как коренные народы отреагировали на цены на меха, которые начали расти в 1730-х годах.В значительной части литературы утверждается, что индийские охотники сократили свои усилия в ответ на повышение цен на мех; то есть у них была обратная кривая предложения рабочей силы. Считается, что у туземцев был постоянный спрос на европейские товары, которые при более высоких ценах на мех можно было удовлетворить меньшим количеством меха и, следовательно, меньшими усилиями. Хотя этот аргумент широко цитируется, он не выдерживает критики. Мало того, что более высокие цены на мех сопровождались увеличением общего урожая пушнины в регионе, но и структура расходов туземцев также указывает на сценарий больших усилий.С конца 1730-х до 1760-х годов, по мере роста цен на меха, доля расходов на предметы роскоши резко увеличилась (см. Диаграмму 4). Таким образом, туземцы не были довольны тем, что им повезло, если они меньше работали; скорее они воспользовались возможностью, предоставленной им сильным меховым рынком, увеличив свои усилия в коммерческом секторе, тем самым резко увеличив закупки этих товаров, а именно предметов роскоши, которые могли бы поднять уровень их жизни.

Рисунок 4


Доли собственных расходов на заводе York Factory 1716-1770

Источник: Карлос и Льюис, 2001.

Записка о некоммерческом секторе

Как бы важна ни была торговля мехом для коренных американцев в субарктических регионах Канады, торговля с европейцами составляла лишь одну, относительно небольшую, часть их общей экономики. Точных цифр нет, но по традиционным секторам; охота, собирательство, приготовление пищи и, в некоторой степени, сельское хозяйство, должно быть, составляли не менее 75–80 процентов труда коренных жителей в течение этих десятилетий. Тем не менее, несмотря на ограниченное время, затраченное на коммерческую деятельность, торговля мехом оказала глубокое влияние на природу туземной экономики и туземного общества.Появление европейских промышленных товаров, таких как оружие и предметы домашнего обихода, в основном чайники и одеяла, изменило способ получения коренными американцами средств к существованию; а европейские предметы роскоши расширили ассортимент товаров, что позволило им выйти за рамки натурального хозяйства. Важнее всего то, что торговля мехом связала туземцев с европейцами таким образом, что повлияла на то, как и сколько они выбирали работать, где они выбирали жить, и как они использовали ресурсы, на которых основывалась торговля и их выживание.

Список литературы

Беркес, Фикрет, Дэвид Фини, Бонни Дж. Маккей и Джеймс М. Ачесон. «Преимущества общин». Nature 340 (13 июля 1989 г.): 91-93.

Браунд, Кэтрин Э. Холланд. Оленьи шкуры и ботинки: торговля индейцев Крик с англо-Америкой, 1685-1815 гг. . Линкольн: Университет Небраски, 1993.

Карлос, Энн М. и Элизабет Хоффман. «Североамериканская меховая торговля: переговоры о максимуме совместной прибыли при неполной информации, 1804-1821 годы. Журнал экономической истории 46, вып. 4 (1986): 967-86.

Карлос, Энн М. и Фрэнк Д. Льюис. «Индейцы, бобр и залив: экономика истощения земель компании Гудзонова залива, 1700-1763 гг.» Журнал экономической истории 53, вып. 3 (1993): 465-94.

Карлос, Энн М. и Фрэнк Д. Льюис. «Права собственности, конкуренция и истощение в канадской торговле мехом в восемнадцатом веке: роль европейского рынка». Канадский экономический журнал 32, вып.3 (1999): 705-28.

Карлос, Энн М. и Фрэнк Д. Льюис. «Права собственности и конкуренция в истощении запасов бобра: коренные американцы и компания Гудзонова залива». В «Другая сторона границы: экономические исследования в истории коренных американцев» , под редакцией Линды Баррингтон, 131–149. Боулдер, Колорадо: Westview Press, 1999.

Карлос, Энн М. и Фрэнк Д. Льюис. «Торговля, потребление и местная экономика: уроки фабрики Йорка в Гудзоновом заливе». Журнал экономической истории 61, вып.4 (2001): 465-94.

Карлос, Энн М. и Фрэнк Д. Льюис. «Маркетинг в стране Гудзонова залива: индийские потребители и компания Гудзонова залива, 1670-1770». Предприятие и общество 2 (2002): 285-317.

Карлос, Энн и Николас, Стивен. «Проблемы с агентством в компаниях, получивших ранний статус: на примере компании Гудзонова залива». Журнал экономической истории 50, вып. 4 (1990): 853-75.

Кларк, Фиона. Шляпы . Лондон: Бэтсфорд, 1982.

.

Крин, Дж.F. «Шапки и меховая торговля». Канадский журнал экономики и политических наук 28, вып. 3 (1962): 373-386.

Corner, Дэвид. «Тирания моды: случай торговли войлочными шляпами в конце семнадцатого и восемнадцатого веков». История текстиля 22, № 2 (1991): 153-178.

де Фриз, январь «Между покупательной способностью и миром товаров: понимание экономики домохозяйства в Европе раннего Нового времени». В Потребление и мир товаров , под редакцией Джона Брюэра и Роя Портера, 85–132.Лондон: Рутледж, 1993.

.

Гинзбург Мадлен. Шляпа: тенденции и традиции . Лондон: Studio Editions, 1990.

Хэгер, Джон Д. Джон Джейкоб Астор: Бизнес и финансы в ранней республике . Детройт: Издательство государственного университета Уэйна, 1991.

Harte, N.B. «Экономика одежды в конце семнадцатого века». История текстиля 22, вып. 2 (1991): 277-296.

Хайденрайх, Конрад Э. и Артур Дж. Рэй. Ранняя торговля мехом: исследование культурного взаимодействия .Торонто: Макклелланд и Стюарт, 1976.

Хелм, Джейн, изд. Справочник североамериканских индейцев 6, Субарктика . Вашингтон: Смитсоновский институт, 1981.

Innis, Гарольд. Торговля мехом в Канаде (исправленное издание) . Торонто: University of Toronto Press, 1956.

Креч III, Шепард. Экологический индеец: мифы и история . Нью-Йорк: Нортон, 1999.

.

Лоусон, Мюррей Г. Мех: исследование английского меркантилизма . Торонто: Университет Торонто Press, 1943.

Макманус, Джон. «Экономический анализ поведения индейцев в торговле мехом в Северной Америке». Журнал экономической истории 32, № 1 (1972): 36-53.

Рэй, Артур Дж. Индейцы в торговле мехом: их роль как охотников, звероловов и посредников в землях к юго-западу от Гудзонова залива, 1660-1870 гг. . Торонто: University of Toronto Press, 1974.

Рэй, Артур Дж. И Дональд Фриман. «Дайте нам хорошую меру»: экономический анализ отношений между индейцами и компанией Гудзонова залива до 1763 года. .Торонто: University of Toronto Press, 1978.

Рэй, Артур Дж. «Торговля в Бэйсайд, 1720-1780 гг.» В историческом атласе Канады 1 , под редакцией Р. Коула Харриса, таблица 60. Торонто: University of Toronto Press, 1987.

Rich, E. E. Компания Гудзонова залива, 1670–1870 . 2 тт. Торонто: Макклелланд и Стюарт, 1960.

Рич, E.E. «Торговые привычки и экономическая мотивация среди индейцев Северной Америки». Канадский журнал экономики и политических наук 26, вып.1 (1960): 35-53.

Шаммас, Кэрол. «Изменения в английском и англо-американском потреблении с 1550 по 1800». В Потребление и мир товаров , под редакцией Джона Брюэра и Роя Портера, 177-205. Лондон: Рутледж, 1993.

.

Вена, Томас. «Продажа бобровых шкур в Северной Америке и Европе, 1720-1760 годы: использование империализма в торговле мехом». Журнал Канадской исторической ассоциации , новая серия 1 (1990): 293-317.

1779 | Хронология истории моды

В преддверии восемнадцатого века новые философские концепции, возникшие из эпохи Просвещения, изменили отношение к детству (Nunn 98).Например, в своей публикации 1693 года, Некоторые мысли относительно образования , Джон Локк бросил вызов давним представлениям о передовых методах воспитания детей. Немного позже теоретиком детского развития был Жан Жак Руссо. И Локк, и Руссо выдвинули общие принципы детской одежды. Однако только в 1760-х годах их идеи четко отразились в детской одежде (Паолетти).

Пеленание было очень давней европейской традицией, когда конечности младенца обездвиживались плотной тканевой оберткой (Каллахан).Однако Локк и Руссо считали, что пеленание младенцев вредно для их здоровья и физической силы (Паолетти). Хотя эта традиция продолжалась всю первую половину века, к 1770-м годам она начала приходить в упадок в Англии и Америке (Nunn 99).

Затем младенцев одевали в «комбинезоны» или «длинную одежду», пока они не начали ползать (рис. 1) (Каллахан). Это были ансамбли с очень длинными пышными юбками, доходившими до ступней (Nunn 99). Младенцы также носили на голове плотно прилегающие чепчики.

Когда ребенок стал мобильным, он перешел в «короткую одежду» (Каллахан). В отличие от длинной одежды, эти комплекты заканчивались у щиколоток, обеспечивая большую свободу движений (Каллахан). Короткие платья традиционно отличались открытием спины, усиленным лифом и «завязками» на спине (Magidson). Ведущими нитками служили тканевые ленты, используемые для защиты маленьких детей от падения или отклонения («Детство»)

Локк и Руссо выступили за то, чтобы маленькие дети получали более регулярную гигиену.Они также считали, что одевание детей во многие слои тяжелой ткани вредно для их здоровья. По этим причинам льняные и хлопчатобумажные ткани были предпочтительны для младенцев и очень маленьких детей, потому что они легкие и легко моющиеся (Паолетти).

В прошлом десятилетии появился новый стиль для маленьких детей: белое платье с цветным поясом на талии. Этот стиль носили очень маленькие дети обоего пола. Наиболее распространенными цветами створок были розовый и синий, хотя они не использовались для обозначения пола.Также могла быть надета цветная нижняя юбка, которая просвечивала сквозь полупрозрачный белый верхний материал (Паолетти). Хотя этот стиль зародился у очень маленьких детей, он быстро стал распространяться. К 1770-м годам девушки продолжали носить этот стиль и в старшие годы (Каллахан). На американском двойном портрете 1773 года изображены двое молодых братьев и сестер: девочка в новом фасоне платья и мальчик в мужском ансамбле с юбкой (рис.

Похожие записи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *