Индивидуалистичность это: Псих я или не псих? (результат СМИЛ)

Содержание

Псих я или не псих? (результат СМИЛ)


(Сам тест тут: http://sergeyr.livejournal.com/240098.html)

Прошёл тестирование на всяк.случ. дважды, со свойственным мне занудством.
Достоверность в норме, естественность в норме, есть некоторое неприятие тестирования (это, видимо, реакция на неоднозначные формулировки части вопросов).

Запись по Хатэуэю: 0’8-/459.

По интроверсии (0-я шкала) — максимальный пик, как и ожидал (72-74 T).
В сочетании с 0’8-/9 — диагностируют аутичность. Привет, ага. Хотя классического аутизма у меня не наблюдается, но близок к тому, не отрицаю.

Выраженная индивидуалистичность (8-я шкала) — (62-64 T).
Шизоид, да. Созерцатель-аналитик, как авторы разбора политкорректно высказались.
К счастью, не нашёл ни одного неудачного сочетания с другими шкалами, так что шизоид я «по-хорошему». B-)

Самый сильный «провал» — 9-я шкала, оптимистичность (34-38 T).
Ну да, на маниакала я никак не тяну. B-)
Для апатии не хватает пика по 2-й шкале (пессимистичности).
7-я шкала (тревожность) тоже в норме, невротизации нет — слава КПСС.
В общем, психастеник выходит какой-то странный. Может потому что шизоидный — они все странные. B-)
Или это просто низкая самооценка так выражается?

Импульсивность (4-я шкала) — низкая.
Спокоен как дохлый лев и низкопримативен, ага. Не новость, даже неинтересно.

Полоролевое поведение (5-я шкала) — маскулинное.
Вот тут я вввыпал. Оказывается, я выраженный мужык… Это — новость. Ну и славненько, я не против.

Пика по ригидности (6-я шкала), которого я ожидал, не оказалось, но результат оказался на границе гиперкомпенсационной установки, поэтому возможно что меня клинит между бессознательной агрессивностью и сознательным стремлением к сотрудничеству. Кажется, это хорошо корреллирует со страстью к стратегичкам.

Лабильность (3-я шкала, она же — истероидность) всё-таки скорее средняя, чем низкая (как мне тут некоторые пытались доказать — не будем тыкать пальцами в товарища avantiuristа).

Контроль (1-я шкала) — тоже в норме, то бишь к ипохондрии не склонен (опять не будем тыкать пальцами в того же товарища).

Стандартизированный многофакторный методисследования личности СМИЛ (модифицированный тест MMPI)Интерпретация

  • 8-я шкала – шкала “индивидуалистичности”. Повышенная в профиле с нормативными показателями по другим шкалам, она выявляет обособленно-созерцательную личностную позицию, аналитический склад мышления; склонность к раздумьям превалирует над чувствами и действенной активностью.
  • Преобладает целостный стиль восприятия, способность на основании минимальной информации воссоздавать целостный образ. При хорошем интеллекте личности данного типа отличаются творческой ориентированностью, оригинальностью высказываний и суждении, своеобразием интересов и увлечений.
  • Отмечается определенная избирательность в контактах, известный субъективизм в оценке людей и явлений окружающей жизни, независимость взглядов, склонность к абстракции, т.е. к обобщениям и к информации, отвлеченной от конкретики и повседневности.
  • Выявляется выраженная потребность в актуализации своей индивидуалистичности. Личностям этого круга труднее адаптироваться к обыденным формам жизни, прозаическим аспектам быта. Индивидуальность у них настолько выражена, что прогнозировать их высказывания и поступки, сравнивая с привычными стереотипами, фактически бесполезно. У них недостаточно сформирована рациональная платформа, базирующаяся на житейском опыте, они больше ориентируются на свой субъективизм и интуицию.
  • То, что для большинства является критической ситуацией, лицами с высокой 8-й шкалой часто расценивается иначе в силу своеобразия их иерархии ценностей. Ситуация, субъективно воспринимаемая ими как стресс, вызывает состояние растерянности.
  • Защитный механизм, проявляющийся при трансформации тревоги, – интеллектуальная переработка и уход в мир мечты и фантазий.
  • Для них характерен профессиональный тропизм к видам деятельности свободного, творческого стиля, они стремятся к избеганию любых формальных рамок, режимных видов труда.
  • Лицам данного типа свойственна императивная потребность в свободе субъективного выбора в принятии решений, в отсутствии временных ограничений, что может затруднить их трудовую адаптацию при недостатке терпимости у окружающих и отсутствии у руководителей дифференцированного индивидуально-личностного подхода.

    В отличие от личностей другого типа, у этих их индивидуалистичность лишь усугубляется при противодействии окружения, что проявляется усилением признаков дезадаптации и, следовательно, повышением пика по 8-й шкале.

  • Профиль 84’9-/ характерен для акцентуации по экспансивно-шизоидному типу, отличающемуся подчеркнутым нонконформизмом и противопоставлением своих субъективных установок, взглядов и суждений окружению, жесткостью и эгоцентризмом установок. Высокие пики аналогичного профиля (48’9′-/27) отражают эмоционально-личностный паттерн психопатической личности экспансивно-шизоидного круга, где вышеперечисленные характеристики достигают еще более высокого уровня, что является свидетельством выраженной социальной дезадаптации с антисоциальной направленностью интересов и поведения, некритичностью в оценке своих действий. При одновременном подъеме 6-й шкалы (профиль типа 468’9-/21) риск агрессивного поведения увеличивается, а успешность любых коррекционных мер уменьшается, так как у личностей данного типа как правило имеется сложившееся убеждение о несправедливости и враждебности по отношению к ним окружающих, что является фундаментом для оправдания своих агрессивных действий в их собственных глазах, в то время, как мнение других для них незначимо. Для психопатических личностей этого типа характерна особенно брутальная (неуправляемая) эксплозивность, т.е. взрывной характер реакций. При акцентуации (профиль типа 468′-/ или 864′-/ или ‘846-/) описанные выше особенности звучат мягче, а нарушение социальной адаптации находится в большей зависимости от средовых влияний.
  • Акцентуация по типу “сензитивный шизоид” проявляется двояко: ригидный, сверхобидчивый, болезненно самолюбивый, “застревающий” на негативных переживаниях тип реагирования характерен для стеничных шизоидных личностей (профиль 86’47-/), а для личностей мягких, впечатлительных, ранимых, но при этом с выраженным индивидуализмом в выборе друзей и сферы интересов характерны профили типа 85’70-/ или 83’52-/, отражающие, помимо прочего, эстетическую ориентированность. (Для женщин показатели 5-й шкалы в соответствующих профилях низкие: 8’70-/5 или 83’2-/5) . Показатели 8-й шкалы, расположенные выше 80 Т, выявляют психопатические варианты шизоидного типа реагирования. Гипостенический вариант шизоидной акцентуации, относимый обычно к кругу тормозимых личностей, выявляется профилем типа 872’0-/ или 2870′-/9. Такие психопатические черты как замкнутость, пассивность, интровертированность, некоммуникабельность, значительное своеобразие суждений и поступков, скованность жестов, поз, неловкость в межличностных контактах, отстраненность и эмоциональная холодность, непонятность мотивов поведения для окружающих, непрактичность и оторванность от реальных жизненных проблем, склонность к мистицизму – отражаются в более высоких показателях аналогичных или близких по рисунку профилей: 8’027′-/39 или 287’0′-/8.

    По одному только профилю ММРI (СМИЛ) судить о диагнозе трудно, так как профиль отражает в основном особенности эмоционального состояния и личностные свойства (или личностную деформацию) человека. Однако, высокие показатели по 8-й шкале в качестве одного из 3-х ведущих пиков профиля в 60% случаев выявляют шизофренические или шизофреноподобные расстройства: склонность к выхолощенному рассуждательству (резонерству), маскирующему интеллектуальную несостоятельность, снижение уровня социальной адаптации и общей продуктивности, растерянность, отрыв от реальности, нарушения сна, явления дереализации-деперсонализации, нарушения восприятия. Эти данные, однако, должны найти подтверждение в результатах экспериментально-психологического исследования в виде неравномерности уровня обобщения, нечеткости, расплывчатости мышления с опорой на несущественные, латентные признаки при обобщении и сравнении понятий; при этом характерным является “отлет” от конкретного содержания стимульного материала с тенденцией к абстрактности ассоциаций, к символике опосредующих образов, нарушение последовательности логических построений вплоть до явной их нелепости.

    Основой для определения нозологии (т.е. очерченных рамок психиатрического диагноза) является клинический анализ состояния больного, учитывающий и этиопатогенетический фактор, и закономерности развития состояния; при этом клинико-психологическое исследование представляет собой оптимальный и наиболее объективный подход к оценке глубины и структуры патологических проявлений, так как эти методы – клинический и психологический – по сравнению с другими способами изучения психики человека – являются феноменологически наиболее близкими и взаимодополняющими.

    Профиль с ведущими 8-й и 7-й шкалами (выше 70 Т) выявляет внутреннюю напряженность, тревожность, нервозность, склонность к бесконечному, часто бесплодному, обдумыванию каких-либо проблем (“умственная жвачка”), отгороженность, хронически существующее чувство душевного дискомфорта, неуверенности, снижение общей продуктивности, комплекс вины и неполноценности; встречается у лиц, астенизированных длительным эмоциональным перенапряжением или хронически протекающей тяжелой болезнью, а также у лиц преморбидно (изначально) астенического и психастенического склада, чаще в сочетании с повышенными 2-й и 0-й, а также пониженной 9-й. Профиль 81′-/ настораживает тем, что выявляет сосредоточенность на своеобразных соматических жалобах без эмоциональной захваченности. Сочетание 8’51’-/ свойственно лицам с болезненным отношением к проблем затрудненной сексуальной адаптации, однако с тенденцией к раздумьям и рассуждательству по этому поводу без выраженной тревоги.

    Низкие показатели 8-й шкалы (ниже 50 Т) встречаются у лиц с небогатой фантазией, шаблонно мыслящих, трезвых и практичных. Отсутствие повышения по 8-й шкале указывает на преобладание у данной личности здравого смысла, трезвой оценки житейских ситуаций, рационального подхода к решению проблем.

    Для лиц с повышенной 8-й шкалой при наличии хорошего интеллекта способ коррекции недостаточно адаптивных форм поведения непрост. Одаренным, творчески ориентированным, но трудным по характеру, неконформным личностям необходимо создание такой социальной ниши, в которой была бы возможна реализация дифференцированного подхода и отсутствовала “заформализованность”. Для других, с делинквентными тенденциями, т.е. склонных к противоправным поступкам, необходима своевременная переориентация интересов с сохранением позитивного личностного статуса, что представляет собой весьма сложную социальную задачу: личности данного типа “оседают” лишь в той среде, где их индивидуальность учитывается. Это важно для каждого человека, но для данного типа личности этот фактор приобретает особую значимость.

    Судьба личности типа “8”, скорее всего, просто – непредсказуема и меньше всего зависит от того, как человек сам предполагает ее планировать. Индивидуальность человека данного типа особенно своеобычна. Если другие индивидуально-личностные паттерны имеют общие черты в рамках своего типа реагирования, предполагающие в чем-то сходные судьбы, то этот тип личности каждый раз по своему самобытен, и поэтому все они не только отличаются от других, но и между собой мало чем похожи. Разве только тем, что труднее всех адаптируются к жизни, отличаются своеобразием мотивации и сферы интересов, которая в значительной степени находится в стороне от повседневных проблем. Их иной раз ошибочно оценивают как стрессоустойчивых, и это серьезное заблуждение. Просто, то что тревожит большинство других людей, в их иерархии ценностей занимает ничтожно малое место. Если же задетыми оказываются их истинные ценности, то выявляется чрезвычайно низкая стрессоустойчивость и дезадаптация протекает по наиболее иррациональному варианту. Поэтому личности типа “8”, лишенные возможности вписаться в предлагаемую им обстоятельствами социальную нишу, могут оказаться непонятыми, изгоями, чудаками, которых, не принимая всерьез, опасаются и избегают. Те из них, кто обладает незаурядными способностями, вызывают уважение и восхищение, граничащие с мистическим поклонением, так как для обыденного человека они все равно остаются загадкой. Зато их верность своей индивидуальности и особому жизненному предназначению служит почвой для формирования мессианских установок. В личной жизни они могут быть терпеливо обожаемы, несмотря на то, что к семейной жизни совершенно не приспособлены: женщины типа “жен декабристов”, поверив в высшее предназначение своего спутника жизни, жертвуют и собой, и благополучием всей семьи ради того, кому они поклоняются. Если пьедестал величия такого “особенного человека” по каким-либо причинам рушится, он остается в гордом одиночестве. Чаще всего люди этого типа одиноки всю жизнь, жертвуя личным благополучием ради своего особого предназначения. В связи с их чрезвычайно высокой интуицией и способностью мыслить трансцендентно (т.е. глобальными категориями), среди них часто встречаются предсказатели судеб, экстрасенсы, врачеватели, использующие нетрадиционные способы лечения, специалисты, которые занимаются душевным состоянием человека: психиатры и психологи, а также теологи, философы, астрологи, психотерапевты-популисты, руководители религиозных сект и неформальных общественных направлений.

    Л. Н. Собчик

    Статьи

    Актуальность. В статье обсуждается актуализация понятия «региональной идентичности» для психологической науки. Во многом впервые происходит сравнение категориальной структуры представлений о страАктуальность. В свете изменений, происходящих в системе образования России, перехода к компетентностной парадигме, особое значение имеет изучение ресурсов и потенциалов как составляющих образовательного капитала. Этот вопрос еще недостаточно исследован в эмпирической плоскости.

    Цель. Изучить индивидуально-интеллектуальные интеграции в 3-х периодах времени (в настоящем, в будущем, в будущем как обновленном настоящем — как раздельно, так и совместно) при исследовании выборки студентов гуманитарных специальностей.

    Метод. В основу исследования положены представления о кросс-теоретическом синтезе теории интегральной индивидуальности В.С. Мерлина (1986) и структурно-динамической теории интеллекта Д.В. Ушакова (2011). В исследовании приняли участие 252 студента вузов г. Перми, из них 190 девушки и 62 юноши в возрасте от 17 до 22 лет. Гипотезы тестировались методом структурного моделирования. Были построены четыре модели индивидуально-интеллектуальных интеграций по критерию времени. В 3 моделях изучались индивидуально-интеллектуальные интеграции по отдельности в настоящем, в будущем, в будущем как обновленном настоящем. В 4-ю, медиаторную модель индивидуально-интеллектуальных интеграций настоящее, будущее, будущее как обновленное настоящее включались совместно.

    Результаты. Обнаружено, что индивидуально-интеллектуальные интеграции возникают в каждом периоде времени по отдельности. В настоящем их можно трактовать предпосылками ресурсов, в будущем — предпосылками реализованных потенциалов, в будущем как обновленном настоящем — предпосылками обновленных ресурсов. Взятые совместно во всех периодах времени, индивидуально-интеллектуальные интеграции также были установлены. Они позволили расширить представление о «спирали развития» в дополнение к предыдущей трактовке (Дорфман, Калугин, 2020 а) и рассматривать ее по схеме «настоящее — будущее — реализованное будущее (обновленное настоящее)».

    Выводы. Результаты исследования свидетельствуют о том, что индивидуально-интеллектуальные интеграции, представленные в трех периодах времени (в настоящем, в будущем, в будущем как обновленном настоящем), как раздельно, так и совместно, могут рассматриваться предпосылками ресурсов и потенциалов.

    Благодарности: Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ) в рамках научного проекта № 19-29-07046.не и о собственном регионе.

    Цель. Сравнение образа России и образов собственных регионов у молодежи, проживающей в различных субъектах страны.

    Методика. Методика семантического шкалирования с дальнейшей факторизацией полученных данных. В исследовании приняло участие 318 респондентов из 8 различных макрорегионов страны.

    Результаты. Была получена 6-факторная структура представлений образа России и образа собственного региона. Данные структуры имеют свои существенные различия, как по самой структуре факторов, так и по степени важности иерархии факторов. Региональная идентичность молодёжи в определённой степени обуславливает модальность принятия гражданской идентичности.

    Выводы. По результатам исследования можно утверждать следующее, что для тех представителей молодёжи, у которых складывался положительный образ собственного региона, формировался и положительный образ страны в целом.

    Благодарности. Исследование выполнено при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований, проект № 19-313-90069.

    Особая благодарность за помощь в организации сбора данных Звездиной Анастасии, начальнику отдела Центра молодежных проектов АНО ДПО «Корпоративный университет РЖД».

    Ключевые слова: интегральная индивидуальность; интеллект; индивидуально-интеллектуальная интеграция; ресурсы; потенциалы; структурное моделирование

    РАЗНИЦА МЕЖДУ ХАРАКТЕРОМ И КУЛЬТУРОЙ | СРАВНИТЕ РАЗНИЦУ МЕЖДУ ПОХОЖИМИ ТЕРМИНАМИ — ЖИЗНЬ

    Персонаж против культуры * Культура социетальна, а характер индивидуалистичен. Культура — это идеи, обычаи и социальное поведение определенного народа или общества; Характер — это умственные и мораль

    Персонаж против культуры

    * Культура социетальна, а характер индивидуалистичен. Культура — это идеи, обычаи и социальное поведение определенного народа или общества; Характер — это умственные и моральные качества, присущие человеку.

    * Культура — это идентичность; Характер — это качество.

    Культура и характер — два термина, которые обычно используются при описании человека. Кажется, что эти два термина имеют некоторое различие между собой, хотя кажутся одинаковыми в том, что касается определения их значения.

    Культура — это результат движения в стране. Таким образом, люди мира классифицируются по разным культурам. Культура — это система построения идентичности. Это процесс жизни в сообществе. Культура — это фактор, который различается от группы к группе.

    Важно отметить, что на культуру влияют многие факторы, такие как пищевые привычки, экономика, вера, религиозные верования, язык и тому подобное. Короче говоря, можно сказать, что культурный рост можно оценить по росту сообщества.

    Умственные и этические черты, которые делают мужчину, называют характером. Следует помнить, что мы впитываем характер, а не для того, чтобы его видели другие. Напротив, персонаж живет даже тогда, когда его не видят.

    Характер определяется нашим правильным поступком. Плохой характер характеризуется поступком, который носит плохой характер. Хороший характер характеризуется совершением благотворного и доброго по своей природе действия.

    Интересно отметить, что каждый в мире наделен характером. Это не имеет ничего общего с расой, религией или даже культурой в этом отношении. Характер превыше всего, включая культуру. Это также выходит за рамки образования и секса.

    Иногда слово «характер» используется в смысле качества, особенно хорошего качества. Используется как «у него есть характер». Это означает, что в нем есть хорошие качества. Следовательно, характер ассоциируется со всем хорошим.

    Резюме:

    Разница между характером и культурой:

    Характер определяется нашим поступком, а культура — это система построения идентичности.

    Умственные и этические черты, которые делают человека, называются характером, тогда как каждый в мире наделен характером. Характер тоже выходит за рамки культуры и расы. Это превыше всего, включая религию и секс.

    Атака Биг Мака — Things to do in Denver — Блоги

    Интересно, что в команде молодых звезд Северной Америки с её тремя «игроками, которые появляются раз в поколение», первый номер драфта 2013 сыграл очень важную роль. Последние два года все разговоры велись вокруг Остона Мэттьюса, Коннора Макдэвида и Джека Айкела, а тем временем Нэтан Маккиннон потихоньку превратился в настоящего хоккейного монстра.

    Наделенный потрясающей скоростью, Маккиннон в сезоне 2013/2014 взял Колдер трофи и помог Эвеланш неожиданно выиграть Центральный дивизион. И хотя два сезона прозябания в подвалах таблицы привели к уходу Патрика Руа с поста главного тренера, они также дали возможность Маккиннону вырасти в игрока калибра первого звена в относительной безвестности. Совместные летние тренировки со своим земляком из городка Коул Харбор, провинция Нова Скотия, Сидни Кросби не стали лишними. «Он пришел к нам совсем юнцом прямо из юниорской лиги, — говорит защитник Эвс Эрик Джонсон. — Но если вы посмотрите на него сейчас, то увидите, что он большой, крепко сбитый парень, и поймете, что летом он много работает над собой. Каждое межсезонье он делает огромный шаг, становясь настоящим мужчиной. И на льду это становится видно — он может дать бой любому.»

    Маккиннон стал одним из лучших игроков своей команды на Кубке мира, он вел ожесточенную схватку с Андреем Марковым в матче против России, а затем забил один из самых удивительных голов, когда в овертайме остался один на один с Хенриком Лундквистом. «Я отлично себя чувствую, — говорит Маккиннон. — Это придало мне уверенности перед началом сезона и определенно стало одним из самых ярких моментов в моей карьере.»

    Маккиннону всего 21, но он готовится начать свой уже четвертый сезон в НХЛ и, похоже, что он готов к большим делам. Сейчас он уже самый высокооплачиваемый игрок команды, благодаря новому семилетнему контракту на 44,1 млн., а его физические кондиции приближаются к пиковым показателям. «Он один из самых, если не самый физически одаренный игрок, которого я видел, — говорит центрфорвард Мэтт Дюшен. — Ему очень многое дано изначально, но он при этом еще и упорно работает над собой. Когда игрок только попадает в лигу, он еще сыроват — я сам был таким — но я вижу те измения, которые происходят с Нэтаном.»

    Личность Маккиннона тоже выделяется в команде. И хотя он предпочетает не вмешиваеться в серьезные разговоры старших товарищей в раздевалке, Нэтан постоянно подшучивает над всеми, а его любовь к хип-хопу, пожалуй, не имеет аналогов в лиге. Обязанности командного ди-джея выполняет Тайсон Бэрри, но поскольку они приятели, Бэрри старается, чтобы Маккиннон был доволен. «Когда мы занимаемся на тренажерах и среди нас Нэтан, мы получаем серьезную дозу R’n’B и хип-хопа, — признается Джонсон. — А по дороге к арене его авто больше похоже на ночной клуб на колесах.»

    Маккиннон, который водит Рэйндж Ровер, смеется над этим. «Абсолютно верно, — говорит он. — Я просто погружаюсь в свой мир и расслабляюсь.» Начало этому увлечению положили Эминем и его группа D12, когда Маккиннону было 13 лет. А сейчас он уже настоящий фанат этого жанра, слушающий все от J. Cole до Biggie Smalls. «Я слушаю только такую музыку, — рассказывает он. — Мне нравится энергия, биты, то, как они читают рэп… это мощно.»

    И это может быть мощный сезон для фанатов Эвс. Под руководством Руа Колорадо стабильно находился в числе аутсайдеров по владению шайбой, но новый тренер Джаред Беднар проповедует скоростной хоккей с быстрым проходом через центральную зону. Использование скорости Маккиннона и Дюшена плюс Тайсон Бэрри в качестве разгонятеля атак — это выглядит очень вкусно. Маккиннон был бы очень рад использовать эту модель, принесшую в последнее время Питтсбургу Кубок Стэнли, а Канаде — золотые медали, включаю ту, к которой он сам имел непосредственное отношение в 2015 году. Он понимает, что Центральный дивизион — сильнейший в современном хоккее, но не боится вступать в борьбу. И возможно, его любовь к хип-хопу сможет ему помочь. Видите ли, в Маккинноне как бы сходятся два мира: хоккейная культура предполагает скромность, и командный дух, в то время как хип-хоп — напыщенность, индивидуалистичность и развязность. Как это объединить? «Хоккей — это командная игра, — объясняет Маккиннон. — Но чтобы команда выглядела хорошо, каждый ее игрок должен быть хорош. Слушая хип-хоп, я настраиваю себя должным образом, становлюсь увереннее. Это действительно помогает. Я несу большую ответственность за команду и я должен хорошо играть в каждом матче, чтобы мы имели шансы выйти в плей-офф.»

    Маккиннон — не один в поле воин. Помимо Дюшена (еще одного постоянного игрока сборной Канады в последнее время), впереди у Колорадо есть еще мощный капитан Габриэль Ландескуг, а также живая легенда Джером Игинла. Джонсон отмечает, что внутрикомандная конкуренция пошла на пользу Маккиннону, а летние тренировки в компании Сидни Кросби указали молодому игроку нужное направление.

    В прошлом году Маккиннон был неплох после «тяжелого второго сезона», который случился в 2014/2015, но его выступление на Кубке мира предвещает настоящий прорыв. И если ему нужен саундтрек для этого, то пусть им станет старый альбом Тупака Шакура All Eyez On Me (англ. Все взгляды прикованы ко мне — прим.).

    Автор Александр В. Гусев

    Этот пост опубликован в блоге на Трибуне Sports.ru. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!

    Другие посты блога

    Things to do in Denver

    Индивидуальность | Я и ПСИХОЛОГИЯ

    У каждого из нас есть особенности — то, что нас отличает друг от друга, и чем больше и ярче человек отличается от всех других, тем в большей степени говорят о его индивидуальности.

    Индивидуальность личности появляется не сразу, начинается все с вещей гораздо более простых — с индивидуальности биологической или социальной особи, с наших физических или социальных особенностей.

    Если вы приведете своего ребенка в спортивную секцию, тренер обязательно обратит внимание на его физические данные, на его особенности: для баскетбола нужен рост, для борьбы — сила, но эти физические особенности, даже ярко выраженные, еще не сама индивидуальность. Там, где еще нет личности, где есть только биология — есть только особенности биологической особи, зачатки индивидуальности, но о самой индивидуальности, об индивидуальности личности говорить рано.

    У нас могут быть и социальные особенности, ярко выделяющие нас из массы других. Привычка говорить громко или особенный акцент в речи, привычка смело врать или без спроса пользоваться чужими вещами — такие социальные особенности привлекают внимание, но называть их индивидуальностью также не вполне правильно, это только особенности социальной особи. В этих примерах есть привычки, но нет внутреннего стержня личности. Индивидуальность — это скорее позитивные особенности конкретного человека.

    Развитая индивидуальность — яркие позитивные особенности человека, выделяющие его как личность из массы всех остальных. Если индивидуальность воспринимается с восхищением, она формулируется как уникальность.

     

    Виды индивидуальности

    Индивидуальность может быть поведенческая и психологическая, как личная, так и групповая. Вы, как член некоторой группировки, можете обладать совершенно уникальными индивидуальными чертами, не свойственным тем, кто в вашей группировке не состоит.

    Зачем нужна индивидуальность

    Индивидуальность сама по себе – ни хорошо ни плохо, но большинство людей хотят быть индивидуальностями, так же как и понять, какие черты и особенности составляют индивидуальность людей рядом с нами. Там, где все живут по шаблонам и как все, человек особенный, сохранивший свою индивидуальность, воспринимается окружающими весьма неоднозначно: или как вау-избранный, или как белая ворона

    Развитие индивидуальности

    Индивидуализация — это процесс самоопределения и обособления личности, ее выделенность из сообщества, оформление ее отдельности, уникальности и неповторимости. Ставшая индивидуальностью личность — это самобытный, активно и творчески проявивший себя в жизни человек

    Цитаты и комментарии — Русскоязычный сайт болельщиков Депортиво

    ИСААК КУЭНКА

    В: Вы были близки к тому, чтобы забить на Бернабеу…
    О:
    Жаль, что он [Касильяс] сделал сейв головой, но он великий кипер, мы знаем это. Я не знаю, сделал ли он это намеренно, но прежде я говорил с тренером вратарей [Ману Сотело] и спросил, куда лучше пробить. Он сказал, что рядом с головой, потому для вратаря очень трудно реагировать по сторонам. Произошло то, что мой удар пошел прямо в центр.
     
    В: Вы уже адаптировались?
    О:
    У меня был достаточно хороший месяц. Я думаю, что играю достаточно хорошо. Я доволен своим выступлением. Сначала это всегда трудно, потому что я провел два полных года без игры, и игра абсолютно другая по сравнению с Барсой. Все это, нравится или нет, немного имеет значение вначале.
     
    В: Сейчас Вы менее индивидуалистичны в своей игре?
    О:
    Я играю так, как, думаю, должен играть. Честно, то, что говорят другие, безразлично для меня до тех пор, пока кто-то в клубе или в команде не скажет мне об этом. Если я сейчас немного менее индивидуалистичен, это потому что я верю, что должен сделать пас. Это не обусловлено чем-то извне.
     
    В: Вы думаете, что болельщики все еще ждут того Куэнку, который дебютировал и удивлял в Барселоне?
    О:
    Да, конечно, но все отличается. Это Барса, это Лига Чемпионов, вы также играете с кем-то, у кого есть четыре Золотых Мяча. Все отличается. Трибуны ожидают многого, они те, кто диктует, но, возможно, намного легче играть с тем, у кого есть четыре Золотых Мяча.
     
     
    ПАБЛО ИНСУА
     

       
    В: Возможно ли достичь спасения с некоторым отрывом, без мучений в самом конце?
    О:
    Давайте подождем, чтобы достичь этого как можно скорее, а не в финальном туре, потому что все будет очень сложно. У нас есть потенциал, чтобы достичь цели на несколько недель раньше.
     
    В: В любом случае, кажется, что вам нужно будет 43 очка, которые должны гарантировать постоянство…
    О:
    Вы никогда не знаете. Много раз вы слышите это, и в конце появляются команды, которые сильно прибавляют в последних турах. Рано предсказывать, но априори кажется, что большого количества не  потребуется.
     
    В: Какова Ваша оценка Ваших выступлений в этом сезоне?
    О:
    Я знаю, что были очень нерегулярные игры. В одной из них я был хорош и немного хуже в других. Это нормально. Может быть, я немного поплатился за потерю постоянства. В конечном счете, я не анализирую сезон как негативный. Это мой первый сезон в Примере, я молод, у меня еще много времени, все располагает к тому, чтобы учиться, и в этом году я это делаю.
     
    В: Вы уже дебютировали в высшем свете раньше, но это Ваш первый полный год в элите. Акклиматизация проходит так, как ожидалось?
    О:
    Я немного знал о лиге… В нашем предыдущем году в Примере я тренировался с первой командой, я попал в несколько заявок и сыграл несколько игр. Я уже знал динамику, и это не поймало меня врасплох. Обстоятельства не были во всем хорошими. Были некоторые действия, в которых я мог сделать лучше, и затем у меня не было постоянства в других играх, в которых я сыграл не лучшим образом. Сейчас нужно продолжать работать и показывать тренеру, что я могу иметь постоянство.
     
     
    ОРИОЛЬ РИЕРА
         
    В: У Вас есть искушение, чтобы не работать так усиленно, чтобы быть более свежим в момент, когда появится возможность?
    О:
    Если быть честным, в прошлом году я не двигался так много, потому что плеймейкеры и вингеры, которые у нас были [в Осасуне], совершали почти все атакующие движения, и я был там, чтобы только завершать, но иногда вы должны делать это, потому что это то, чего требует игра и команда тоже. Сейчас я пытаюсь получать каждый мяч и пытаюсь привнести постоянство в команду. Иногда это вредит вам как персоне, но выгодно для команды, и я всегда был движим этим. Я никогда не брошу это, хотя это не создает мне голевые ситуации. Иногда вы идете против своей личной выгоды, но это то, во что я верю, и что привело меня сюда. И когда я попытался измениться, все пошло не так, так что я не буду делать этого.
     
    В: Вы думали о возможности посетить клубного психолога?
    О:
    Это для меня не что-то новое. В прошлом году я провел восемь игр не забивая, и закончил с тринадцатью голами в Примере. В Алькорконе в одном сезоне я также провел еще семь или восемь игр и закончил с восемнадцатью голами. Это то, что дало мне опыт, и опыт говорит мне, что, когда вы в проблемной ситуации, что вы должны сделать — это исправить ее и упорно работать. Страх не даст вам ничего. Да, правда, что это не легко, потому что есть соперники, но с общей помощью мы достигнем этого.
     
    В: Вы думаете, есть сомнения по поводу Вашего подписания?
    О:
    Если есть, меня это не заботит, потому что я знаю свою работу, я знаю, через что я прошел, кто я, и что я делаю. Любой, у кого есть вопросы, может только посмотреть YouTube или статистику, и они могут делать с этим все, что захотят. У меня нет сомнений, я знаю, что забью голы здесь, в Депортиво, и я знаю, что это будут важные голы. Когда? Они придут, я забью. От высшего руководства до простых работников клуба нет сомнений. Те, у кого есть сомнения, я уверен, скоро съедят их.
     
     
    СЕЛЬСО БОРХЕС
         
    В: Откуда идет эта любовь к року?
    О:
    Мой брат любил рок и играл на электрогитаре. Что касается меня, мне нравились перкуссионные инструменты и ударные. Все эти группы в этом смысле фантастические.
     
    В: Что общего между футбольной командой и рок-группой?
    О:
    Футбол походил бы на организованную мелодию. Есть разные варианты игры в футбол, так что это может быть классическая музыка, это может быть рок, это может быть панк.
     
    В: Будет ли совпадать роль полузащитника с ролью перкуссиониста, ударника, тем, кто держит ритм в группе?
    О:
    Я никогда так не думал. В группе тот, кто держит ритм — это ударник, но футбол отличается, потому что есть много участников.
     
    В: Что значило для Вас быть способным играть за Депортиво?
    О:
    Я считаю, что мне повезло играть здесь, я это очень ценю. Это то, что будет иметь большое значение в момент взгляда назад на свою карьеру.
     
    В: Требования у соревнования такие, как Вы и ожидали?
    О:
    Они довольно высокие. После перерыва на чемпионат мира у меня заняло некоторое время, чтобы набрать темп, но переход был очень легким, потому что в раздевалке есть большая уверенность, и люди всегда знают о том, как вы. С тренерским штабом было то же самое. В этом случае адаптация была очень быстрой и очень легкой, потому что есть хорошие товарищи по команде.
     
    В: Что Вы имели в виду, когда сказали, что c Мадридом и Сельтой команда играла «с ножом в зубах»?
    О:
    Отношение, которое будет вести нас к достижению цели, потому что мы не расслаблены. Фразой “с ножом в зубах” я имел в виду то, что мы живы, мы боремся за каждый мяч.
     
     
    ХУАНФРАН
         
    “Быть ближе к зоне вылета после четырех недель без побед — это нормально. Это борьба шести или семи клубов, Эйбар там сейчас с нами, и мы должны играть нашу лигу и набирать очки, чтобы избежать вылета. Кордоба проиграла, но две победы для них будут означать возвращение в борьбу. Я верю, что мы должны сделать нашу лигу. Если мы заполучим пять побед до конца сезона, я полагаю, мы будем спасены.”

     
    ХАРИС МЕДУНЬЯНИН
     

     
    В: Что для Вас значит то, что тренер боснийской национальной сборной сохраняет  уверенность в Вас?
    О:
    Это значит уехать отсюда на некоторое время, освежить голову, побыть с семьей и с людьми моей страны. Это будет хорошо, чтобы зарядиться энергией и возвратиться обратно, потому что немного трудно, когда вы живете в новом городе. Вам всегда требуется немного времени, но я чувствую себя здесь очень хорошо.
     
     
    ИВАН КАВАЛЕЙРУ
     
    «Мы в ситуации, в которой мы не хотели быть, и мы обеспокоены. Но я верю в эту команду, потому что у нее есть качество и способность достичь постоянства. Мы проходим через плохую фазу, как это происходило в начале сезона, но сейчас команда лучше, и поэтому я спокоен. Мы проиграли в Валенсии, но отдали все силы, чтобы победить, и с таким отношением, конечно, мы начнем выигрывать игры.»
     
    “Я знаю, были игры, которые мы должны были выигрывать, но мы должны понимать, что команда отдавала все силы, чтобы победить, и с отношением, которое было видно в недавних встречах, мы способны выигрывать матчи, оставшиеся в календаре, и достичь цели.”

    — прицеп для снегохода (трейлер) в прокат

     

    DeeLite, По материалам международного сайта
    rcdlc.com / deportivo-la-coruna.com

    На ваше отношение к индивидуализму влияет ваш социальный класс

    Часто считается, что получение высшего образования или работа на профессиональном рабочем месте означает, что студент или сотрудник, наконец, «сделал это» и может оставить позади свой социальный класс. Однако в реальности часто бывает совсем иначе. Исследования показывают, что люди из рабочего класса отдают предпочтение таким ценностям, как лояльность, смирение и взаимозависимость, в то время как в высших кругах, таких как университеты и компании, приоритетными являются индивидуальность, самовыражение и влияние.Некоторые эксперименты показали, что простое напоминание студентам о независимой культуре колледжа (например, побуждение их «прокладывать свой собственный путь») может повысить уровень их стресса, снизить их чувство принадлежности или принадлежности и подорвать их успеваемость по академическим задачам. . Чтобы решить эту проблему, учреждениям и организациям необходимо включить социальный класс в свои программы разнообразия и настроить системы оценки таким образом, чтобы сотрудничество и взаимозависимость были вознаграждены.

    Часто предполагается, что получение высшего образования или профессиональная работа означает, что человек из рабочего класса или из малообеспеченных семей, наконец, «добился успеха» и беспрепятственно присоединится к среднему или высшему классу.Однако в реальности часто бывает совсем иначе. Как рассказала New York Times в 2005 году Делла Мэй Джастис, преуспевающий юрист, выросший в бедности, «Мой живот всегда скручивается, собираясь пойти на вечеринку, и мне интересно, правильно ли я ношу одежду или нет». буду знать, что делать ». Она продолжила: «Я всегда думаю: откуда все это знают? Откуда они знают, как действовать? Почему все они кажутся такими непринужденными? »

    Несмотря на успех Джастис как юриста, она по-прежнему чувствует себя посторонней в социальных сетях со своими коллегами.Ее опыт работы в качестве профессионально продвигающегося вверх довольно обычен. Фактически, все больше исследований показывает, что социальный класс, определяемый уровнем образования, доходом и родом занятий родителей, продолжает формировать жизненный опыт людей после их поступления в колледж и профессиональной жизни. Когда люди ориентируются в этих учреждениях, их опыт может повлиять на характер их опыта и, в конечном итоге, на то, полностью ли они раскрывают свой потенциал. Это потому, что социальный класс — это нечто большее, чем финансовые ресурсы, предоставляемые высшим образованием и престижной профессией; наличие или недостаток ресурсов с течением времени формирует понимание людьми того, кто они есть и как им следует взаимодействовать с другими.

    Наши текущие исследования показывают, что люди из рабочего класса склонны считать себя взаимозависимыми и тесно связанными с другими. Родители учат своих детей важности соблюдения правил и приспосабливания к потребностям других, отчасти потому, что нет экономической системы защиты, к которой можно было бы прибегнуть. Распространенные высказывания включают в себя: «Не всегда можно получить то, что хочешь» и «Дело не только в тебе»; такие ценности, как солидарность, смирение и верность, имеют приоритет.

    Напротив, люди из среды среднего и высшего классов склонны считать себя независимыми и отделенными от других. Родители учат детей важности развития их личных предпочтений, потребностей и интересов. Среди распространенных высказываний — «Мир — твоя устрица» и «Твой голос имеет значение»; такие ценности, как уникальность, самовыражение и влияние, имеют приоритет.

    Хотя многие учреждения, такие как школы и рабочие места, могут извлечь выгоду из сильной дозы взаимозависимости и сотрудничества, они, как правило, отдают приоритет независимости как культурному идеалу.Корнельский университет поощряет студентов прокладывать свой собственный путь, выбирая среди широкого спектра курсов для разработки своей собственной «независимой специальности». Точно так же веб-сайт приемной комиссии Дартмутского колледжа подтверждает важность индивидуального самовыражения: «То, что нас впечатлит, — это ВЫ. Вы, позволяя вашему приложению выражать некоторые аспекты вашей собственной истории ». На рабочих местах обычно принимают на работу и вознаграждают сотрудников, которые берут на себя ответственность, уверенно выражают свои идеи и мнения и продвигают себя. Например, на своем веб-сайте консалтинговая фирма Deloitte говорит: «Мы хотим, чтобы все наши люди развивались по-своему, используя свои сильные стороны и оттачивая свои лидерские качества.«В то время, когда мы проводили наше исследование в 2015 году, на веб-сайте инвестиционного банка Morgan Stanley подчеркивалось:« Это отличная среда для самостоятельного предпринимателя, человека, который наслаждается большой автономией… ». Фирма поддержит это и вознаградит за это качество ».

    Несоответствие между культурным идеалом независимости институтов и взаимозависимыми нормами, общими для рабочего класса, может уменьшить их возможность добиться успеха. В высшем образовании, например, студенты из рабочего класса (т.е., студенты, чьи родители не имеют четырехлетнего образования) сообщают, что хотят помочь своим семьям и внести свой вклад в свое сообщество, но при этом они сталкиваются с обстановкой колледжа, в которой подчеркивается необходимость прокладывать собственный путь и исследовать личные увлечения. Это культурное несоответствие связано с получением более низких оценок в колледже. В серии экспериментов мы обнаружили, что простое напоминание студентам о независимой культуре колледжа (например, прокладывание собственного пути) может повысить их уровень стресса, снизить их чувство принадлежности или принадлежности и подорвать их успеваемость при выполнении академических задач.

    Эти негативные последствия культурного несоответствия не исчезают по мере того, как студенты продвигаются по колледжу, сохраняются до его окончания и после него. Даже после того, как студенты закончат колледж и перейдут на профессиональные рабочие места, сотрудники из рабочего класса сообщают, что ощущают нехватку социальной пригодности и культурного капитала по сравнению со своими сверстниками. Студентка ведущей бизнес-школы, размышляя о своем опыте профессиональной работы, сказала нам: «Для меня было шоком оказаться на рабочем месте и почувствовать себя так, как будто я нахожусь в этой очень элитной среде, где я просто не вписываются в….Я был гораздо лучше осведомлен о том, как я разговаривал, как я себя представлял, во что я одет, какими семейными переживаниями я хотел поделиться и обо всем этом ».

    Таким образом, институты

    могут непреднамеренно привести к тому, что студенты и сотрудники из рабочего класса не успеют вписаться в них. В результате колледжи и рабочие места могут не только упустить этот неиспользованный потенциал, но также усилить и поддерживать социальное классовое неравенство в процессе.

    Хорошая новость заключается в том, что этот социальный классовый разрыв в опыте и производительности не статичен.Когда колледжи включают сообщения о важности взаимозависимости, учащиеся из рабочего класса получают выгоду. В серии экспериментов, описанных выше, мы также показали студентам приветственное послание колледжа, в котором основное внимание уделялось независимости или взаимозависимости (например, возвращению своему сообществу). В условиях взаимозависимости учащиеся первого поколения чувствовали себя так же комфортно и так же хорошо справлялись с учебной задачей, как и их сверстники из среднего и высшего классов.Кроме того, вместе с докторантом Андреа Диттманн наш анализ архивных данных о спортивных командах колледжей показал, что люди из рабочего класса сообщают о большей совместимости с командой и способности реализовать свой потенциал, участвуя в командах, которые уделяют приоритетное внимание взаимозависимости.

    На основе этого исследования учителя и менеджеры могут использовать определенные стратегии, чтобы помочь своим ученикам и сотрудникам из рабочего класса реализовать свой потенциал. Один из них — просто признать, что социальный класс имеет значение.Хотя некоторые колледжи и университеты начали это понимать, рабочие места часто полностью игнорируют социальный класс, даже если уделяют большое внимание расовому и гендерному разнообразию. В качестве первого шага к максимальному раскрытию потенциала студентов и сотрудников из рабочего класса учреждения должны признать социальный класс как форму разнообразия. Точно так же, как организации предоставляют группы по интересам и программы наставничества для женщин и расовых меньшинств, они должны предлагать программы, адаптированные к социальному классу.

    Другая стратегия — предоставить людям возможность развивать свою независимость в дополнение к взаимозависимости. Школы и рабочие места могут предлагать учебные занятия, на которых учащиеся и сотрудники могут изучать и практиковать ожидаемое независимое поведение, такое как самоутверждение, демонстрация уверенности и оказание влияния. Кроме того, консультантов колледжей и наставников на рабочем месте можно обучить, чтобы они лучше понимали потребности студентов и сотрудников из рабочего класса, чтобы предоставить им структурированную обратную связь, необходимую им, чтобы лучше ознакомиться с «правилами игры», в значительной степени основанными на независимости.”

    Последняя стратегия заключается в том, чтобы учебные заведения встречали студентов и сотрудников там, где они есть, используя их взаимозависимые сильные стороны. Хотя большинство из нас понимает, что превосходные навыки, такие как совместная работа и приспособление к другим, могут принести пользу деятельности организации, мы считаем, что эти навыки не ценятся так, как следовало бы. Хотя многие организации говорят о ценности сотрудничества, они могли бы добиться большего, если бы включили ценность взаимозависимости в свою повседневную политику и практику, такие как критерии оценки (т.д., прием на работу и продвижение по службе) и поощрения за производительность. Менеджеров по найму и сотрудников приемных комиссий можно обучить искать студентов или сотрудников, которые продемонстрировали способность быть командным игроком и приспосабливаться к другим. Что касается производительности, учреждения могут предоставить дополнительные возможности для работы в командах, и стимулы могут быть вознаграждены командам, основанным на их коллективной работе, а не отдельным лицам.

    История американской мечты — это возможность добиться успеха благодаря упорному труду и настойчивости, исходящих из скромного воспитания.Несмотря на очевидную привлекательность, американская мечта для многих американцев недостижима. Во многих западных странах, даже когда люди упорно трудятся, чтобы получить высшее образование или устроиться на работу в престижную организацию, они находятся в невыгодном положении из-за преобладающих институциональных норм. Хотя наши предложения не являются панацеей, они являются важным первым шагом к обеспечению того, чтобы «классовые мигранты» имели равные возможности для достижения успеха в школе и на рабочем месте. Потенциальные выгоды огромны — не только для студентов и рабочих, но также для школ и рабочих мест.

    Радикальный индивидуализм, бушующий по всей Америке

    Ношение ткани на лице кажется разумной просьбой в обмен на спасение сотен тысяч жизней. Иначе обстоит дело в США, где эффективная тактика предотвращения коронавируса (ношение маски) стала предметом политических разногласий и , иногда смертоносных, , разделивших американцев на две отдельные группы: тех, кто возражает против того, чтобы им говорили, что делать со стороны штата и местных жителей. правительства и те, кто желает пострадать от незначительных неудобств ради общего блага.

    Когда CDC недавно обновили свои рекомендации по маскам, включив в них новых данных, , которые показывают, что маски также защищают владельца от коронавируса, это было отмечено как возможность расширить использование масок.

    Кэтрин Уайт, профессор кафедры потребительского анализа, просоциального потребления и устойчивого развития Университета Британской Колумбии, была процитирована в газете The Washington Post , поскольку считает, что эти новые правила являются шагом вперед в обмене сообщениями, особенно для тех, кто более мотивирован ответственность заботиться о себе больше, чем о других.

    «В целом, это кажется победой с точки зрения обмена сообщениями, которые понравятся республиканцам», — сказала она. Это произошло потому, что «консерваторы сильно мотивированы личной ответственностью заботиться о себе».

    Маски превратились в микрокосм. для растущего разногласия между двумя фракциями нашей великой нации: коллективистами и индивидуалистами. Америка была основана на личных свободах, которые превратились в идею подтянуть себя на основе вашей идеи о том, что любой может добиться успеха без помощи других, если он будет достаточно много работать.

    И хотя эта индивидуалистическая, свободолюбивая черта долгое время поддерживала демократическое общество, которое для большинства ценит свободу и справедливость, некоторые начали рассматривать нашу эгоцентричную природу как балансирующую на саморазрушительном эгоизме.

    Обозреватель New York Times Пол Кругман в статье под названием Культ эгоизма убивает Америку , утверждает, что слишком многие американцы теперь разделяют положительную силу жадности и врожденную веру в то, что всем будет лучше, когда они преследуют свои собственные интересы.

    Брене Браун в предвыборном подкасте интервью с избранным президентом Джо Байденом заявила, что на надгробии Америки будет написана фраза «Смерть от грубого индивидуализма».

    Этим летом группы в Неваде протестовали против мандата на маски.

    Бриджит Беннетт Getty Images

    Это проблема, которую она определила в статье 2017 для Fast Company , написав: «Как представители социального вида, мы черпаем силу не в нашем суровом индивидуализме, а в нашей коллективной способности планировать, общаться и работать вместе.Наша нейронная, гормональная и генетическая структура поддерживает взаимозависимость выше независимости ».

    Легко демонизировать худшие аспекты индивидуализма, но, как и во всем, ключевым моментом является баланс.

    Как достичь этого баланса, чтобы побудить больше заботиться о высшем благе в поляризованном обществе, основанном на стратегии «каждый сам за себя», требует, чтобы все его граждане понимали лучших ангелов и худших демонов человеческой природы.


    Учебник по индивидуализму vs.коллективизм

    Индивидуализм — это социальная теория, которая возвышает свободу личности над коллективной. В то время как некоторые привыкли летать под флагом Gadsden и жить по идеалу «не наступай на меня» до крайности, большинство индивидуалистических обществ ценят уникальность, независимость, самодостаточность и автономию.

    Индивидуалистические культуры, такие как США, превыше всего ставят права личности и самостоятельность. Мы чествуем и ценим личные достижения, часто предполагая, что успех приходит главным образом к тем, кто хотел и работал для этого больше, чем другие.Личные отношения и потребности друзей и семьи важнее потребностей незнакомцев.

    Коллективизм — это социальная теория, которая возвышает ценность отношений и связи между людьми — известными или неизвестными — как руководящие факторы индивидуальной идентичности. Коллективисты придерживаются менталитета «мы все вместе», полагая, что потребности группы преобладают над потребностями каждого отдельного члена. Когда побеждает один человек, побеждают все. Коллективисты обычно ценят самоотверженность, работу в группе для решения проблем, всегда делая то, что лучше всего для общества, и ставят общину превыше всего.

    Томас Талхельм, доцент кафедры поведенческих наук Чикагского университета, говорит, что огромный географический след США соответствует идеалам индивидуалистического общества. По его словам, всякий раз, когда у вас мало населения и не так много городов, люди обычно полагаются на себя, а не на институты. Индивидуализм более распространен в сельской местности. Коллективизм более распространен в городских районах.

    «Это, например, объясняет часть различий внутри Соединенных Штатов», — говорит он.«Вы видите более высокий уровень индивидуализма в таких местах, как Монтана и Вайоминг, чем в Вирджинии или Пенсильвании, потому что у вас более плотное население с учреждениями».

    В честь двух конкурирующих идей

    Ни коллективизм, ни индивидуализм по своей сути не лучше, и эти две идеи не исключают друг друга, говорит Луис Д. Медина, директор Совместного исследования старения и мультикультурной оценки Хьюстонского университета. Он называет США W.E.I.R.D население — западное, образованное, промышленно развитое, богатое и демократическое — и хотя он говорит, что в целом США характеризуются как индивидуалистическое общество, это неполный вывод.

    «Когда мы делаем обобщения относительно американцев, мы обычно говорим об этой очень ограниченной группе W.E.I.R.D, которая не представляет всех», — говорит он. «Вы все еще можете идентифицировать много людей, которые высоко ценят коллективизм в США»

    Он указывает на различные области в крупных мегаполисах, таких как Лос-Анджелес, где до сих пор процветают очаги коллективизма.

    Индивидуализм в Америке сделал маски для правительства средством контроля над своими гражданами, а не средством борьбы с распространением коронавируса.

    Образовательные изображенияGetty Images

    «Вы отправляетесь в Восточный Лос-Анджелес, где у вас есть много людей происхождения чикано, мексикано-американского или центральноамериканского происхождения, многие из них все еще придерживаются некоторых коллективистских идеалов, которые их семья передавала из поколения в поколение. поколения, несмотря на то, что он долгое время находится в Соединенных Штатах », — говорит он.Часто речь идет о финансах, например о предоставлении краткосрочных ссуд или подарков родственникам, или о том, чтобы все члены семьи регулярно вносили деньги в банк, а затем, если у кого-то возникла чрезвычайная ситуация, они могли использовать эти деньги, не задавая вопросов.

    Оба общества обладают своими замечательными качествами, — говорит Талхельм, который восхищается коллективистскими обществами за одну из их самых определяющих характеристик — способность полагаться друг на друга в трудные времена.

    «Когда я нахожусь в Китае, меня всегда привлекает то, что среди моих близких друзей, если мне что-то нужно, мне даже не нужно говорить, зачем мне это нужно.Я просто говорю им, что мне что-то нужно, и дело сделано », — говорит он. «В Америке, если кому-то нужна моя помощь, я хочу, чтобы они сначала объяснили ситуацию, объяснили мне, почему это необходимо, и почему они не могут решить эту проблему самостоятельно».

    В индивидуалистических культурах, по словам Талхельма, общение обычно работает намного лучше, во многом благодаря способности противостоять конфликту лицом к лицу. «Одна из вещей, которые мне очень нравятся в жизни в Соединенных Штатах, — это то, что когда возникает конфликт, мы хорошо умеем его разрешать, по крайней мере, на очень микро уровне, на личном уровне.

    Все постоянно

    Коллективизм и индивидуализм не являются фиксированными состояниями существования . Согласно Тальхельму и Медине, у всех нас есть склонность к обоим в зависимости от обстановки и ситуации.

    В политическом плане консерваторов часто считают индивидуалистами, которые жаждут меньшего правительства, меньшего количества правил и более низких налогов. Либералы обычно рассматриваются как коллективисты, работающие над принятием крупных государственных программ и законов, таких как всеобщее здравоохранение и экологические нормы, которые приносят пользу наиболее нуждающимся слоям населения.

    В нашей личной жизни, однако, небольшие города и сельские районы, в которых живет большинство консерваторов, — это те же места, где соседи и члены семьи с большей вероятностью объединятся, чтобы помочь одному из своих во время кризиса. В городах и пригородах, которые имеют более либеральную политическую тенденцию, люди с большей вероятностью будут жить вдали от своих семей и на человека с меньшей вероятностью, чем их сельские коллеги , будут знать всех своих соседей, не говоря уже о том, чтобы помочь им в трудную минуту.

    Коллективизм и индивидуализм не являются фиксированными состояниями бытия.

    Талхельм говорит, что все сводится к тому, как каждое общество рассматривает отношения, и обе социальные конструкции имеют свои подводные камни.

    «Частично то, что делает общества коллективистскими, — это тесные отношения», — говорит он, указывая на такие страны, как Япония, Корея и Индия, где люди часто чувствуют себя застрявшими в отношениях, когда их социальный мир фиксирован и тесен. «Это культуры, в которых люди зависят друг от друга, но это не обязательно означает, что они нравятся друг другу.

    Талхельм говорит, что эти тесные отношения в коллективистских культурах часто говорят о том, что они любят своих друзей меньше, чем люди в индивидуалистических культурах. По его словам, часть того, что делает индивидуалистические культуры такими уникальными, — это свобода разрывать отношения, которые мы не находим удовлетворительными.

    «Индивидуалистические общества предлагают свободу передвижения в отношениях. Если вам не нравятся ваши друзья, вы их бросаете. Если ваши друзья не делают вас счастливыми, вы находите новых друзей. Звучит хреново, но в каком-то смысле заставляет вещи работать лучше.

    Это то, с чем, по его словам, большинство людей, как либералов, так и консерваторов, может согласиться, является положительным.

    Индивидуализм во времена коронавируса

    Обратной стороной индивидуализма, однако, может быть отсутствие заботы о «других» — о тех, кого мы не знаем и с кем не имеем личной связи.

    Возможно, ни один момент в современной истории не прояснил, что индивидуалистический характер Америки не соответствует пандемии коронавируса.

    Протесты против изоляции прошли более чем в 30 штатах, поскольку люди требовали свободы жить нормальной жизнью, несмотря на смертельную пандемию, унесшую жизни человека, более 240 000 американцев .Многие штаты отказались выдать мандаты по маскам. Другие, даже некоторые из них, которые изначально были закрыты, открыли бары, рестораны и тренажерные залы, пока бушевала пандемия.

    Успех в борьбе с пандемией зависит не только от того, является ли страна индивидуалистической или коллективистской.

    Другие индивидуалистические страны, такие как Новая Зеландия и Исландия , показали отличные результаты во время Covid-19, введя в действие протоколы безопасности, заблокировав, а также тестируя и отслеживая вирусы, которые почти остановили пандемию на ее пути.Многие коллективистские страны, такие как Греция и Португалия , начали борьбу, поскольку пандемия не показывает никаких признаков замедления.

    В Америке, если кому-то нужна моя помощь, я хочу, чтобы они сначала объяснили ситуацию, объяснили мне, почему это необходимо, и почему они не могут решить эту проблему самостоятельно.

    По словам Медины, одно резкое отличие, не связанное с результатами, состоит в том, что большинство коллективистских культур — и даже многие индивидуалистические — были готовы выполнять требования правительства и общественного здравоохранения для защиты других.

    «Это забавно, — смеется Медина, — потому что, особенно в условиях пандемии, коллективистские культуры смеются над Соединенными Штатами, потому что в коллективистских культурах, когда вы больны, вы не хотите причинять вред другим людям, так что наденьте их. маска или оставаться дома — это то, что вы делаете по умолчанию. Здесь, в США, мы настолько индивидуалистичны, что идея надеть маску, заставляющую оставаться дома, кажется нарушением нашей независимости и наших прав быть этими независимыми людьми, живущими в обществе.”

    Возможен ли баланс?

    Медина указывает на два момента в новейшей истории, когда наше индивидуалистическое общество объединилось коллективистски.

    «После 11 сентября в Нью-Йорке способ сплочения города соответствовал тому, чего мы ожидали от коллективистской культуры», — говорит он. «Здесь, в Хьюстоне, после урагана Харви город сплотился, чтобы обеспечить восстановление для всех своих граждан. Я переехал сюда два года назад, и я заметил, что некоторые из них до сих пор находят отклик у многих людей, но идея состоит в том, что когда дела налаживаются, большинство сообществ вернулись к своему индивидуальному режиму по умолчанию.”

    Успех в борьбе с пандемией зависит не только от того, является ли страна индивидуалистической или коллективистской.

    ThomasShanahanGetty Images

    Часто Талхельм говорит, что когда доходит до резких различий между коллективистами и индивидуалистами, все сводится к разнице в мотивации. Одно исследование обнаружило , что индивидуалисты и коллективисты вызывались добровольцами почти с одинаковой частотой, но индивидуалисты сделали это, потому что видели потенциал, связанный с карьерой, в то время как коллективистов больше привлекала идентичность волонтеров.По его словам, достижение баланса может больше походить на поиск такого рода точек соприкосновения, несмотря на врожденные различия.

    « Я определенно открыт для мысли, что у людей есть образ мышления, в который мы можем войти или нет», — говорит Талхельм. «Я думаю, что с культурной точки зрения, вы должны делать то или другое».

    Медина соглашается, но считает, что мы должны стремиться к балансу.

    «Я считаю, что в контексте поведенческих и социальных ситуаций баланс в целом легко оправдать и оправдать», — говорит он.«Тело ищет равновесия. В медицине это либо слишком много, либо слишком мало чего-то, и, в конце концов, это создает какие-то физиологические нарушения или проблемы. Итак, с точки зрения общества, если бы мы использовали ту же схему, я вижу, что баланс был бы чем-то, что помогло бы нам прогрессировать ».

    По словам Талхельма, уважение и понимание важнее баланса.

    «Я думаю, что мы можем и должны стремиться к гибкости, чтобы понимать и адаптироваться к обоим способам мышления», — говорит он.

    Если мы сможем уважать потребности других, отличные от наших, говорит он, даже индивидуалистические общества, такие как США, могут достичь определенного уровня заботы о высшем благе.

    Поскольку число случаев коронавируса продолжает расти до новых и более опасных высот , возможно, что забота и уважение друг к другу могут начаться с того, что каждый будет носить простую маску для лица.

    Не потому, что мы должны, а потому, что нам не все равно.


    Мэтью М. Ф. Миллер — писатель-фрилансер и автор книги «Руководство для папы по беременности для чайников ».В настоящее время он пишет книгу о похудании, в которой рассказывают истории людей, которые потеряли половину своего веса и сохраняли его более 10 лет.

    Получите Shondaland прямо в свой почтовый ящик : ПОДПИСАТЬСЯ СЕГОДНЯ

    Этот контент создается и поддерживается третьей стороной и импортируется на эту страницу, чтобы помочь пользователям указать свои адреса электронной почты. Вы можете найти больше информации об этом и подобном контенте на пианино.io

    Индивидуализм — по отраслям / доктрине

    Введение | Политический индивидуализм

    Индивидуализм — это моральное, политическое или социальное мировоззрение, подчеркивающее человеческую независимость и важность личной самостоятельности и свободы . Он противостоит большинству внешнего вмешательства индивидуальному выбору, будь то со стороны общества, государства или какой-либо другой группы или учреждения ( коллективизм или этатизм ), а также возражает против точки зрения, что традиция , религия или любая другая форма внешнего морального стандарта должна использоваться, чтобы ограничить индивидуальный выбор действий.

    Этический индивидуализм , таким образом, это позиция, согласно которой индивидуальное сознание или разум является только моральным правилом, и не существует никакого объективного авторитета или стандарта, который он обязан принимать во внимание. Его можно применить к морали шотландской школы здравого смысла конца 18 века, к автономной морали Иммануила Канта и даже к древнегреческому гедонизму и эвдемонизму.

    Некоторые индивидуалисты также являются эгоистами (этическая позиция, что моральные агенты должны делать все, что отвечает их собственным интересам ), хотя обычно они не утверждают, что эгоизм по своей природе хорош.Скорее, они утверждали бы, что люди не связаны обязанностями какой-либо какой-либо социальной морали, и что люди должны иметь свободу выбора , быть эгоистами или нет.

    Экзистенциалистской этике также свойственен упор на моральный индивидуализм, особенно с учетом того, что она сосредоточена на субъективных, личных жизнях отдельных людей. Экзистенциализм утверждает, что не существует базовой и данной человеческой природы, которая является общей для всех людей , и поэтому каждый человек должен определить индивидуально , что человечество означает для них и какие ценности или цели будут доминировать в их жизни.

    Термин «индивидуализм» впервые был использован французскими и британскими протосоциалистами, последователями Saint-Simon (1760–1825) и Роберта Оуэна (1771–1858), первоначально как уничижительный термин , и в основном в смысле Политический индивидуализм (см. раздел ниже). Американец XIX века Генри Дэвид Торо — , часто называют примером убежденного индивидуалиста. В популярном употреблении «индивидуализм» может быть положительным или отрицательным , в зависимости от того, кто и как использует этот термин.

    Политический индивидуализм — это теория, согласно которой государство должно выполнять всего лишь оборонительную роль , защищая свободу каждого человека действовать так, как он или она, до тех пор, пока он или она не нарушает та же свобода другого (по сути, позиция laissez-faire , лежащая в основе классического либерализма, либертарианства и современного капитализма). Он видит себя в фундаментальной оппозиции таким концепциям, как «общественный договор» Жан-Жака Руссо , который утверждает, что каждый человек по неявному контракту подчиняет свою волю «общей воле» , и в противоположность этому. любая коллективистская идеология типа социализма или коммунизма.

    Некоторые политические индивидуалисты придерживаются точки зрения, известной как Методологический индивидуализм , что общество (и правительство, если на то пошло) не имеет никакого существования или значения помимо совокупности индивидов , и, следовательно, не может быть правильно сказано. выполнять действий или обладать умыслом . Некоторые даже используют радикальный подход, называемый Индивидуалистический анархизм (см. Анархизм), который утверждает, что преследование собственных интересов не должно ограничиваться каким-либо коллективным органом или государственной властью, отказываясь принимать даже решения демократического правительства .

    Американское общество и индивидуализм

    Создание хорошего общества

    Клэр Андре и Мануэль Веласкес

    В Хорошем обществе , социолог Роберт Белла и его соавторы призывают американцев хорошенько взглянуть на себя. Столкнувшись с ростом бездомности, растущей безработицей, распадом автомагистралей и надвигающейся экологической катастрофы, наш ответ — апатия, разочарование, цинизм и уединение миры.Социальные проблемы, стоящие перед нами сегодня, авторы утверждают, во многом являются результатом неудач наших институтов, и наш ответ, в значительной степени результат нашей неспособности понять степень, в которой наша жизнь сформирована институциональными силами и степень, в которой мы, как демократическое общество, можем формировать эти силы к лучшему.

    То, что мешает американцам «взять на себя ответственность», согласно авторам, наша давняя и неизменная приверженность «индивидуализму» — вера в то, что «хорошее общество» — это то, в котором люди оставляют за собой право самостоятельно добиваться своего личного удовлетворения других, образ мышления, подчеркивающий индивидуальные достижение и самореализация.

    Как отмечают авторы, такое мышление о себе и наше общество можно проследить до восемнадцатого века нашей страны основатели века, в первую очередь Джон Локк: «учение Локка была одной из самых мощных идеологий, когда-либо изобретенных, если не самый мощный. Это обещало неслыханную степень индивидуального свобода, безграничная возможность побороться за материальное благополучие, и беспрецедентное ограничение произвольных полномочий правительства препятствовать индивидуальной инициативе.»Основатели нашей нации, однако предполагалось, что свобода людей добиваться своих собственные цели будут умерены «общественным духом» и заботой для общего блага, которое будет формировать наши социальные институты: «Локковский идеал автономной личности был в восемнадцатого века, встроенного в сложную моральную экологию, которая включала семью и церковь с одной стороны, а с другой энергичная общественная сфера, в которой экономическая инициатива была надеялся, росла с общественным духом… восемнадцатый век идея публики была … дискурсивным сообществом, способным мыслить об общественном благе ».

    Именно это чувство общей цели и общественного духа имеет решающее значение для управления институтами в демократии, которая отсутствует в нашем обществе сегодня. Безжалостный индивидуализм, выраженный в первую очередь через рыночный менталитет, вторгся во всех сферах нашей жизни, подрывая эти институты, такие как семья или университет, которые традиционно функционировали как средоточие коллективных целей, истории и культуры.Этот недостаток общей цели и заботы об общем благе предвещает зло для людей, утверждающих, что они демократия. Пойманный в нашем частном стремления, мы позволяем работе наших основных институтов — экономика и правительство — идти «над нашими головами».

    Один из способов резюмировать трудности, с которыми сталкиваются американцы в понимании фундаментальные корни их проблем в том, чтобы сказать, что они до сих пор сохраняют локковскую политическую культуру, подчеркивая индивидуальные свобода и стремление к личному достатку (американская мечта) в обществе с крайне нелокковской экономикой и правительством.У нас есть иллюзия, что мы можем контролировать свою судьбу, потому что индивидуальные экономические возможности действительно значительны, особенно если начинается с преимуществ среднего класса; и наша политическая жизнь формально бесплатно. Тем не менее мощные силы, влияющие на жизнь все мы не действуем в соответствии с нормой демократического согласия. В частности, частные правительства великих корпораций принимать решения на основе собственной выгоды, а не общественное благо.Федеральное правительство значительно увеличило его мощь, особенно в виде военно-промышленного сложные, почти неуязвимые для знаний граждан, тем более контроля по соображениям национальной обороны. Частный награды и формальные свободы скрыли от нас, насколько мы потеряли подлинный демократический контроль над обществом, жить в.

    Авторы видят надежду, однако, в обновлении наших учреждений. таким образом, чтобы оживить и преобразовать нашу демократию. В культура людей, одержимых индивидуализмом, такая трансформация будет непростой. Прежде всего, мы будем должны сбросить наши индивидуалистические шоры и научиться «платить внимание «к тому, как мы зависим и коллективно отвечает за институты, которые формируют нашу общую жизнь.

    Во-вторых, нам нужно будет найти или создать места в нашей жизни. где мы можем «практиковать» демократию — начиная с наших семей (обязанности равномерно распределены между родителями) и наши места работы (повышенное участие работников). Образовательные и религиозные институты, как носители наших нравственных идеалов, также сыграет жизненно важную роль в подготовке нас к активным и умным участие в общественной жизни.Наша большая политическая и экономическая институты могут быть перепроектированы таким образом, чтобы поощрять и воспитывать граждан участие. Больше решений о государственной политике и планировании, например, может быть отнесен к местным уровням, поощряя более широкие участие граждан и ответственность за политику правительства.

    В основе этих предложений лежит вера в то, что по мере того, как мы начинаем участие в общественных проектах, наши перспективы и заботы будет расширяться.Сосредоточение внимания на себе и взгляде на общество как не связанных между собой автономных людей, мы выйдем за пределы себя и стали рассматривать себя как членов более крупного сообщество заботится не только о себе, но и о наших собратьях Американцы, народы других стран, будущие поколения и нечеловеческая жизнь. «Когда граждане задумываются о в целом, их представления о своих интересах расширились, и их приверженность поиску общего блага усиливается.»

    Результат: информированный и морально чувствительный общественный актив. в обсуждении и обсуждении вопросов, начиная от международных финансирование дневного ухода в рамках, предоставленных общим видение хорошего общества; и граждане, способные учредить реформы в наших экономических и политических институтах, чтобы они работать на общее благо всех народов.

    Это возрождение демократии не считается идеалистическим проект, а как практическая необходимость. Авторы пишут, что нигде потребность не является более очевидной, чем в международной сфере, где проблемы выходят за рамки возможностей какой-либо отдельной нации решать.

    В нашей экономической жизни доминирует динамика огромного мира рынок, который не может контролироваться действием какого-либо одного национальное государство.Проблемы загрязнения окружающей среды выходят за рамки национальные границы. Распространение ядерного оружия угрожает безопасность всех. Огромное неравенство в мировом богатстве и власти приводят к постоянным конфликтам, которые ставят под угрозу экономическое здоровье и политическая безопасность во всем мире.

    В мире возрастающей сложности и взаимозависимости мы не могу больше позволить себе «идти своей дорогой».»Скорее, нам нужно использовать наш потенциал для развития институтов, которые признают наша взаимосвязь, движущаяся к созданию «хороших общества «», где общим благом является стремление к добру в общем ».

    Хорошее общество , Роберт Н. Белла, Ричард Мэдсен, Уильям Салливан, Энн Свидлер и Стивен М. Типтон (Нью-Йорк: Альфред А.Knopf, Inc., 1991).

    13.7: Космос и культура: NPR

    Том Мертон / Getty Images / Хокстон

    Том Мертон / Getty Images / Хокстон

    Эбигейл Марш — адъюнкт-профессор психологии и нейробиологии Джорджтаунского университета и автор книги Фактор страха: как одна эмоция связывает альтруистов, психопатов и всех, кто находится между .Вы можете подписаться на нее в Twitter: @aa_marsh .

    Индивидуализм — это то суровое пограничное качество, которое отражает сочетание независимости, уважения к свободе самовыражения и отказа от тесных семейных связей по сравнению с более отдаленными отношениями.

    И это на подъеме. Не только в Соединенных Штатах, которые долгое время считались одной из самых индивидуалистических стран мира, но и почти везде.

    В исследовании 2017 года, в котором изучались данные за пять десятилетий в 78 странах — от Норвегии до Нигерии и от Канады до Колумбии — психологи Анри Сантос, Майкл Варнум и Игорь Гроссманн обнаружили, что люди все чаще сообщают, что они больше ценят друзей по сравнению с семьей. хотят, чтобы их дети были независимыми, и ценят свободу самовыражения.Все эти ценности тесно связаны с индивидуализмом.

    Как сообщили исследователи в журнале Psychological Science , индивидуализм увеличился примерно на 12 процентов во всем мире с 1960 года. Это увеличение, по-видимому, связано в основном с ускорением социально-экономического развития, включая более высокие доходы, большее образование, урбанизацию и переход к работе белых воротничков. За ростом этих факторов в данном регионе с уверенностью следует рост индивидуалистических убеждений и практик в последующее десятилетие.Те немногие страны, которые противостояли глобальной тенденции к индивидуализму, включали страны с самым низким социально-экономическим развитием, в том числе Армению, Малайзию, Мали и Уругвай.

    Рост благосостояния и образования — в основном долгожданные изменения, отражающие не только рост благосостояния уже богатых, но и отчаянно бедных. По данным Всемирного банка, социально-экономическое развитие постепенно исключает крайнюю бедность: 2015 год стал первым годом в истории, в котором менее 10 процентов всех людей жили в крайней бедности.

    Но выводы Сантоса и его коллег можно истолковать как предположение, что эти достижения имеют серьезную цену. Богатство и последующий индивидуализм часто отождествляются с эгоизмом. Отчасти это связано с тем, что противоположность индивидуализма — коллективизм — подчеркивает тесные социальные связи и взаимосвязанный, а не независимый взгляд на себя.

    Но приравнивать индивидуализм и богатство, которое способствует этому, к эгоизму, может быть ошибкой. Как видно, самые богатые и индивидуалистические страны мира также оказываются одними из самых альтруистических.

    Ежегодно Charities Aid Foundation (CAF) публикует индекс глобального альтруизма, который отражает отчеты респондентов со всего мира об их волонтерской деятельности, благотворительности и оказании повседневной помощи незнакомцам. (Ежедневная помощь включает в себя такие действия, как указание направления или поднятие чего-то, что уронил незнакомец.) Последние публикации CAF демонстрируют закономерности, которые могут показаться удивительными. Во-первых, они обнаруживают, что альтруизм, как и индивидуализм, растет повсюду.Со временем мир становится более щедрым, а не менее. Всемирный отчет о благотворительности за 2016 год выявил устойчивый рост всех трех форм благотворительности во всем мире за предыдущие пять лет. Ежедневная помощь незнакомцу является наиболее распространенной формой оказания помощи, и более половины всех респондентов (примерно 2,4 миллиарда человек) сообщили, что оказывали такую ​​помощь в предыдущем месяце, что на 12 процентов больше, чем за пять лет до этого.

    Во-вторых, страны, которые больше всего помогают незнакомцам, согласно опросу CAF, входят в пятерку самых индивидуалистичных стран мира (по данным Центра Хофстеде) — США (2-е место по щедрости), Австралия (3-е место), Новая Зеландия. (4-е), Канада (6-е) и Великобритания (8-е).

    Почему это должно быть? Почему культуры, ценящие индивидуализм, так великодушно вели себя?

    Одна из возможностей состоит в том, что, поскольку представители индивидуалистических культур богаче, им просто есть что дать. Но этот ответ не может объяснить модели повседневного поведения при оказании помощи, которое не требует богатства. Более того, крупное исследование щедрости в разных культурах показало, что богатство зависит не только от того, сколько люди жертвуют на благотворительность, но и от того, жертвуют ли они что-нибудь вообще. (Обратите внимание, что «богатство» в подобных исследованиях относится не к сверхбогатым, которые представляют лишь крошечную часть населения, а к постепенным изменениям в больших группах людей по всему социально-экономическому спектру, от нижних 10 процентов до самых бедных. Топ.)

    Ключом к пониманию связи между индивидуализмом и щедростью может быть то, что Всемирный индекс благотворительности измеряет щедрость для незнакомца . Представители коллективистских культур очень ценят щедрость и щедрость, но в первую очередь по отношению к семье и членам других сплоченных групп. Например, в Китае (140-е место в Мировом рейтинге благотворительности — последнее место) традиционные конфуцианские учения подчеркивают ценность щедрости, но с упором на пользу близким членам семьи и друзьям.Сосредоточение внимания на групповых связях требует, чтобы представители коллективистских культур проводили различия между членами группы, чье благополучие, цели и идентичность глубоко взаимозависимы, и всеми остальными. И меньше внимания уделяется благополучию всех остальных.

    Это прискорбный и, возможно, неизбежный недостаток сохранения сильных групповых связей и идентичности. Десятилетия психологических исследований достоверно показывают, что разделение людей на определенные группы заставляет их хуже относиться к членам других групп.Это верно даже тогда, когда группы бессмысленны. В так называемых минимальных групповых парадигмах человек можно склонить к понижению ценности благосостояния незнакомца человека, если ему просто сказать, что незнакомец является членом произвольно созданной «голубой» группы вместо собственной «зеленой» группы субъекта.

    Коллективизм также связан с более низкими уровнями того, что называется реляционной мобильностью, означает, что сети взаимоотношений в коллективистских обществах не только сильны и взаимозависимы, но и стабильны во времени.В результате представители коллективистских культур могут предполагать, что их самые близкие отношения останутся их самыми близкими отношениями на годы или десятилетия в будущем. У такой стабильности есть явные плюсы, но одним из недостатков может быть то, как она влияет на отношение людей к незнакомцам. В индивидуалистических культурах более высокая реляционная мобильность означает, что любой незнакомый может «однажды стать другом», как сказала мне культурный психолог Юлия Ченцова-Даттон, моя коллега из Джорджтауна.В коллективистских культурах более вероятно, что чужой останется чужим.

    Эти психологические феномены могут помочь объяснить, почему, хотя нет свидетельств того, что представители индивидуалистических культур в целом более альтруистичны, они в среднем кажутся более альтруистичными по отношению к незнакомцам. Хотя растущее благосостояние и индивидуализм могут повлечь за собой определенные социальные издержки, неизбежный рост эгоизма, похоже, не входит в их число.

    По крайней мере, когда дело доходит до обращения с незнакомцами, улучшение положения может на самом деле сделать людей более жизнерадостными.

    Методологический индивидуализм (Стэнфордская энциклопедия философии)

    1. Истоки Доктрины

    Фраза methodische Individualismus на самом деле была придумана Ученик Вебера Йозеф Шумпетер в своей работе 1908 года Das Wesen und der Hauptinhalt der Theoretischen Nationalökonomie . В первое использование термина «методологический индивидуализм» в Английский снова был написан Шумпетером в его ежеквартальном журнале за 1909 г. Доклад по экономике , «О концепции социальной ценности» (см. Udehn 2001, 214).Однако теоретическая разработка доктрина принадлежит Веберу, и Шумпетер использует этот термин как способ ссылаясь на веберианский взгляд.

    В «Экономика и общество » Вебер формулирует центральную заповедь. методологического индивидуализма следующим образом: При обсуждении социальных явлений, мы часто говорим о различных «социальных коллективы, такие как государства, ассоциации, бизнес-корпорации, фонды, как если бы они были отдельными лицами »(Weber 1922, 13). Таким образом, мы говорим о том, что у них есть планы, выполняются действия, терпят убытки и т. д.Учение о методологической индивидуализм не возражает против этих обычных способов говоря, он просто оговаривает, что «в социологической работе эти коллективы должны рассматриваться исключительно как результат и способы организация отдельных действий отдельных лиц, поскольку эти одни могут рассматриваться как агенты в ходе субъективно понятное действие »(Weber 1922, 13).

    Для Вебера приверженность методологическому индивидуализму очень тесно связаны с обязательством verstehende (или интерпретативные) модели объяснения в социологии.Причина для привилегия индивидуального действия в социологическом объяснении заключается в том, что только действие «субъективно понятно». Вебер резервы термин «действие» для обозначения подмножества человеческого поведения что мотивировано лингвистически сформулированными или «Значимые» психические состояния. (Вообще говоря: кашель поведение, извинения после — это действие.) терминологии, можно сказать, что определяющая характеристика действие состоит в том, что оно мотивировано ментальным состоянием с пропозициональным содержание, т.е., умышленное состояние. Важность действий для Вебера заключается в том, что у нас есть доступ к нему для интерпретации в силу нашего способность понять скрытый мотив агента. Это позволяет социолог, чтобы «достичь чего-то, что никогда не достижимые в естественных науках, а именно субъективные понимание действия составляющих индивидов »(Вебер 1922, 15). Теоретико-практическое объяснение занимает центральное место в социально-научный анализ, потому что, не зная почему человека делают то, что делают, мы не очень понимаем почему любое из более масштабных явлений, с которыми они связаны происходить.

    Таким образом, методологический индивидуализм — термин, слегка вводящий в заблуждение, поскольку цель не в том, чтобы отдавать предпочтение личности над коллективом в социально-научное объяснение, а скорее отдать предпочтение теоретико-практический уровень объяснения. Эта привилегия теоретико-практический уровень является методологическим, потому что он навязывается структура интерпретирующей социальной науки, цель которой — предоставить понимание социальных явлений. Действия могут быть понимается так, как не могут другие социальные явления, а именно потому что они мотивированы намеренными состояниями.Но только частные лица обладают интенциональными состояниями, и поэтому методологическая привилегия действия влекут за собой методологические привилегии лиц. Таким образом «индивидуализм» в методологическом индивидуализме — это скорее побочный продукт его центральной теоретической приверженности, чем мотивирующий фактор. Это то, что пытались защитить защитники учения. общаться с большей или меньшей степенью успеха, требуя что он политически или идеологически нейтрален.

    Стоит подчеркнуть разницу между методическим индивидуализм, в смысле Вебера, и старые традиции атомизма (или безусловный индивидуализм) в социальных науках.Многие писатели утверждают, что нашли истоки методологического индивидуализма среди экономисты австрийской школы (особенно Карл Менгер) и доктрины, сформулированные во время Methodenstreit 1880-х гг. (Удэн 2001). Другие прослеживают это до Томаса Гоббса, а «Разрешительно-композиционный» метод, разработанный в открытии. секции Leviathan (Lukes 1968, 119). Тем не менее Отличительный характер этого типа атомизма резюмировался довольно очевидно, Гоббсом, с его предписанием «рассматривать людей так, как если бы но даже сейчас возник из-под земли и внезапно (как Мушромы) прийти к полной зрелости без всякого взаимодействия с каждым прочее »(1651, 8: 1).Атомистическая точка зрения основана на предположение, что можно разработать полную характеристику индивидуальной психологии, которая является полностью досоциальной, затем вывести, что произойдет, когда группа лиц, охарактеризованных таким образом, войдет в взаимодействие друг с другом. Методологический индивидуализм, на с другой стороны, не предполагает обязательств по какому-либо конкретному требованию о содержании намеренных состояний, которые мотивируют людей, и, таким образом, остается открытым для возможности того, что человеческий Психология может иметь неснижаемое социальное измерение.Таким образом, один из способов подчеркивая разницу между атомизмом и методологическим индивидуализм заключается в том, чтобы отметить, что первое влечет за собой полное сокращение от социологии к психологии, тогда как последняя — нет.

    Наконец, следует отметить, что приверженность Вебера методологическому индивидуализм тесно связан с его более известными методологическими учение, а именно теория идеальных типов. Историческое объяснение может сделайте ссылку на фактическое содержание намеренных состояний, которые мотивировали конкретных исторических акторов, но социолог заинтересованы в создании более абстрактных пояснительных обобщения, и поэтому не могут апеллировать к конкретным мотивам отдельные лица.Таким образом, социологическая теория должна основываться на модель человеческого действия. И из-за ограничений, которые требует интерпретации, эта модель должна быть моделью рациональное человеческое действие (Вебер пишет: «удобно лечить все иррациональные, эмоционально детерминированные элементы поведения как факторы отклонения от концептуально чистого типа рационального действие »[1922, 6].)

    Таким образом, одно из важнейших следствий методологического подхода Вебера. индивидуализм состоит в том, что он ставит теорию рационального действия в основу социально-научное исследование.Вот почему последующие поколения социальные теоретики под влиянием Вебера стремились добиться методологическое объединение социальных наук путем производства того, что стала известна как «общая теория действия» — тот, который расширил бы экономическую модель действий таким образом, чтобы включить центральные теоретические идеи действия (в первую очередь) социологи, антропологи и психологи. Работа Талкотта Парсонс в первой половине века был самым важным в в этом отношении, когда движение за объединение достигло своего апогея в совместная публикация в 1951 г. из К общей теории Действие , совместно редактируемое Парсонсом и Эдвардом Шилсом.Но вскоре впоследствии, частично из-за проблем с программой унификации, Парсонс отказался от приверженности как методологическому индивидуализму. и теория действия, придерживающаяся чисто теоретико-системной точки зрения. Это привело к полному провалу в проекте создания общей теории действие, пока оно не было возобновлено в 1981 году публикацией Юргена Хабермаса Теория коммуникативности Действие .

    2. Австрийская школа и

    Methodenstreit

    Никогда не ускользало от чьего-либо внимания, что дисциплина, наиболее явно удовлетворяет ограничения методологического индивидуализма. микроэкономика (в традициях неоклассического маржинализма) и что homo economicus — наиболее четко сформулированная модель рациональное действие.Конечно, эта традиция не всегда была в господство в экономической профессии. В частности, есть многие из тех, кто чувствовал, что макроэкономика может быть полностью самостоятельная область исследования (отраженная в том факте, что Учебную программу бакалавриата по экономике по-прежнему часто делят на «Микро» и «макро»). Всегда были тем, кто хотел бы построить график движения бизнес-цикла, или фондового рынка, полностью игнорируя мотивы что отдельные актеры могут иметь за то, что они делают.Сходным образом, многие пытались обнаружить корреляцию между макроэкономическими переменные, такие как уровень безработицы и инфляции, не чувствуя необходимость размышлять о том, почему изменение одной ставки может привести к движение в другом. Таким образом, всегда было очень оживленное дебаты в экономической профессии о ценности Модель «рационального действующего лица», лежащая в основе общей теория равновесия.

    Одна из первых версий этой дискуссии произошла во время так называемый Methodenstreit между членами австрийской Школа экономики и Немецкая историческая школа.Однако участники «первого поколения» австрийской школы, такие как Карл Менгер, были атомистами (Менгер защищал свой индивидуалистический метод с точки зрения концептуальных выгод, достигнутых за счет «сокращения сложных явления к их элементам »[Menger 1883, 93]). Это было только представители второго поколения, в первую очередь Фридрих фон Хайека, которые явно идентифицировали себя с веберианцами учение о методологическом индивидуализме и защищать его через ссылка на требования интерпретирующей социальной науки.Ключевой текст это статья Хайека «Сциентизм и изучение общества», сериализован в Economica (1942–44), а затем опубликован как первая часть Контрреволюция науки (1955).

    По мнению Хайека, стремление социологов к подражание физическим наукам создает преувеличенный страх перед телеологические или «целевые» концепции. Это приводит к тому, что многие экономистам избегать любых ссылок на намеренные состояния и сосредотачиваться чисто на основе статистических корреляций между экономическими переменными.В Проблема с этим фокусом в том, что он оставляет экономические явления неразборчиво. Возьмем, к примеру, движение цен. Можно заметьте постоянную корреляцию между датой первых заморозков и колебания цен на пшеницу. Но на самом деле мы не понять феномен, пока он не будет объяснен в условия рациональных действий экономических агентов: ранние заморозки снижает урожайность, что ведет к менее интенсивной ценовой конкуренции между поставщиков, больше среди потребителей и т. д.Таким образом, Хайек настаивает на том, что в эффект, весь макроэкономический анализ неполон в отсутствие «Микро» основы.

    Однако важно отметить, что, хотя у Хайека есть модель рациональное действие как центральный элемент его взглядов, его наиболее категорически не форма рационализма. Напротив, он ставит особый упор на то, как различные экономические явления могут возникают как непредвиденные последствия рационального действия. Хотя результаты, которых достигают люди, могут не иметь ничего общего с теми что они предназначались, по-прежнему важно знать, что они думали, что они делают, когда они решили продолжить курс действий, которые они выбрали — не в последнюю очередь потому, что важно знают, почему они упорствуют в таком образе действий, несмотря на тот факт, что это не приводит к ожидаемым последствиям.

    Конечно, часть мотивации Хайека одобрить методологические индивидуализма и требуя, чтобы социально-научные объяснения определить механизм на теоретико-практическом уровне: он хочет подчеркивать ограничения индивидуального актера перспектива. Можно говорить о таких макроэкономических переменных, как «Уровень инфляции», но важно помнить, что отдельные участники (вообще говоря) не реагируют напрямую на такие индикаторы. Все, что они видят, — это изменения в текущих ценах. что они должны платить за производственные ресурсы или потребительские товары, и это то, на что они отвечают.Масштабные последствия выбор, который они делают в ответ на эти изменения, в значительной степени непреднамерен, и поэтому любая закономерность в этих последствиях представляет собой спонтанный порядок. Это ключевой элемент аргументации Хайека, основанной на информации. для капитализма: экономические субъекты не имеют доступа к тем же информации как экономических теоретиков, таким образом, это только тогда, когда мы видим операции экономики через их глаза, которые мы можем начать видеть преимущества децентрализованной системы координации, такие как рынок.

    Чтобы проиллюстрировать важность точки зрения человека, Хайек приводит пример процесса, который приводит к развитию тропинка в лесу. Один человек прокладывает себе путь, выбирая маршрут с наименьшим местным сопротивлением. Его проход сокращается, хоть и незначительно, но сопротивление оказывалось на этом пути к следующему человек, который ходит, поэтому делает такой же набор решения, скорее всего, пойдут по тому же маршруту. Это увеличивает шансы что следующий человек сделает это, и так далее.Таким образом, чистый эффект все эти люди проходят через то, что они «делают путь », даже если никто не собирается это делать, и нет можно даже спланировать его траекторию. Это продукт спонтанного приказ: «Передвижение людей по округе соответствует определенный образец, который, хотя и является результатом осознанных решений многих людей, еще никем сознательно не разработан » (Хайек 1942, 289).

    Проблема игнорирования точки зрения агента, по мнению Хайека, заключается в что это может легко привести нас к переоценке наших возможностей рационального мышления. планирование и контроль и, таким образом, впасть в «рационализм».” Напротив, центральное достоинство методологического индивидуализма — что это помогает нам увидеть ограничения нашего собственного разума (Hayek 1944, 33). Формулирование теорий, непосредственно относящихся к «интересам темп », или« инфляционное давление », или« уровень безработицы »может ввести нас в заблуждение, заставив думать, что мы можем манипулировать этими переменными и, таким образом, успешно вмешиваться в экономия. Мы забываем, что эти концепции — абстракции, используемые не для того, чтобы направлять индивидуальные действия, а скорее описывать чистый эффект миллионы индивидуальных решений.Ключевая характеристика методологический индивидуализм состоит в том, что он «систематически запускает из концепций, которыми руководствуются люди в их действиях, а не по результатам их теоретических рассуждений о своих действиях »(1942, 286). Поэтому, по мнению Хайека, он призывает к большей скромности с уважение к социальному планированию.

    Хайек не упоминает о методологическом индивидуализме после 1950-е годы. В самом деле, роль, которую эволюционные объяснения играют в его более поздняя работа подразумевает молчаливое опровержение его приверженности учение.

    3. Поиск объяснений «каменного дна»

    На протяжении многих лет термин методологический индивидуализм ассоциировался в первую очередь с работами Карла Поппера. Это связано с обширным споры, вызванные статьями Поппера «Бедность Историзм »(1944/45), а затем его книга Открытое общество. и его враги (1945). Поппер, однако, хотя и использовал термин, мало что сделал для защиты его приверженности ему. Вместо этого он ушел эту работу своему бывшему ученику Дж.W.N. Watkins. Это была дискуссия между Уоткинсом и его критиками, которые (возможно, несправедливо) укрепили ассоциация в умах многих людей между Поппером и методологическими индивидуализм. (Именно эти дебаты привели учение к всеобщее внимание философов.)

    К сожалению, версия методологического индивидуализма Поппера завещанный своему ученику Уоткинсу было значительно труднее защищать, чем тот, который он унаследовал от Хайека. С самого начала считалось, что принципы методологического индивидуализма налагается особыми требованиями социальных наук.Для обоих Вебера и Хайека, это было отражением ключевого различия между Geisteswissenschaften и Naturwissenschaften . Поппер, однако, отрицает существование любые существенные методологические различия между ними. Действительно, его первоначальное обсуждение методологического индивидуализма в «The Бедность историзма »встречается в разделе« The Единство метода », в котором он утверждает, что оба просто в дело «причинного объяснения, предсказания и тестирование.»(1945, 78). Он продолжает отрицать это «Понимание» играет особую роль в социальном науки.

    Проблема, которую это создает для доктрины методологического индивидуализм очевиден. Социальная наука, цель которой интерпретация, или которая использует интерпретацию как часть центральной части объяснительной стратегии, имеет очень ясную методологическую причину для привилегированных объяснений, относящихся к отдельным действиям — поскольку именно лежащие в основе интенциональные состояния служат объект интерпретации.Но если социологи просто в бизнес по предоставлению причинных объяснений, как естественный ученых, тогда каково обоснование привилегии отдельных действия в этих объяснениях? Кажется, больше нет методологическая причина этого. Таким образом, критики, такие как Леон Гольдштейн (1958), а позже Стивен Льюкс (1968), утверждали, что методологический индивидуализм на самом деле был лишь косвенным способом утверждение приверженности метафизическому или онтологическому индивидуализм.Другими словами, «методологические индивидуализм »на самом деле было заявлением о том, что мир «На самом деле» состояло из не более чем причудливого способа говоря, что «общества не существует». Уоткинс пошел чтобы усилить это впечатление, переформулируя тезис как утверждают, что «основные составляющие социального мира отдельные люди »(1957, 105).

    Уоткинс также вызвал сомнения в методологическом статусе исследования. принцип, проводя различие между «незавершенным» и «незавершенным» объяснения »социальных явлений, которые могут не указывать теоретико-действенный или индивидуалистический механизм, и так называемые «Глубокие объяснения», которые могли бы (1957, 106).Пока что при этом он допускает, что эти промежуточные объяснения (пример он дает взаимосвязь между инфляцией и безработицей. рейтинг), хотя они могут не сказать нам все, что мы хотели бы знать, не должно быть бессмысленным или ложным. Это создает проблемы, как сказал Ларс Уден. указывает, поскольку тот факт, что один может объяснить социальные явления с точки зрения индивидов «не подразумевает методологическое правило, что они должны быть объяснены таким образом » (2001, 216) — особенно если «на полпути» полученных знаний достаточно для нашего (вненаучного) целей.

    Наконец, следует отметить, что Поппер ввел контраст между методологический индивидуализм и «психологизм», т. е. точка зрения, что «все законы социальной жизни должны быть в конечном итоге сводимы психологическим законам «человеческой природы» (1945, 89). Тем не менее, по формулировке Поппера, методологические индивидуализм кажется эквивалентным по крайней мере некоторой форме психологический редукционизм. По крайней мере, его формулировка — и позже Уоткинс — оставил многих комментаторов в недоумении по поводу того, как мог подтвердить первое, не придерживаясь второго (Udehn 2001, 204).В более общем плане это создало большую путаницу в отношении разницы между методологическим индивидуализмом и атомизмом (Hodgson 2007, 214).

    4. Возрождение рационального выбора

    И для Хайека, и для Поппера основной мотивацией уважения заветы методологического индивидуализма состояли в том, чтобы избегать «великих теория »в стиле Огюста Конта, G.W.F. Гегель и Карл Маркса. Тем не менее, побуждение к тому, чтобы избежать такой великой теории, было не столько потому, что это продвигало плохую теорию, сколько потому, что это продвигало привычки разума, например «коллективизм», «Рационализм» или «историзм», которые были считается, что способствует тоталитаризму.Таким образом, грехи «Коллективизм» и «коллективистская» мысль Паттерны, как для Хайека, так и для Поппера, были в первую очередь политическими. Тем не менее, как время шло, и опасность ползучего тоталитаризма в западных странах общества становились все более отдаленными, страх коллективизма, который лежали в основе дебатов о методологическом индивидуализме. все более ослабевает.

    Таким образом, беспокойство о методологическом индивидуализме начало исчезать, и мог бы полностью исчезнуть, если бы не внезапное взрыв интереса к теории игр (или «рациональный выбор теория ») среди социологов в 1980-е годы.Причина для это можно описать двумя словами (и статьёй): заключённый дилемма. Социологи всегда знали, что люди в группы способны застрять в паттернах коллективного саморазрушительное поведение. Пол Самуэльсон «Чистая теория Государственные расходы »(1954),« Трагедия »Гаррета Хардина. Палаты общин »(1968), и работа Манкура Олсона « Логика Коллективное действие (1965) предоставило очень четкие примеры случаи, когда простое наличие общих интересов среди людей тем не менее не смог обеспечить им стимул к выполнению действия, необходимые для реализации этого интереса.Что за история дилемма заключенного и, что более важно, сопутствующая игра матрица — предоставлена ​​была простая, но мощная модель, которую можно было используется для представления структуры всех этих взаимодействий (см. Р. Хардин 1982).

    Это, в свою очередь, дало новый импульс методологическому индивидуализму, потому что это позволяло теоретикам ставить диагноз с беспрецедентной точностью ошибки, к которым социальные теоретики могли (и часто приводили), если бы они игнорировали теоретический уровень анализа.Методологические стал важным индивидуализм, а не как способ избежать политического мысленное преступление «коллективизма», а скорее как способ избегая явно ошибочных выводов о динамике коллективное действие. Например, традиционный «интерес групповая »теория демократической политики обычно предполагает, что группы, разделяющие общие интересы, также имеют стимул продвигать этот интерес, лоббируя политиков, финансируя исследования и т. д. на. Главный вклад Олсона заключался в том, чтобы довести до конца мысль о том, что наличие такого общего интереса так же часто порождает поощрение безбилетников.Частным лицам было бы полезно продвигать этот интерес, но они выиграют даже на больше , если будут сидеть назад, в то время как другие участники группы действовали для его продвижения. Как результат, никто не может действовать для его продвижения. Однако Олсон ограничился этим наблюдение за большими группами. С другой стороны, дилемма заключенного. рука, продемонстрировала повсеместность этой структуры стимулов.

    Вклад Джона Эльстера в историю методологической на этом фоне следует понимать индивидуализм.Он представляет доктрина как часть дружеской, но резкой критики использования функционалистских объяснений в марксистской традиции; особенно те, кто пытается объяснить события как те, которые «служат интересы капитала ». Проблема с этими объяснениями, Эльстер утверждает, что они « постулируют цель без целенаправленный субъект »(1982, 452), и поэтому (он утверждает) влекут за собой приверженность некоторой форме объективной телеологии. В себе, в этой критике очень мало нового.Как отмечает Г.А. Коэн утверждал, что в его ответ Эльстеру, нет причин, по которым марксист функционалист не может дать «уточнений» (Cohen 1982, 131) этих объяснений, которые определяют, как выгода произведенный вызывает явление, без ссылки на какую-либо цель телеология. Это можно было сделать либо путем обращения к преднамеренному механизм на уровне теории действия или же дарвиновский Механизм «отбора» (Коэн 1982, 132). В таких случаях, Критика функционального объяснения Эльстером становится просто еще одним версия спроса Уоткинса на «дно», а не на «Половинчатые» объяснения.

    Таким образом, атака Эльстера была столь сильной не из-за обвинений в объективная телеология в марксистской теории, а скорее предположение, что большая часть марксистского «классового анализа» упускает из виду потенциал для проблем коллективных действий среди различных всемирно-исторических актеры. Рассмотрим, например, известное утверждение, что капиталисты сохранить «резервную армию безработных», чтобы снизить заработную плату. Это означает, что отдельные капиталисты должны прекратить нанимать новых работников в момент, когда предельные выгоды все еще превышают предельные издержки.Что у них для этого стимул? У них есть очевидный стимул для безбилетников продолжать нанимать, поскольку выгоды из-за заниженной заработной платы в основном будут пользоваться конкурирующими фирмами, тогда как выгоды от дальнейшего найма будут влиять на чистую прибыль. Другими словами, тот факт, что это отвечает «интересам капитал »иметь резервную армию безработных не означает что у отдельных капиталистов есть стимул предпринять шаги необходимо поддерживать такую ​​резервную армию.

    Еще более тревожное следствие «рационального выбор »- это наблюдение, что рабочий класс сталкивается с серьезной проблемой коллективных действий, когда дело доходит до выполнения социалистическая революция (Elster 1982, 467).Разжигание революции может быть опасным бизнесом и, следовательно, отсутствовать какой-либо другой стимул (например, классовая солидарность), даже рабочие, которые были убеждены, что коммунист экономический порядок мог бы предложить им более высокое качество жизни, возможно, не появляться на баррикадах. Однако эти возможности были в значительной степени игнорируется, предполагает Эльстер, потому что неуважение заповеди методологического индивидуализма, наряду с беспорядочными связями использование функционального объяснения привело поколения марксистских теоретики просто игнорируют фактические стимулы, с которыми сталкиваются люди в конкретных социальных взаимодействиях.

    Помимо критики функциональных объяснений, Эльстер не выдвигать любые оригинальные аргументы в поддержку методологических индивидуализм. Однако он возвращается к более раннему веберианскому формулировка позиции с упором на умышленное действие (Elster 1982, 463): «Элементарная единица социальной жизни — это индивидуальное человеческое действие », — утверждает он. «Чтобы объяснить социальные институтов и социальных изменений — показать, как они возникают в результате действий и взаимодействия людей.Этот взгляд, часто называемый методологическим индивидуализмом, на мой взгляд, тривиально правда »(Эльстер, 1989, 13). Здесь следует предположить, что когда он говорит «Тривиально верно», он использует термин в просторечии чувство «банальности», а не философское чувство «тавтологичности», поскольку он продолжает выводить ряд очень существенных доктрин из его приверженности методологический индивидуализм. Например, он продолжает претендовать на различные моменты, которые методологический индивидуализм обязывает его психологический редукционизм по отношению к социологии (хотя он не предлагает аргументов в пользу этого утверждения).

    Эльстер не проводит столь резких различий, как мог бы. между приверженностью методологическому индивидуализму и приверженность теории рационального выбора. В самом деле, он также предполагает, что последний вытекает непосредственно из первого. Версия рационального выбора Однако теория, которую поддерживает Эльстер, основана на традиционная инструментальная (или homo economicus ) концепция рациональность, согласно которой «действия оцениваются и выбираются не для себя, а как более или менее эффективное средство дальше конец »(Elster 1989, 22).Он утверждает, что эта концепция рациональности подразумевается тем фактом, что теоретики принятия решений способны представлять рациональные действия любого агента, обладающего правильное упорядочение предпочтений как максимизация полезности функция. Однако подразумевает ли максимизация полезности инструментализм? зависит от версии теории ожидаемой полезности, которая подписывается на. Так называемые «мировые байесовские» версии теория принятия решений, такая как Ричард Джеффри (1983), не навязывает инструментальная концепция рациональности, поскольку они позволяют агентам иметь предпочтения перед собственными действиями.Таким образом, переход Эльстера от методологического индивидуализма инструментальной концепции рациональность основана на non sequitur .

    Тем не менее, в результате аргументов Эльстера методологические индивидуализм во многих кругах стал синонимом приверженности к теории рационального выбора. Такое уравнение обычно не справляется. различить то, что было для Вебера двумя отдельными методологическими проблемами: стремление давать объяснения на теоретико-практическом уровне, и конкретная модель рационального действия, которую предлагается использовать в этот уровень (т.э., идеальный тип). Есть несколько перестановки. Например, нет причин, по которым нельзя быть методологический индивидуалист, выбирая работу Хабермаса теория коммуникативного действия, а не теория рационального выбора, как модель рационального действия. На самом деле, это имело бы больший смысл, поскольку строго истолкованная теория игр никогда не предлагала общая теория рационального действия. Концепция решения Нэша, которая дает стандартное определение теоретико-игрового равновесия, специально исключены все формы общения между игроками (и решение не работает в тех случаях, когда общение вторгнуться [Heath 2001]).Таким образом, большая часть шумихи по поводу рационального выбора империализм был основан на непонимании ограничений этой модели (во многих случаях как ее защитниками, так и ее критики).

    5. Другое использование термина

    В философии разума фраза «методологические индивидуализм »обычно ассоциируется с утверждением Джерри Фодор об индивидуации психологических состояний (1980, 1987, 42). Важно подчеркнуть, что использование Фодором термина не имеет ничего общего с его традиционным использованием в философии социальная наука.Фодор вводит его, проводя различие между «Методологический индивидуализм» и «методологический солипсизм.» Его цель — иметь дело с вариациями на проблема двойной земли, представленная Хилари Патнэм. Вопрос в том ли человек с верой в воду на земле, где вода состоит из H 2 O, имеет то же убеждение , что и человек с верой в воду в параллельной вселенной, где вода имеет такой же внешний вид и поведение, но бывает составной из XYZ.«Экстерналист» — это тот, кто говорит, что они не то же самое, в то время как «интерналист» вроде Фодора хочет говорят, что они — грубо говоря, что содержание убеждения определяются тем, что находится в голове агента, а не тем, что в мире.

    Проблема сводится к одному, касающемуся индивидуализации ментального состояния. Как определить, что является «одинаковым», а что — нет вера? Фодор начинает с введения ограничения, которое он называет «Методологический индивидуализм», а именно «доктрина что психологические состояния индивидуализированы в соответствии с их причинные силы »(1987, стр. 42).Это подразумевает, среди прочего, вещи, которые, если одно психологическое состояние неспособно вызвать может случиться что-то иное, чем какое-либо другое психологическое состояние, тогда эти два должны быть одинаковыми. «Методологический солипсизм» — это более сильное утверждение, что «психологические состояния индивидуализированы без семантических оценок »(1987 г., 42). Это означает, среди прочего, что даже если одно состояние «Истина» в каком-то контексте, а другой — «ложь», эти двое могут оказаться одинаковыми.Как Фодор продолжает указывать вне, семантическая оценка психического состояния обычно будет реляционный, например верны ли определенные представления о воде будет зависеть от того, как обстоят дела с водой в мире; таким образом методологический солипсизм ведет к исключению одного типа реляционное свойство, играющее роль в индивидуализации ментального состояния. Следовательно, это «индивидуалистично» в повседневной жизни. смысл этого термина, поскольку он предполагает, что то, что происходит в голова агента выполняет большую часть или всю работу по индивидуализации психические состояния.С другой стороны, методологический индивидуализм, « не запрещает реляционную индивидуализацию ментального заявляет ; это просто говорит о том, что нет свойства психических состояний, относительный или иной, считается таксономически, если только он не влияет на причинно-следственные связи. силы »(1987, 42). Таким образом, очень неясно, почему Фодор предпочитает называют это формой «индивидуализма», поскольку эти отношения также может быть отношение к другим говорящим, а не только физическое слово.

    В выборе терминов Фодором есть большая неудача.Он может предложить убедительное объяснение того, почему методологический индивидуализм считается методологическим ограничением. Он утверждает, что желание согласовать терминологические различия с объектами, имеющими разные причинные полномочия — это «тот, который просто следует из цели ученого: причинное объяснение и, следовательно, все научные систематики должен подчиняться »(1987, 42). Таким образом, это методологический заповедь. (Хотя здесь отчетливо виден резкий контраст между Использование термина Фодором и Вебером или Хайеком, для которых способность социолога предоставить что-то сверх простое причинное объяснение было тем, что навязывало методологическое приверженность теоретико-практическому уровню анализа.) Это просто Непонятно, почему Фодор предпочитает называть это индивидуализмом. С участием с другой стороны, методологический солипсизм, можно понять, почему он называет это солипсизм, но непонятно, что делает его методологическим. Действительно, Далее Фодор заявляет, что «солипсизм (истолкованный как запрещающий относительная таксономия ментальных состояний) отличается от индивидуализма в что это никак не могло быть следствием каких-либо общих соображений о научных целях и практике. «Методологические солипсизм »- это, по сути, эмпирическая теория о разум.”(1987, 43). Таким образом, когда Фодор использует эти термины, «Методологический индивидуализм» на самом деле не индивидуалистический, и «методологический солипсизм» не действительно методологический.

    6. Критика

    Значительная часть критического обсуждения методологического индивидуализма в философия социальных наук касается отношения между тем, что Уоткинс назвал объяснения «беспросветными» и «На полпути» — или те, которые делают, и те, что делают не указывать теоретический механизм действия. В общем, нет вопрос, который, учитывая какое-либо конкретное половинчатое объяснение социальной явления, всегда было бы хорошо знать, какие агенты мышления, когда они выполняют действия, которые вовлечены в производство этого явления.Вопрос в том, есть ли объяснение каким-то образом несовершенный , или ненаучный, в отсутствие этого Информация. Ответ на этот вопрос будет зависеть от того, более широкие обязательства относительно статуса и роли социальных науки. Тем не менее, стоит отметить два очень распространенных типа социально-научные исследования, которые не обеспечивают своего рода фундаментальные объяснения того, что методологический индивидуализм требований:

    6.1 Статистический анализ

    Рассмотрим следующий пример социально-научных дебатов: 1990-е годы резко сократилось количество насильственных преступлений в Соединенные Штаты.Многие социологи естественно начали применять на вопрос, почему это произошло, т.е. чтобы объяснить явление. Был выдвинут ряд различных гипотез. продвинутый: наем большего количества полицейских, изменения в охране общественного порядка практики, более строгие правила вынесения приговоров для правонарушителей, сократились терпимость к мелким проступкам, рост религиозности, упадок в популярности крэка, изменения в демографическом профиле населения и т. д. Поскольку снижение преступности произошло во многих юрисдикции, каждая из которых использует различные комбинации стратегий при разных обстоятельствах можно заручиться поддержкой различные гипотезы посредством чисто статистического анализа.Например, идея о том, что стратегии полицейской деятельности играют важную роль, противоречит тому факту, что Нью-Йорк и Сан-Франциско приняли очень разные подходы к охране правопорядка, но снижение уровня преступности. Так разгорелась изощренная дискуссия, с разными социологами, производящими разные наборы данных, и вычисляя цифры по-разному, в поддержку своего соперника гипотезы.

    В этой дискуссии, как и почти в любой криминологической дискуссии, отсутствует микрофундаменты.Непременно было бы неплохо узнать, что происходит через сознание людей, когда они совершают преступления, и, следовательно, насколько вероятно различные меры должны изменить их поведение, но факт в том, что мы делаем не знаю. Действительно, среди криминологи, что «общая теория» преступления возможный. Тем не менее, мы легко можем представить себе криминологи, решившие что один конкретный фактор, такой как демографический сдвиг в населения (то есть меньше молодых мужчин), составляет объяснение конец 20-го, -е, -е годы, спад насильственной преступности в США, и исключая другие гипотезы.И хотя это может быть «половинчатое» объяснение, нет вопросов что это будет подлинное открытие, которое мы могли бы узнать что-то важное от.

    Кроме того, не очевидно, что «крайний предел» объяснение — то, которое удовлетворяет предписаниям методологический индивидуализм — добавлю что-нибудь очень интересны «половинчатому» объяснению, предоставленному статистический анализ. Во многих случаях это даже будет производным от Это. Предположим, что мы обнаружили с помощью статистического анализа, что уровень преступности варьировался в зависимости от строгости наказания умноженное на вероятность задержания.Тогда мы бы сделали вывод из этого , что преступники были рациональными максимизаторами полезности. На с другой стороны, если бы исследования показали, что уровень преступности полностью не затронуты изменением строгости наказаний или вероятность опасения, мы сделаем вывод, что что-то еще должно продолжаться на теоретико-практическом уровне.

    Результаты на уровне теории действия также могут оказаться случайными или случайными. неинтересно, с точки зрения толкования переменные. Предположим, окажется, что снижение преступности может быть полностью объясняется демографическими изменениями.Тогда это не совсем независимо от того, что думали преступники — важно просто что определенный процент любой данной демографической группы имеет мысли, которые приводят к преступному поведению, поэтому меньше таких людей означает меньшее количество преступлений. Мотивы остаются внутри «черного коробка »- и хотя было бы неплохо узнать, что это за мотивы есть, они не могут ничего способствовать этому конкретному объяснение. В конце концов, может оказаться, что каждое преступление уникально. как преступник. Итак, пока есть конкретное объяснение с точки зрения реальные намеренные состояния людей, ничего нельзя сказать на уровне общей «модели» рационального действия.(В В этом контексте важно помнить, что методологические индивидуализм в веберовском смысле объясняет действия с точки зрения модель агента, а не реальные мотивации реальных чел.)

    6.2 Непреднамеренные объяснения

    Рассмотрим еще одну социально-научную дискуссию, на этот раз полемику над данными, показывающими, что приемные родители гораздо более склонны убивать совсем маленьких детей на их попечении, чем биологические родители. Что могло бы быть связано с предоставлением исчерпывающего объяснения для этого явления тот, который удовлетворял предписаниям методологической индивидуализм? Насколько это было бы информативным? Это не займет много времени попытка представить, о чем думают люди, когда они трясут ребенка или ударил малыша.Мотивы слишком знакомы — почти каждый испытывает приступы сильного разочарования или гнева, когда иметь дело с детьми. Но это явно не объясняет явление. Возникает вопрос, почему одной группе систематически не удается осуществлять контроль над этими порывами насилия по сравнению с некоторыми другими группа. Поскольку очень немногие делают это в рамках хорошо продуманного плана, неясно, будет ли объяснение доступно на уровень намеренных состояний или даже дополнительный счет того, что происходит на этом уровне, будет хоть немного познавательный.Проблема в том, что поведение порождается предубеждениями. которые функционируют почти полностью на субинтенциональном уровне (Sperber, 1997). Это говорит о том, что объяснение с точки зрения намеренного штатов не совсем «дно», но есть более глубокие слои, которые нужно исследовать.

    Нетрудно представить, как такое объяснение могло бы бег. Люди испытывают реакцию на ювенильную (или неотенозную) характеристики молодых, что в значительной степени является непроизвольным. Этот реакция очень сложна, но одной из ее основных характеристик является подавление агрессии.Люди также довольно бедны в формулируя основу этой реакции, кроме повторения ссылки на то, что ребенок «милый». Из Конечно, общая сила этой реакции варьируется от индивидуальной индивидуально, и конкретная сила варьируется в зависимости от дети. Таким образом, возможно, что биологические родители просто найдут их собственные дети «милее», чем приемные родители, и это это приводит к несколько более низкой средней склонности к совершению акты агрессии против них.Потому что они не могут сформулировать на основе этого суждения любой анализ на преднамеренном уровне будет просто не могут дать много объяснений их действия.

    Более того, казалось бы, что гораздо более «глубокие» объяснения из этих поведенческих тенденций. Совершенно очевидно, что есть доступный эволюционный счет, который объясняет родительские инвестиции с точки зрения инклюзивной приспособленности (а также объясняет «новый друг детоубийство »с точки зрения полового отбора).Из-за этого, сторонники методологического индивидуализма открыты для обвинения в том, что они продвигают половинчатые объяснения, и что эволюционные перспектива предлагает самые низкие. В более общем смысле, любая теория, которая стремится объяснить происхождение наших интенциональных состояний с точки зрения более глубокие причины, или которые претендуют на объяснение большей части человеческих поведение без ссылки на интенциональные состояния (например, фрейдизм, который рассматривает многие наши убеждения как рационализацию, наши желания как сублимации), будут равнодушны к методологическим индивидуалистам. требовать, чтобы почетное место занимали объяснения, сформулированные на теоретико-действенный уровень.

    6.3 Устойчивость к микрореализации

    Кристиан Лист и Кай Шпикерманн (2013) недавно утверждали, что «Причинно-объяснительный холизм» требуется в социальном науки при очень точном стечении обстоятельств. Их общий Считается, что описания обычно могут быть сформулированы на разных уровни общности, и что при определенных обстоятельствах может быть больше помогает формулировать объяснения с использованием понятий на более высоком, а не более высоком уровне. чем на более низком уровне общности.Это особенно верно, когда свойство более высокого уровня может быть создано различными способами, но некоторые причинная связь, в которую он встроен, продолжает возникать независимо от того, конкретного экземпляра (условие, которое они называют «Микрореализация-робастность»). Это говорит о том, что методологический индивидуализм не будет уместен в тех случаях, когда «Социальные закономерности устойчивы к изменениям в их реализация на индивидуальном уровне »(629). В таких условиях Требуется «объяснительный холизм».Лист и Шпикерманн укажите три «совместно необходимых и достаточных условия »(639), при которых это будет так:

    Несколько уровней описания: Система допускает нижний и верхний уровни описания, связанные с разными свойства, зависящие от уровня (например, свойства индивидуального уровня по сравнению с совокупные свойства).

    Множественная реализация высокоуровневых свойств: Система свойства более высокого уровня определяются его свойствами более низкого уровня, но могут быть реализованы с помощью множества различных конфигураций из них и следовательно, невозможно переопределить в терминах нижнего уровня характеристики.

    Микрореализация-устойчивые причинно-следственные связи: Причинно-следственные связи в котором некоторые высокоуровневые свойства системы устойчивы к изменениям в их реализации нижнего уровня.

    В качестве примера они приводят «гипотезу демократического мира» (2013, 640), что демократии не воюют друг с другом. Обычно это объяснены с точки зрения внутренних структурных особенностей демократий, которые привилегированные нормы сотрудничества и компромисса. Однако есть так много способов реализации этих функций, объяснение которых более низкий уровень описания, например, индивидуального, будет не в состоянии сформулировать соответствующую причинно-следственную связь.

    6.4 Заблуждения

    Основная методологическая причина социологов для принятия приверженность методологическому индивидуализму должна была предостеречь от некоторые заблуждения (те, которые были довольно распространены в 19 века обществознания). Возможно, самым большим из этих заблуждений было тот, который основан на широко распространенной тенденции игнорировать потенциал проблемы коллективных действий в группах, и поэтому двигаться слишком легко «Вниз» от определения группового интереса к приписывание индивидуального интереса.Один из способов избежать таких заблуждения должны были заставить социологов всегда смотреть на взаимодействия с точки зрения участника, чтобы увидеть, какие структура предпочтений определяла его или ее решения.

    В то же время стоит отметить, что слишком большой упор на Теоретическая перспектива может порождать собственные заблуждения. Один из наиболее мощным ресурсом социологического исследования является именно способность объективировать и агрегировать социальное поведение, используя сбор и анализ крупномасштабных данных.Анализ социальные явления на этом уровне часто могут давать результаты, которые нелогично с точки зрения теории действия. Слишком упор на теоретико-практическую перспективу из-за ее близости здравому смыслу, может генерировать ложные предположения о том, что должно быть происходит на агрегированном уровне. Как отмечает Артур Стинчкомб в своей классическая работа, Конструирование социальных теорий , конструирование «Демографические объяснения» социальных явлений часто требует разрыва с нашей повседневной интерпретационной точкой зрения.Слишком сосредоточение внимания на индивидуальном отношении может привести нас к незаконным обобщения характеристик этих установок в группах (1968, 67). Например, стабильность веры в популяции только очень редко зависит от его устойчивости у индивидуумов. Там может быть значительной нестабильностью на индивидуальном уровне, но пока это действует с одинаковой силой в обе стороны, его распространенность среди населения будет без изменений (68). Если десять процентов населения потеряют веру в Боге каждый год, но десять процентов имеют опыт обращения, тогда общий уровень религиозности не изменится.Это может кажутся очевидными, но, как замечает Стинчкомб, «интуитивно трудно для многих »(67), а невнимание к этому — общий источник ошибочного социологического мышления.

    Также стоит отметить, что теоретико-практический уровень анализа фокусируясь на интенциональных состояниях агента, может генерировать значительный вред при случайном сочетании с эволюционным рассуждения. Наиболее распространенное заблуждение возникает, когда теоретики рассматривают «Личный интерес» человека, определенный в отношении его или ее предпочтения, как замена «пригодности» конкретное поведение (или фенотип), будь то биологическое или культурный уровень, то предполагает, что существует некий механизм отбора в место, опять же на биологическом или культурном уровне, которое отсеять формы поведения, которые не способствуют развитию личности своекорыстие.Проблема в том, что ни биологический, ни культурный эволюция функционирует таким образом. Это элементарное следствие Теория «эгоистичного гена», согласно которой биологическая эволюция не продвигать интересы агента (наиболее ярким примером является инклюзивный фитнес). По тем же причинам культурная эволюция приносит пользу «мем», а не интересы агента (Станович 2004). Таким образом, эволюционная перспектива требует много больший разрыв с рациональной перспективой, чем многие социальные теоретики ценят.Таким образом, методологический индивидуализм иногда может препятствуют той радикальной объективации социальных явлений, которую требует использования определенных социотеоретических моделей или инструментов.

    % PDF-1.4 % 11 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 57 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 66 0 объект >>> / BBox [0 0 450 630] / Длина 126 >> поток x EwC @ 6n6l Q * 1 @ $ JX ڜ B1ve ܢ w_JGuNsG3 srlj | 1 конечный поток эндобдж 4 0 obj >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 67 0 объект >>> / BBox [0 0 450 630] / Длина 118 >> поток xA 0DldlAOIlyx1 # / bA4DA7mKrƞÌ ׉ Sqihb {H9nʺH ח E = xN конечный поток эндобдж 17 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 31 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 40 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 33 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 16 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 34 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 36 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 47 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 28 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 44 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 60 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 52 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 25 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 53 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 6 0 obj >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 64 0 объект >>> / BBox [0 0 450 630] / Длина 126 >> поток x EwC @ 6n6l Q * 1 @ $ JX ڜ B1ve ܢ w_JGuNsG3 srlj | 1 конечный поток эндобдж 30 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 12 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 48 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 10 0 obj >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 24 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 32 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 27 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 41 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 38 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 58 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 39 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 56 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 45 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 26 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 15 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 50 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 65 0 объект >>> / BBox [0 0 450 630] / Длина 118 >> поток xA 0DldlAOIlyx1 # / bA4DA7mKrƞÌ ׉ Sqihb {H9nʺH ח E = xN конечный поток эндобдж 59 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 21 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 7 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 3 0 obj >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 19 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 29 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 5 0 obj >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 51 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 55 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 46 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 43 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 54 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 9 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 42 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 22 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 20 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 37 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 13 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 14 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 23 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 8 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 18 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 35 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 61 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.eU ߂ конечный поток эндобдж 1 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 62 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 126 >> поток x Ew: VFC! A — /, ‘ù & C! HpY? Bbu Gx ؅ p} ϗ # (vG;% 19g2E5> ~ # конечный поток эндобдж 63 0 объект >>> / BBox [0 0 429 644] / Длина 118 >> поток xA 0Dԅ? `OhAMIPM6`AHO NDEgjK5 = ̔FtΨSsI} ĺ.

    Похожие записи

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.