Герлен сумерки: L’Heure Bleue Eau de Parfum Guerlain аромат — аромат для женщин 1912

L'Heure Bleue Eau de Parfum Guerlain аромат — аромат для женщин 1912

Осень, дождь, холод, тревоги... И захотелось духов. Много. И прекрасных!
Начала перебирать свои самые волнующие ароматы, начала и читать отзывы тут. Читала про свой любимый "Ночной полёт" и наткнулась на фразу, которая взволновала. Мол, очень красивый аромат, второй после Сумерек...
Кааак? Есть более красивый герлен, чем Ночной Полёт?
Срочно хочу!
Привезли сегодня парфюмерную воду 75 мл.
Нанесла пшик на руку, старт удивил. Муж сказал: унисекс и Красная Москва, дай поносить
Ага, щаззз... Но я согласилась, что унисекс. И мы оба ошиблись.
Очень быстро начались метаморфозы. Стал играть, меняться, стал совершенно не похож на свои первые довольно странные ноты, и непрерывно продолжал играть и меняться и дальше.
Я его совсем не поняла сперва,иочень взволновалась и, не в силах расстаться с ним, рискнула и надела его сегодня в театр. И не осторожненько, на пробу, а сразу три пшика - по одному за уши на волосы и один растёрла запястьем о запястье. Хотелось его много. Потом подумала и брызнула ещё один разок на волосы сзади.
Ну, думаю, держись, народ! Ан нет. Оказался неожиданно деликатным. И сел ну так красиво, что просто нет слов.
Шлейфит просто совсем фантастически, ни на что не похоже. Близко, интимно шлейфит, для себя и самых близких, и очень богато, одновременно и нежно, и как-то "взросло", не легкомысленно. Окутывает шлейфом как вуалью. В антракте ходила по театру и сама с себя ловила как бы несколько разных ароматов, то так дунет, то эдак. То ванильно-тонковая сладость, то тёплая волнующая горчинка, то цветы... Не цветочки ароматно-жизнерадостные, а... белыя, бледныя, нежно душистыя грезят ночные цветы... безумной красоты аромат.
Ар нуво безусловно. Настоящее ар нуво. Но звучит не вековой давности древностью и стариной, а совершенно вневременно, сказала бы: современно, но в не в смысле - актуально, а в смысле - в любом времени, всегда и вечно будет желанен и уместен. Как любая настоящая красота.
Муж, который больше всего любит на мне поздний шлейф картьевской Пантеры, вдруг сказал: с ума сойти можно, какие ты купила духи...

В базе очень красивая ваниль, бобы тонка и что-то неуловимое, ускользающее, тончайшее и ... нерастительное, какая-то душистая волнующая животинка, что ли... Неопределимое, но невероятно волнующее...

Оххх... Какие духи!

---

Да, Красной Москвы не слышу совсем.
Чуть-чуть мелькает где-то вначале игры маслянистое что-то типа очень слабого намёка на Мицуко, но исчезает быстро.

Из флакона или с блотера нюхать нельзя! Категорически! Только с кожи и долго...

L`Heure Bleue Guerlain – Aromablog

Видите ли вы в темноте? Не в чёрной, кромешной тьме, а в сумерках, когда очертания предметов будто припудрены угольной пудрой, а в углах копошатся «духи сажи» — сусуватари? В такие моменты фронтальное зрение отказывает. Воздух подрагивает. Жарко и душно. Томительно сладко. Тревожно и каждый шорох как гром. Вдруг зрением боковым, будто полоску света из под двери, замечаешь чёткий контур, чистый цвет, мелкие мелкие детали, которые пытаешься осознать, но не успеваешь уловить. Поворачиваешь голову, но … нет, показалось, всё снова в лиловом мареве.

L`Heure Bleue, синий час, сумерки. Вглядываться бесполезно, детали всё равно спрячутся в полутьме. Горячий и сладкий запах неподвижен как воздух в запертом помещении, но каждая его частица, пылинка, песчинка, мошка — постоянно в движении.

Я не знаю как это работает. L`Heure Bleue должен был быть статичным и тяжеловесным как тяжёлая бархатная штора. Он и начинается с невыносимой и неподъёмной тяжести. Округлый, гладкий, золотой, медовый и пьяный флёрдоранж, гелиотроп, тончайшая розовая роза. Но стоит сфокусировать на нём взгляд, как L`Heure Bleue ускользает. Он тут же взрывается серебристой ирисовой и коричневой ванильной пудрой, оседает едким анисовым серым пеплом, сизым туманом амбры в котором горят редкие светляки.
В этот момент перехода агрегатного состояния, захватывает дух и наворачиваются слёзы. Впрочем, этот жестокий спецэффект работает во всех духах с явственным герлинадом.

Далее можно добавить привычную уже фразу «как жаль, что …» Ни L`Heure Bleue ни герлинада с его томленьем больше нет. Современный L`Heure Bleue пахнет Инсолансом, т.е. стиральным порошком с ванилью. Можно с флаконом современного L`Heure Bleue в руках попытаться заглянуть в далёкий 1912 год. Многие настолько снисходительны, что им это удаётся. Я — не смогла. Мой выбор — L`Heure Bleue не моложе 1981 года выпуска.

L`Heure Bleue Guerlain 1912 год
Бергамот, анис, гвоздика, флердоранж, ирис, фиалка, ваниль, амбра, бобы тонка.

Парфюмерные песни: «L'Heure Bleue» Guerlain: тихий вечер в Париже


Нежный, тихий и печальный аромат. Действительно напоминающий пасмурное что-то, раннее или позднее время, тихое-тихое...
Я им редко пользуюсь. Во особые моменты, когда хочется для всего существа своего и всего окружающего – тишины.
Добиться ее реально невозможно, но я поняла, что с помощью ароматов добиться можно всего. Или, по крайней мере, мне дано вызвать у себя радость или тихость, или торжественный настрой, или мечтательность, — ароматом.
Вряд ли аромат спасет от серьезной депрессии или от чего-то по-настоящему тяжелого. Но когда мне хочется покоя, я знаю, где его добыть: в атомайзере с «L'Heure Bleu».
«L'Heure Bleu» — «синий час», «сумерки».
Герленовские сумерки пахнут прежде всего гелиотропом: однозначно узнаваемый, ванильно-пудрово-миндальный аромат гелиотропа, в исполнении  Guerlain невероятно красив, да еще и обрамлен герленовской некондитерской ванилью и кондитерской сладкой фиалкой, нежным влажным ирисом и сладким тропическим илангом. И гвоздика, когда-то очень любимая в парфюмерии, а теперь большинством неприемлемая: гвоздика тут и цветком, и пряностью. Мне чудится еще ночная фиалка, не знаю, что дает эффект ее присутствия, но ее аромат тоже однозначно узнаваемый: специфический, холодный и влажный.
И точно ощущаю горьковато зеленый, острый ветивер: теперь я знаю, что это ветивер, а прежде мне казалось, что в букете «L'Heure Bleue» присутствует хризантема. Но совершенно точно там есть сладкий жасмин, сладкие бобы тонка, сладкий бензоин. Сладость деликатная, не приторная, но всех оттенков: и цветочная, и смолистая, и сливочная. Иногда даже проскальзывают нотки едва ли не шоколада… Но только призраком, тенью.

Конечно, аромат старомодный, такое теперь не делают и не носят.
«L'Heure Bleue» слегка меланхоличен, совершенно не агрессивен, он не привлекает внимание так, как современные сладкие ароматы – то есть ударом в лоб! Но настолько сложный и манящий, что – в отличие от современных свежих и даже современных пудровых – выводит из «зоны комфорта»: «L'Heure Bleue» не может быть обонятельным фоном, это не просто отдушка для тела, это – настоящее парфюмерное украшение.

«L'Heure Bleue» заявляет о себе, пусть тихо, но ясно и уверенно, и его хочется понять, разгадать, а для этого – вдыхать, вдыхать…
«L'Heure Bleue» кокетлив. Но это кокетство, как высокое искусство: так умели кокетничать наши прабабушки, если уж снисходили до кокетства.

Фото Эдвада Стейхена.


Лука Турин пишет, что «L'Heure Bleue» у него ассоциируется с кондитерской, и перечисляет всевозможные лакомства. Не соглашусь. По крайней мере, для меня «L'Heure Bleue» — не кондитерская: несмотря на сладость, кондитерского в нем мало, ибо вся сладость – парфюмерная. «L'Heure Bleue» — это парфюм. И ассоциация – только с парфюмом. Очень дорогим. Очень несовременным. Очень высокохудожественным. Очень парижским и очень вечерним.

Лучше всего звучит в прохладную погоду, осенью или весной. Если зимой, то очень мягкой. Летом становится резким и быстро сгорает на коже, не раскрывая всей своей сложной красоты.

Имею в концентрации духи – современные –  и совсем немножечко ТВ винтаж. ТВ винтаж богаче и интереснее духов. Или, я бы сказала, более «рельефный» аромат, все детали композиции ощущаются отчетливее, а в духах все тонет в гелиотропово-ирисовом тумане. Благодаря подруге, коллекционеру и герленоманке, пробовала очень винтажную версию духов.

Могу сказать, что винтажная туалетная вода очень бережно отображает аромат духов, но только в другой концентрации: духи глубже, мягче, с более заметной нотой ветивера, зелено-копченого, и более сырой, болотной нотой ириса, что делает их еще и холоднее...


Мне  нравится, как сам Жак Герлен об этом аромате написал:

ПИСЬМО ИЗ МОЕГО САДА

«Мой сад! Он — сердце моей жизни, наполненное воспоминаниями… Мой сад! Скорее я должен сказать «мои сады»: с утра до вечера, осенью и зимой они доверяют мне свои секреты, напоминают об успокаивающих рощицах моего детства или рассказывают о далеких экзотических, безумных садах, которые я выдумываю. Хотя, почему бы и нет!
Мой сад тысячелик: он играет со мной, следуя моим настроениям, или, напротив, захватывает меня врасплох и даже заставляет волноваться. Часто это случается вечерами, когда настает «L'Heure Bleu»...
Сумерки меня тревожат. Им я предпочитаю рассвет: когда ароматы обостряются влажностью уходящей ночи. Запахи пробуждаются и оживают. Я вижу, как в живом воздухе раннего утра фрукты, цветы, листья, мхи, ветви деревьев потягиваются, как прогуливающаяся кошка или жеребенок в прерии. Симфония красок, трепет ароматов. Абсолютная гармония, которую я хочу запечатлеть в себе, чтобы потом воссоздать.

Мой сад — обещание особенно наполнен осенним утром. Сама земля, нежась, щедро дарит ему теплые ароматы. Места моего детства тоже оставили много цветных воспоминаний: в них тюльпаны, гладиолусы, сверкающие цинии. Мне никогда не забыть аромата пионов и лилий в саду моего деда, аромата вьющейся жимолости. Никогда не изгладится из моей памяти, словно удар молнии, неистовый запах цветов табака, открытый мною несколькими годами позже. И горные нарциссы, встреченные однажды в Швейцарии, — может быть, один из самых чарующих запахов, навсегда запечатленных моей памятью.
Сад вчера и сегодня. Каждое мгновение в моем уголке Иль-де-Франс отражается в запахах, которыми я одержим. Так иногда, наклонившись, чтобы сорвать чабер или базилик, эстрагон или лаванду, я возвращаюсь на берега моей памяти, ошеломляющей ароматами цветков плюмерии, встреченной мной однажды в Сенегале.

Сады здесь и до края земли, реальные и воображаемые — от Багателя до восхитительного Шалимара (однажды даже увидевшего снег!), от сада моего кюре до экзотических миров, которые я так люблю (бугенвиллеи, датура, лантана… не правда ли, в жарких странах природе дано больше возможностей?), от лилии до лесного ландыша, до несравненного левкоя…
Я верю, что однажды умру, оглушенный ароматами».

...Какая прекрасная смерть, не правда ли?
Жаль, на самом деле так не бывает.







L'Heure Bleue (Guerlain) - мы рады видеть вас. садитесь где вам удобно. — ЖЖ


1912, парфюмер Jacques Guerlain (Мицука, Шалимар, Лиу, Ночной полет и прочие ароматы Герлена первой половины 20-го века).

Floral-Sweet

top: Bergamot oil, Clary Sage oil, Coriander, Lemon, Neroli, Tarragon
middle: Clove Bud oil, Jasmin, Orchid, Rose de Mai, Ylang-Ylang
base: Benzoin, Cedar, Musk, Sandal, Vanilla, Vetiver

(scentdirect.com)

Парфюм &copy 1982, был выпущен по совокупности данных в интервале 92-95 г.г. Версии 82-83 г.г. уже не так хороши, как более ранние экземпляры, но все еще уверенно передают уровень парфюмерного мастерства Дома Герлен.

Я не буду оригинальна: большинство старых герленов для меня - один-единственный гениальный парфюм, эталонный аромат вне-времени, раскрывающийся то одной, то другой своей гранью в зависимости от наименования содержимого в флаконе. Грань Сумерок - теплая гвоздичная, пудровая. Беспокойный аромат с постепенным переходом от сверкающих гесперидных и пряно-цветочных (в зеленцу 🙂 ) нот к душному полумраку сандала и гвоздики в густом ванильно-ирисовом тумане.

Обманчиво-прохладные в начале, Сумерки раскрываются яркими брызгами совершенного "герленовского" бергамота, нероли, иланга и какого-то фужерного, эфиристо-травяного компонента, немного похожего на лаванду. Цветочный букет аромата, богатый и яркий, появляется практически сразу, быстро сгущаясь от солнечно-светлых нот розы и жасмина до темного гвоздичного аромата, подернутого волнующей ирисовой пудрой. Верхние утонченно-псевдозеленые и острые ноты слышны в аромате удивительно долго, даже когда густющий бархатистый сандал, сладкая ваниль, амбра и мускус в базе уверенно вытесняют все (кроме гвоздики) цветочные оттенки аромата. К слову сказать, обещанного аниса я в Сумерках не нашла, или он звучит в нем совсем не так, как я ожидаю (на основе знакомства с современными анисовыми селективами и кулинарными экземплярами компонента).

Полуориентальные, цветочные, пудровые духи. Очень сладкие и достаточно пряные. Изначально Сумерки были куплены в воде-единовременнице, которая мне не залюбилась: EDT далеко не такая сладкая, как парфюм, но пудровость в ней мне показалась пыльной и плоской (тестила летом, не самое подходящее время для компонента), а цветочные ноты - блеклыми и невыразительными. Так что, щедро брызнув на запястье из только что купленного флакона, я практически сразу вернулась в магазин, отдала его взад и доплатила до аромата в духах. И ни разу не пожалела (позже у меня выявилась особая тяга к старым герленам именно в парфюмной, наиболее ароманасыщенной и каноничнеской концентрации).

Сумерки - активно согревающий аромат, поэтому ношу я его преимущественно в холода. Более всего Сумерки похожи, как нормальный представитель своего Дома, на другие герлены. Прежде всего на Жики, уже уверенно фужерный, акцент в котором смещен с теплых и сладких пудровых нот к освежающим лаванде и ветиверу и к развратному цивету. Другие схожие ароматы: специевый, более древесно-бальзамичный Бал в Версале и согревающий гвоздично-мускусный Биджан. А через несколько часов носки Сумерки мне начинает подозрительно напоминать базу EDP Шанели №5 🙂 хоть и гладкую, но тоже насыщенно-сандаловую, с похоже пудрящимися мускусом-ванилью и остаточным псевдозеленым шлейфом из нероли и иланга. Но только с моей кожи, не с блоттера. Подозреваю, что это очень индивидуальный эффект в раскрытии аромата.

ParfumMir - ароматы со всего мира | ноты ароматов | состав парфюмов

Мое парфюмерное заболевание прогрессирует, совершаю набеги на соседние территории. И стенды Герлена меня начинают тревожить все больше и больше. Сон пока не потерял, но они меня приманивают похлеще любой ниши. Во-первых их мало, Форды и Лютансы с Амуажами и Ксерджофами по сравнению с ними стоят на каждом углу в Москве)) А этих попробуй еще найди. Следующая стадия - это добраться до них. Выставляют все самое неинтересное. А вот это где-то в глубине, в выдвижных ящиках навалены тестеры. Вам Сумерки в какой концентрации брызнуть? А ведь есть еще барьер в виде церберов консультантов, которые не желают делиться своими сокровищами просто так. По моим наблюдениям, только корнеры Герлена и Киллиана охраняют настолько ревностно)) Ну и последняя стадия, которую я преодолеваю, это смущение перед женскими ароматами. На кожу себе брызгать как-то вообще странно (ок, и с этим будем бороться), а уж узнавать про столетние ароматы, это не совет о Маленьких черных платьях спрашивать)) В общем я работаю над этим, если мужчина создал аромат, значит другой имеет право просто так послушать, акт чистой красоты)) Фрагрантика и чтение комментариев сделали свое черное дело, меня тянет переслушать всю классику Герленов в текущем виде, а потом уже будем искать и винтажи, благо их распивы пока не редкость.

Так вот что я узнал со своим маленьким опытом. Церберы у корнеров по своему правы, потому что за их спинами в сундуках настоящее сокровище. Не хочу чтобы прозвучало обидно для текущих работ, но то что стоит сейчас у Герлена в своей массе на меня не производит впечатления. Ну кроме Шалимара, он безоговорочно прекрасен. Что-то лучше, что-то хуже, что-то говорят надо слушать в винтаже. Я понимаю, что и к текущим Золотым Герленам куча нареканий, что надо узнавать винтаж, пока есть возможность. Но, простите, вот эту всю простыню, но мне надо это проговорить для себя и тем, кто это также ценит. Сумерки - потрясающие. Нет, не то слово. Это знаете, как бывает в природе или искусстве моменты, когда ты смотришь на какую-то не самую сложную вещь, но у тебя дух перехватывает от его гармонии. Вот тут именно так. У меня не было никаких ожиданий, я не читал комментарии, но я пропал. Вроде бы ну что в нем такого - тонкий пудровый аромат, легкие цветочные ноты, но... Я правда не знаю как же мне это описать. В мультфильме "Рататуй" есть момент, как придирчивый критик пробует это блюдо, и проваливается в воспоминание о детстве, настолько его вкус прекрасен. У меня, разумеется, не было никакого детства в 1910-ых годах, но я слышу не ноты, не стадии раскрытия, на меня обрушивается картина вечернего сада. И это поразительно. Воплощенная гармония природы. И я их воспринимаю не как мои любимые Форды, например, они как повседневная одежда, красивая, дорогая, но одежда. А тут чистое искусства, как картина в Третьяковке. Простите, д’Орсэ конечно же. А когда он на блотере уходит, то останется только пудровая пыль. Ну вот же, только что был. Но нет, it's gone.

Знаете, всю свою парфюмерную жизнь в люксе я любил два дома - Шанель и Диор, и не видел никого рядом с ними. Меня всегда удивляло, как люди безоговорочно ставят Герлен выше. Я этого не понимал до сегодняшнего дня. Я уже какое-то время знаю Мицуко, вот узнал Сумерки. Всего два из наследия. Но пока я писал это все окончательно понял, почему выше Герлена только звезды.

Apr
21
2015

L'Heure Bleue Guerlain – Сарабанда

Когда-то, много лет назад я первый раз смотрела Сцены из супружеской жизни. Мне казалось тогда, что ничего страшнее, беспощаднее, прекраснее я уже не увижу. Я не знала, что впереди меня ждет Сарабанда.

Когда-то много лет назад я впервые окунулась в волны Мицуко, Я думала, что прекраснее и откровеннее аромата не услышу за всю свою жизнь. Я не знала, что впереди меня ждет L'Heure Bleue.


Сумерки среди всех Герленов – это именно Сарабанда Бергмана. Сумерки так же жутки, беспощадны в своей откровенности и обнаженности, так же преисполнены вселенской тоски, как и Сарабанда Мастера. Потому что этот аромат, этот фильм о старости, о сумерках жизни. О том неизбежном периоде, когда жизнь подходит к последнему рубежу, а в душе тебе все еще 23 года. И так бывает со всеми, так всегда будет со всеми. Именно поэтому Сумерек опасаются, говорят о тоске и депрессии. И в то же время – я не встречала равнодушных людей. Вдохнув Сумерки лишь один раз – их невозможно забыть. Они останутся в памяти навсегда, как Memento mori.
Как любой фильм Бергмана можно узнать по одному единственному кадру, так по лишь слабому отзвуку – можно узнать Сумерки. И дело здесь не в аккорде герлинада, а в том, что в этом аромате, как мне кажется, заключена душа самого Жака Герлена, воспевшего закат Эпохи, сумерки 19 столетия.
Как любая cарабанда - Сумерки тяжелы вначале: гелиотроп и роза. Невыносимо душные гелиотроп и роза… Смена партий: гелиотроп и еще более душный жасмин. Тяжело, парчОво, бархатно, портьерно, пыльно – невозможно красиво. Иланг, смягчающий дурманящую гвоздику – в сердце становится взрывоопаснее и конфликтнее. Фиалковая пудра вкупе с туберозой – чем не партия сарабанды? Пудры много, она умягчает и обволакивает все вокруг – и жасмин и фиалки и красивейший совершенно живой ирис.
Зрелость и юность – параллели. Которые внезапно, вдруг и здесь решили пересечься. Молодость и зрелость Марианны и Юхана, нет, не зрелость – старость. Красота увядания, достоинства, Любви. Все это есть в Сумерках – и это так странно, так прекрасно и так удивительно – перекличка двух Мастеров. Ну хотя бы для меня.
Тихий, но очень долгий вечер финала, виолончельный сандал, прекраснейший ветивер… И герлинад во всей его красе.

The Essence of Perfume. Roja Dove. L'Heure Bleue, Guerlain

Следующий отрывок в книжке Роже Дава посвящен аромату, о котором Guerlain, насколько мне известно, будет говорить весь 2012-ый год. Причина — у L’Heure Bleue  столетний юбилей, грех не воспользоваться таким поводом и не отпраздновать на широкую ногу. Так что готовимся слушать сказки про L’Heure Bleue, предварительно ознакомившись с тем, что думает про этот аромат самый известный «доктор парф-наук» Роже Дав 🙂

L’heure bleue, Guerlain, 1912

L’heure bleue лучше, чем какая-то бы ни было другая композиция, являет собой душу Дома Guerlain, — и с головой выдает, каким, на самом деле, романтиком был Жак Герлен. Да, влияние L’Origan Coty в герленовском аромате более чем ощутимо, — и все-таки не он, а L’heure bleue предвосхитил — и определил — новый парфюмерный жанр, жанр ориентальных ароматов. 

Это был последний великий аромат, появившийся накануне Первой Мировой войны. Каждая его капля — квинтэссенция женственности belle epoque, прекрасной эпохи, которая никогда больше не повторится. L’heure bleue пронзительно пикантен, резок, остр и мучителен. Своими бархатистыми гармониями он способен разбить ваше сердце — и оставить вас абсолютно опустошенным. И при всей своей насыщенности, этот запах мягкий и округлый, как женское дыхание. Он прикосается — припадает? — к вам так же тепло, так же плотно и с той же небрежной естественностью, как прикасается роскошный бархат или шелк к женской коже. 

Ни одному парфюмеру до тех пор (и с тех пор) не удавалось вызвать такие мощные эмоции, как удалось это Жаку Герлену в 1912-м году.  

С точки зрения сегодняшнего дня, его композиция может показаться странной: в ней практически нет верхних нот. Но давайте не будем забывать, что во времена, когда он был создан, парфюмерные дома не находились под постоянным прессом объема продаж. (А «продают» аромат именно топовые ноты. Подпав под их немедленное очарование, мы делаем выбор, не дожидаясь, когда аромат раскроет нам свою суть. Ya-z-va.) 

Первое, чему меня научили, когда я поступил на службу в Guerlain, была заповедь: «Guerlain никогда не пожертвует красотой композиции и никогда не пойдет на поводу у маркетинга и коммерческой привлекательности топовых нот.» Правило создания ароматов в те времена, когда создавался L’heure bleue, сводилось к следующему: придя в театр или в ресторан, женщина должна хорошо пахнуть. Точка.

При первом знакомстве с L’heure bleue современные женщины часто не в состоянии оценить его. Он слишком противоречит нынешним парфюмерным правилам, и слишком противоречит тому, чего ждут сегодня женщины от аромата. Они верят первому вздоху, не давая L’heure bleue шанса раскрыться на коже и не подозревая, что, будучи прирученным и допущенным к телу, он продемонстрирует все свои самые тайные и самые лучшие качества, включая способность околдовывать. Женщины не допускают к себе L’heure bleue — а зря. 

Топовых нот в нем, как я уже сказал, нет. В его сердце — корень фиалки, ваниль и болгарская роза, густые и плотные. Жак Герлен добился удивительной сумеречности их звучания. Аромат L’heure bleue ощутим почти физически, тактильно — как ткань той накидки, которая покрывает мир, когда заходит солнце.

L’heure bleue — это плотная сумеречная материя, в честь которой он и назван. 

Семейная легенда Guerlain гласит: однажды, в тот час, когда день уже закончился, а ночь еще не наступила, Жак Герлен прогуливался берегом Сены — и был очарован красотой неба. Этот миг показался ему столь прекрасным, совершенным и быстротечным, что он решил увековечить его ускользающую красоту. Он трудился до тех пор, пока не нашел самое романтическое из всех возможных сочетаний. Его творение воспевает любовь и красоту — и напоминает нам о хрупкости этих главных сокровищ. 

«Мои чувства были так сильны, что выразить я их мог только в аромате», — говорил сам Жак. Что он и сделал, преподнеся L’heure bleue в дар своей жене, Лили, которая с тех пор носила только его. 

Что касается базовых нот, то, как и в L’Origan Coty, теплую пряность здесь создает гвоздика. Ее слегка подсушивают и облагораживают гелиотроп и сандаловое дерево. Мускус же добавляет всей композиции чувственность. 

Флакон L’heure bleue был разработан в мастерских Baccarat главным дизайнером Жоржем Шевалье по эскизам брата Жака Герлена, Реймона. Изначально он использовался для двух ароматов, созданных в 1912-м году — собственно L’heure bleue и Fol Arome. Этот флакон удостоился собственного прозвища — «жандарм»: его треугольная крышечка слегка смахивала на шляпу, которую носили в те времена французские полицейские. Однако, будучи перевернутой, та же крышка куда больше была похожа на сердце — типичный символ эпохи ар-нуво. Вглядитесь: закругленные плечи флакона своими очертаниями напоминают мягкий силуэт округлых женских плеч.

Guerlain L'Heure Bleue. 1912 и 2012 годы.

Была одинокая зима. Все вокруг меня менялось. Каждая грань бытия, любой образ жизни, любой образ мышления. И я сделал то, что обычно делаю перед лицом эмоционального потрясения - я бежал в Раттвик, крошечную деревушку в Швеции, стране моего детства. Там, сидя в абсолютной тишине на пирсе, который простирается на полмили в неспокойную воду, я был окутан самым чарующим «синим часом» - сияющее небо меняло все оттенки синего, от мелово-бирюзового до кобальтового, когда начался дождь. упасть.Я укрылся в маленьком деревянном сарае на краю пирса, и именно здесь, в этом меланхоличном одиночестве, я наконец обрел покой. Несколько дней спустя я вернулся домой и женился под совершенно другим вечерним небом - тем, которое было «счастливым» с темно-розовыми и золотыми апельсинами, - но для меня определяющим моментом в моей жизни был заброшенный пирс в Северном полушарии. , под чей сумеречный час все сошлось.

Причал в Раттвике

Несколько месяцев спустя я рассказывал свою историю коллеге по французскому Marie Claire , и она принесла скошенную хрустальную бутылку.Это был L’Heure Bleue от Guerlain, и одно дуновение вернуло меня в ту бурную зимнюю ночь. Круто и мрачно, это было не для Золушки, танцующей в блестящих туфлях с прекрасным принцем. Это было для Кэтрин, когда она ждала Хитклифа на диких, поросших ветрами вересковых пустошах, дождь хлестал ее по лицу, а свобода соперничала со страстью. Он говорил с моей темной стороной: той, что оставляет за собой уютные зимние костры, чтобы бродить по замерзшим улицам неизвестного города, пока разум сортирует свои самые глубокие мысли.

Винтажная реклама L’Heure Bleue

от Guerlain. И это то, что мне нравится в этом грандиозном аромате - тот факт, что в нем говорится, что можно быть неуверенным, быть уязвимым, не знать точно, куда приведет вас путешествие. Большинство парфюмов слишком решительно - иногда до приедания - оптимистично. Они рассказывают истории об уверенности, завоевании и становлении центром танцевального зала. Но иногда мне просто хочется отойти в сторону и прогуляться по необузданным болотам, наслаждаясь звездной ночью и гадая, что нас ждет в будущем.Для меня L’Heure Bleue «тихий», а не грустный - в эфемерном мире он имеет наглость напоминать нам, что ничто не вечно.

Многие из моих друзей считают L’Heure меланхоличным. Неизменно это женщины, любящие день, солнце, тепло. Мне же больше нравится мир между закатом и рассветом. Слишком много солнечных дней утомляют меня и лишают жизнь романтики. Сумерки были моим любимым временем дня с детства… лишь бы они длились дольше.

И именно эти мимолетные моменты очарования и тайны… «волшебный час между дневным светом и тьмой, когда двери небес открываются, волшебные события происходят в запретных лесах, и все выглядят немного красивее…», которые очаровали Жака Герлена столетие назад, когда он шел по Сене в Париже.«Я почувствовал что-то настолько сильное, - сказал он, - что смогу выразить это только в духах». И вот что он сделал: создал аромат, чьи мерцающие, эмоционально заряженные ноты перекликаются с импрессионистами, которыми он так восхищался.

Но это еще не все: созданный за два года до начала Первой мировой войны, L’Heure Bleue также привнес в дом сладость романтического довоенного Парижа, прежде чем тьма окутала город. Фактически, французское выражение l’heure bleue относится к Парижу непосредственно перед войной, что подводит меня ко второму аспекту этого парфюма: L’Heure Bleue - это история в истории внутри истории.Сладкий, мягкий и пряный одновременно, он поддерживает прекрасный хрупкий баланс, так же как «синий час» удерживает угасание дневных надежд и начало неопределенности ночи.

Несмотря на историю меланхолии, он открывается аккордом ярких нот - сладостью флердоранжа, розы, фиалки и нероли, компенсируемой пряной резкостью гвоздики, бергамота и аниса. Но это еще не все легкость и мягкость - цветы переливаются прохладными тенями, и здесь начинается меланхолический роман.

Сена в Париже во время «синего часа»

По мере развития L’Heure Bleue легко переходит от цветочных нот к выпечке, создавая мускусный бальзамический плюшевый оттенок, наполненный бобами тонка и мягкой кожей. Это похоже на прогулку по Сене, потерянную в Париже, когда старый аптекарь соблазняет ароматом тусклых конфет и свежеиспеченных миндальных круассанов. Вы садитесь, наслаждаетесь маслянистым ароматом ванили, а затем идете дальше… солнце опустилось за горизонт, мосты выглядят призрачно в сумерках, а невинная тубероза сменилась соблазнительно опасной сиреной.Именно на этом перекрестке дня и ночи вы хотите, чтобы рядом был кто-то ... кто-то, кто поделился бы магией, кто-то, чтобы провести ночь.

«Столетие» представлено двумя сериями, обе очень лимитированными.

Сегодня отголоски L’Heure Bleue можно увидеть в нескольких творениях Guerlain, таких как Insolence и Tonka Impériale. В наступающем месяце исполняется 100 лет, и вполне уместно, что Guerlain отмечает столетие этой великой классики в новой интерпретации Тьерри Вассера.Под его руководством легендарный аромат наполнен свежестью и современностью: белый мускус смешивается с ирисом, гелиотроп смешивается с цветком апельсина, делая его более похожим на зефир, а пудровые акценты витают над гурманскими нотами, как вуаль. Однако в целом это все тот же аромат. И как-то все работает. Очередной раз.

Guerlain L’Heure Bleue 2012 limited edition coffret

Во-первых, это бокс-сет с флаконом обычного Parfum и тремя новыми интерпретациями, символизирующими утро, полдень и полночь.Утром L’Aurore (туалетная вода) насыщен верхними нотами свежести. Ровно в полдень Le Zénith (Eau de Parfum) становится незабываемым благодаря сладкому аромату флердоранжа, ириса, ванили и лакрицы. Наконец, в сумерках Le Crépuscule (Extrait de Parfum) раскрывает душу аромата и ее тревожные секреты, превращаясь в дымно-сладкий гурманский аромат с пряными, бархатистыми цветами, занимающими центральное место. Флаконы (по 30 мл) помещены в синюю бархатную коробку, украшенную вышивкой серебряным жемчугом Lesage Atelier de Broderie, а цена гроба - 3000 евро.

Guerlain L’Heure Bleue 2012, ограниченная серия

Хотите более изысканную коллекцию? Обратите внимание на бутылку из хрусталя темно-синего цвета (490 мл), которую выдувают, ограняют, полируют и гравируют вручную в Baccarat, а затем украшают фиалками из расплавленного стекла crystal ciselé из 24-каратного золота от Gripoix. Эффект представляет собой мерцающий в темноте орнамент, демонстрирующий музу парфюмера: ночное небо. Цена? 11000 € с фиалками; 6500 € без них.

А ты? Вы когда-нибудь использовали духи, чтобы отпраздновать особое событие или пережить трудное время? Какой бы вы выбрали?

Синий час из французского L’heure Bleue

Фраза «синий час» происходит от французского выражения l’heure bleue. Синий час - это период сумерек каждое утро и вечер, когда нет ни полного дневного света, ни полной темноты. Время особенное из-за качества света в это время суток.

Фотографы, особенно пейзажные фотографы, говорят, что это время дня - один из лучших моментов для фотосъемки, потому что освещение здесь мягкое, рассеянное и теплое.

В связи с особым характером этого времени, здесь есть различные рестораны, театры и отели, которые называются L’Heure Bleue или Blue Hour.

Мич Гербер празднует L’heure bleue концертами в волшебных местах в течение синего часа, когда небо приобретает этот удивительный цвет сразу после захода солнца.

«Синий час» вдохновил Жака Герлена запечатлеть эти моменты в аромате.

празднует L’heure bleue концертами в волшебных местах в течение синего часа, когда небо приобретает этот удивительный цвет сразу после захода солнца.

Солнце село, но ночь еще не зашла. Это приостановленный час ... Час, когда человек наконец обнаруживает себя в обновленной гармонии с миром и светом ... когда ночь еще не нашла свою звезду ».

Jacques Guerlain, относится к его любимому моменту дня

Именно это мимолетное ощущение он пытался выразить в 1912 году с помощью L'Heure Bleue, женских духов того же самого. имя.

Изображение предоставлено: Guerlain

В английской культуре этот термин использовался для описания периода бездействия и бесполезности, с которым сталкивается пьющий, когда пабы и другие лицензированные помещения закрываются после обеденного перерыва (обычно в 15:30) и не открываются. на вечернюю сессию до (обычно 18:30) в зависимости от времени работы пабов в Англии. Шотландия и Уэльс в настоящее время в значительной степени отменены в пользу круглосуточного открытия.

Эта фраза также используется для обозначения Парижа непосредственно перед Первой мировой войной, которая считалась временем относительной невиновности.

Изображение предоставлено Stockfresh

Guerlain - L'Heure Bleue Eau de Parfum

и др. usf. блабла.

Ненавижу эту пословицу.

Неважно, какой удар судьбы постигает вас, всегда откуда-то приходит содержательный или жалкий: «Что вас не убивает и т. Д. Usf. Blabla».
Разбитое колено, брошенный другом, мертвое домашнее животное или родственник, дом сгорел, выжил после рака или Hartz4 после тяжелой работы: «Что тебя не убивает и т. Д. Usf. Blabla».

Мне нужны два аромата, чтобы понюхать, почувствовать и понять, почему я так ненавижу это жалкое высказывание.
Один - "L'Heure de Nuit", другой - "L'Heure Bleue".
Должен быть третий, чтобы завершить картину, но я его еще не нашел.

Жизнь, жизнь женщины в аромате, который у меня в бутылках передо мной.

Тот, аромат еще не найден, девочка, ребенок.
По-прежнему не тронутый глубокой болью и печалью, он с удивлением смотрит на мир, видит магию и чудеса повсюду, верит в добро во всем, глубоко верит в себя и все вокруг. Ничего темного, что нельзя отогнать, зло существует только в сказках. Она полна нежности и радости. Мир хорош, прекрасен, полон фей и бабочек.

L'Heure de Nuit - женщина, уже немолодая, еще не старая, мать с маленькими детьми. Она уже видела зло, получала травмы и даже причиняла их, плакала, страдала, была на исходе сил, снова взяла себя в руки. У нее давно не было времени охотиться на бабочек, искать фей или смотреть, где начинается радуга.
Но ваши дети возвращают заклинание. Не всегда, но иногда, когда она видит падающие вместе с ними осенние листья или снежинки, любуется дождевыми червями, слушает ветер или наблюдает за облаками, она может снова смеяться, как ребенок, радоваться полной невинности. Тогда она нежная, нежная и любящая.

L'Heure Bleue - та же женщина, та же девушка, годы спустя. После множества ран и ударов судьбы, наконец, исчезли чудеса и доверие. Только ветер шумит на деревьях, бабочки умирают осенью, а радуга - это свет, разбивающийся на капли воды.Люди не всегда хорошие, осторожность лучше, чем оглядываться назад. За каждой улыбкой ждет слеза. Она все еще видит красоту, но больше не может ее чувствовать. Она помнит, что могла видеть фей, но больше не может их найти, больше не может им верить.

L'Heure Bleue часто называют «меланхоличным» в комментариях. Для меня этого недостаточно.
Ему глубоко грустно, напоминание о том, что когда-то было и что больше никогда не будет. Утраченная невинность, глубокие шрамы, так и не заживающие полностью.Он помнит девушку того времени и никогда не сможет быть снова.

Да, мы взрослеем и растем на нашем опыте, но какой ценой?
Я считаю, что «то, что нас не убивает, делает нас сильнее» - это просто неправильно.

Правильно, он должен читать: «То, что нас не убивает, позволяет каждый раз умирать частицу».

Послание в бутылке | Departures

Есть много способов, которыми писатели справляются с ужасами пустой страницы. Я нюхаю духи. Эффект находится где-то между умственным противоотечным средством и поездкой на ковре-самолете. Это никогда не перестает волновать меня и будоражить мое воображение.

Бутылка L’Heure Bleue от Guerlain занимает почетное место рядом с компьютером на моем столе, среди бумаг, книг и любимой фотографии. Но как бы я ни желал иначе, этот пудровый, сложный, романтический аромат здесь не для того, чтобы носить. Мне нравится, как он пахнет - от кого угодно, кроме меня. Вместо того, чтобы наносить его на точки пульса, я распыляю его на дверной косяк комнаты, в которой работаю, или вдыхаю его прямо из бутылки.По общему признанию, этот подход не по прямому назначению был моим в течение многих лет.

До того, как я стал писателем, прежде чем я даже научился говорить - или ходить - очень хорошо, я был исследователем, и моей областью исследований были взрослые женщины. Как будто я чувствовал, что мне нужно знать о них все возможное, чтобы стать одним из них.

Вначале мои исследования показали, что то, что отличает маленькую девочку от женщины, связано с высокими каблуками, украшениями и макияжем. Когда у моих родителей были вечеринки, я стал антропологом, имея в своем распоряжении целое племя, племя, к которому я (яростно) хотел принадлежать.Неуверенно пробираясь через гостиную, я внимательно оглядывал собравшихся. После того, как я проводил тщательное расследование в отношении гостей, я с удовольствием сидел среди них, обдумывая свои выводы, пока не поплыл в воображаемое будущее, в котором
я был готов оставить позади
генеральные репетиции и стать настоящим взрослым женщина. Конечно, ничто не разрушило чары быстрее, чем раскат смеха, вызванный созданным мной зрелищем
- помада моей матери размазалась вокруг моего рта, ее высокие каблуки скользили по моим туфлям, мои тощие ноги скрещивались так, как я заметил женщин. .

Мне было около девяти лет, когда мои исследования обнаружили невидимую принадлежность взрослой женственности: духи. Мы с подругой закрывались в ванной ее матери, когда ее не было дома, чтобы воспользоваться сокровищами, хранившимися там. Однажды днем, на выступе рядом с водопадом и накладными ресницами (это был конец шестидесятых), мое внимание привлекла группа изящных бутылочек и форсунок. Вскоре я начал самоотверженно распылять, пока моя подруга не зажала нос и не стала умолять меня остановиться.

К раннему подростковому возрасту закралось самосознание.Вместо того, чтобы заставить меня чувствовать себя взрослой, вся эта «игра в притворство» и переодевание заставляли меня чувствовать себя по-детски. Мое исследование переместилось на женщин между обложками книг. Чтение помогло мне избавиться от чувства беспокойства, которое я испытывал в ожидании начала своей жизни. В те годы я проводил долгие часы, лежа на кровати в компании трагических героинь, Анны Карениной, Тесс из Д'Эрбервилей, и женщин Жана Риса, таких как Мария из квартета , квартет , очаровывающая женщин. в L'Heure Bleue.

Она сняла шляпу.Вьющиеся волосы, остриженные до шеи, красиво падали на лицо и пахли теплыми духами.…

«Какой аромат вы используете?» - вдруг спросила Марья, обращаясь к мадемуазель Шарден. "Шипр?"

«Я? L’Heure Bleue от Guerlain ».

Это было в первый день урока французского в старшей школе пятого класса, когда представился новый предмет исследования. Ожидая всего лишь еще час спряжения глаголов, я обнаружил, что привидение у доски зацепило меня.Это была совершенно другая форма женственности, воплощение простоты и сдержанности. На ней совсем не было макияжа, ее волосы были собраны в аккуратный хвост, ее одежда - всегда водолазки поверх юбок-карандашей, от бежевого до серого. Единственными ее драгоценностями были единственный золотой браслет, низко опускающийся на ее руку, и тонкое золотое обручальное кольцо. Даже ее класс был другим. Вместо запаха мела он был пропитан волшебным ароматом: слегка пудровым, цветочным, сладковатым, но с острым привкусом.

Класс пришел сразу после обеда, и я обнаружил, что если появлюсь на несколько минут раньше, я могу застать ее там готовящейся, как актриса, собирающаяся выйти на сцену. Рядом с ней на столе лежали ломтики лимона на блюдце, которое она принесла из столовой. Она изящно сосала их, собирая свои книги и бумаги. Затем, за несколько секунд до времени занавеса, она полезла в сумочку и достала флакон духов с пробкой в ​​виде выдолбленного сердца.Вытаскивая его, она прикладывала его к внутренней стороне каждого запястья, к внутренней стороне каждого локтя и, наконец, за каждым ухом.

Обычно я все это молчал. В какой-то момент я преодолел свою застенчивость и спросил ее о ее ритуалах. «Это снижает аппетит после еды», - сказала она, объясняя лимон.
А духи? "L’Heure Bleue". Она произносила слова так, как это может только настоящий француз
человек, а она и была.

Я купила свою первую бутылку L’Heure Bleue на деньги няни.Я тайком понюхал и распылил в своей комнате. Я ждала дня, когда буду готова надеть его, но этого дня так и не наступило. Каждый раз, когда я его надевала, я чувствовал себя самозванцем. И что еще хуже, от меня пахло бабушкой. Тем не менее, его непригодность не ослабила мою одержимость.

Говорят, что L'Heure Bleue, или «Синий час», был вдохновлен сумеречными прогулками Жака Герлена по его саду, его попыткой запечатлеть в ароматах момент, когда солнце уже зашло, но тьма еще не спустилась, и синева небо в самом глубоком.Это было в 1912 году, почти через столетие после того, как дедушка Жака, Пьер-Франсуа-Паскаль Герлен, основал Дом Guerlain. Жак год работал над созданием своего шедевра из верхних нот аниса и бергамота; сердечные ноты: тубероза, фиалка, гвоздика и нероли; и базовые ноты: бобы тонка, ирис, бензоин и ваниль.

Патрисия де Николай, праправнучка Жака Герлена и сама парфюмер , говорит, что Жака также вдохновил Франсуа Коти, который в 1905 году изобрел новый парфюмерный «аккорд» - нероли, гвоздику и ваниль - своим L ' Ориган, что означает «душица».Guerlain взял этот аккорд и изменил его, добавив анис и ирис, а затем, вуаля, L’Heure Bleue, который живет почти столетие спустя.

Лука Турин, обонятельный ученый, который вместе со своей женой Таней Санчес является автором книги Perfumes: The Guide , согласен с версией де Николаи генеалогии L'Heure Bleue, но включает детали «огромного соперничества» между Guerlain и Франсуа Коти. «L’Heure Bleue - это попытка Жака Герлена превзойти Coty», - говорит он.

Перед тем, как сесть писать César Birotteau , роман 1837 года, рассказывающий о взлете и падении парфюмера, Оноре де Бальзак попросил Пьера-Франсуа-Паскаля Герлена создать для него аромат.На протяжении всего написания книги бутылка не покидала его стола. Трумэн Капоте был еще одним писателем, который не мог насытиться Guerlain. В его рассказах упоминается не только L’Heure Bleue, но и Mitsouko, Jicky и Fleurs des Alpes. Мне больше всего нравится отсылка к книге «Нетронутые монстры» из «Отвеченные молитвы », в которой Капоте описывает визит в квартиру Колетт:

В комнате пахло ее духами… в какой-то момент я спросил, что это такое, и Колетт сказала: «Джики. Императрица Евгения всегда носила его.Мне он нравится, потому что это старомодный аромат с элегантной историей и потому, что он остроумный, но не грубый - как и у лучших собеседников. Его носил Пруст. По крайней мере, так мне говорит Кокто.

Прочитав это, я молниеносно направился к прилавку универмага Guerlain, где я облился Jicky, придуманным в 1889 году дядей Жака, Эме Герленом. Я удивился возможности узнать, как пахнет Колетт - и в этом отношении Жаклин Кеннеди Онассис - и сама пахнет таким же образом.

Хотя моя одержимость L’Heure Bleue продолжается, учитель французского, ответственный за это, улетучился в памяти до тех пор, пока три года назад я не вошел в ресторан. За исключением того факта, что ее волосы теперь соответствовали серому цвету ее юбки-карандаша, она осталась неизменной. Когда я поздоровался, она насмешливо улыбнулась. Когда я назвал ей свое имя и что я был ее учеником, она протянула руку - тот же браслет, то же золотое обручальное кольцо - и познакомила меня со своим мужем и сыном. Она спросила о моей жизни и сказала, что вышла на пенсию.В этот момент официант принес их обед, и я протянул руку, чтобы попрощаться. Она встала и обняла меня, окутывая меня L’Heure Bleue. Каким-то образом, переданное от нее мне, оно так красиво пахло.

Для меня L’Heure Bleue - это эликсир, содержащий нотки прошлого, автономии и вдохновения. Тот факт, что я его не ношу, действительно кажется провалом взрослости, потому что я не стал той женщиной, которой планировал быть. Но в наши дни я с большей вероятностью соглашусь с Колетт не в ее выборе духов, а в другом, что она сказала Капоте: «Быть ​​взрослым… это единственное, чем никто из нас никогда не сможет стать.”

Возможно, я был прав, когда был ребенком, что сама идея стать взрослым была выдумкой. Но мне еще предстоит найти что-нибудь, что вдохновляло бы мое воображение лучше, чем L’Heure Bleue. Пока я пишу это, эта бутылка стоит рядом со мной, напоминание о том, как я пыталась и продолжаю пытаться раскрыть секреты того, чтобы быть женщиной, и сообщение в этой бутылке. (Для протокола, я ношу Calèche от Hermès. Но это совсем другая история.)

Иконопись

Несмотря на то, что Коко Шанель взяла на себя ответственность, на самом деле именно поэт Поль Валери сказал: «У женщины, которая не пользуется духами, нет будущего.«Вот пять давно существующих классических духов, которые открыли перед женщинами по всему миру
новых ароматов.

Шанель № 5, 1921 год

Коко Шанель и ее парфюмер Эрнест Бо создали первый аромат Chanel, который прослужит долго. До N ° 5 духи нужно было часто поливать, иначе запах исчезал. Синтетические цветочные альдегиды, которые Chanel использовала первой, придают ему стойкость. Ответ Мэрилин Монро в 1954 году журналисту, который спросил ее, что она носит в постели - «несколько капель N ° 5», не повредило ее стойкости.

Верхние ноты: иланг-иланг, нероли, альдегиды

Средние ноты: Майская роза, Грассский жасмин

Базовые ноты: сандал, ветивер, бурбонская ваниль

Джой, Жан Пату, 1930 год

Жан Пату и его парфюмер Анри Альмерас достигли очень концентрированной Joy, когда Пату дал Almeras добро на создание невероятного аромата; всего одна унция содержит 10 600 цветков жасмина и 336 болгарских роз. На протяжении десятилетий он имел твердую претензию на свой слоган: «Самый дорогой парфюм в мире».”

Верхние ноты: болгарская роза, иланг-иланг, тубероза

Средние и базовые ноты: Грассский жасмин, Майская роза

Мисс Диор, 1947 год

Любимым цветком Кристиана Диора был ландыш, и именно к нему он обратился в 1947 году, когда он рассмотрел первый аромат для своего недавно выпущенного maison de couture . Его древесные ноты придают ему слегка мужской оттенок, но женщины, которые его носили, в том числе Грейс Келли и Бейб Пейли, были образцами женственности и стиля.

Верхние ноты: бергамот, гардения, гальбанум

Средние ноты: роза, жасмин, ландыш

Базовые ноты: пачули, дубовый мох, амбра, сандал, ветивер

Fracas, Роберт Пиге, 1948 год

Фирменному аромату Марлен Дитрих в этом году исполняется 60 лет. Хотя Роберт Пиге - кутюрье, создавший первую во Франции парфюмерию , Жермен Селье, Fracas - закрыл свой легендарный дом в 1951 году, аромат продолжает жить, как и репутация многих нанятых им молодых учеников, в том числе Кристиана Диора и Юбера де. Живанши и Джеймс Галанос.Пиге знал, как создать непреходящую классику, будь то духи или одежда; Именно он разработал фирменное маленькое черное платье Эдит Пиаф.

Верхние ноты: бергамот, мандарин

Средние ноты: жасмин, тубероза, гардения

Базовые ноты: сандал,

мускус

L’Air du Temps, Нина Риччи, 1948 год

Также в течение 60 лет два голубя Lalique парили над хрустальной бутылкой, когда ее содержимое украшало ошеломляющее количество точек пульса.(Здесь показано эксклюзивное издание Lalique black crystal, посвященное 60-летнему юбилею.) Каждые 15 секунд где-то в мире продается бутылка. Создатель Роберт Риччи сказал, что он рассматривает аромат как «защиту так же, как вуаль. Он укрывает владельца в благоухающей ауре ».

Верхние ноты: гвоздика, гардения

Средние ноты: жасмин, роза сентифолия

Базовые ноты: Майсурский сандал, флорентийский ирис

L'Heure Bleue от Guerlain для женщин 2.5 унций парфюмированная вода-спрей

Я получаю похожие на анис ваниль и флердоранж, но мне кажется, что это один из чрезвычайно сложных восточных ароматов той эпохи. Помимо моих аналитических способностей. Тем не менее, это мой фаворит из классических Guerlains. Его описывают как меланхоличный, угрюмый, призрачный. Может быть, это различие без разницы, но для меня это не столько аффект или эмоция, сколько созерцательное состояние. Когда я ношу l'HB, я склоняюсь к размышлениям.
Меня всегда поражала простая привлекательность l'HB. Эта прелесть, своего рода красота на медленном огне, прожигает вас. Capital-B Beauty с ее драматизмом может увлечь на мгновение, день. Но привлекательность l'HB привлекает со временем. L'HB не имеет глянца, но, глядя на его матовое покрытие со временем, вы понимаете, что это ваш любимый цвет.
ИМО шедевр унисекс!

Из: Гость | Дата: 20.11.2012 2:07

Был ли этот обзор полезным? да Нет (0/0)

Королева фей Синего часа

Меня переносит в волшебное место, где легкий ветерок уносит воспоминания о букетах давно потерянной любви.Ранняя эпоха ... кафе на тротуаре ранним вечером ... красивая женщина делает свой первый глоток абсента ... ее любовник сидит ко мне спиной ... в тот момент, когда он начинает поворачиваться в мою сторону видение превращается в почти забытую тоску. Я никогда не увижу его лица, и сильное желание становится невероятно разочаровывающим. L'Heure Bleue - это искусство соблазнения.

Из: Гость | Дата: 23.07.2015 3:33

Был ли этот обзор полезным? да Нет (0/0)

+ Q Perfume Blog: Aqua Allegoria Jasminora от Guerlain

Коллекция Aqua Allegoria была представлена ​​Guerlain в 1999 году, предлагая простые формулы, отражающие различные настроения и вдохновленные природой.Последний выпуск - Jasminora - - цветочный аромат, вращающийся вокруг свежей нежной ноты жасмина. Признаюсь, единственная Aqua Allegoria, которая мне так понравилась далеко из всех Aquas, - это Pamplemousse (Грейпфрут). Но все изменилось вчера, когда я попробовал Jasminora, благодаря другу, который дал мне крошечный образец.




Рейтинг: ✭✭✭✭✭

Торговая марка: Guerlain

Страна происхождения: Франция

Запуск: 2011

Perfumer

Wasser 929 Thier 9000 Thier : FEM

Семейство ароматов: Цветочный жасмин

Тип: EDT - Специальная коллекция Guerlain

Ноты ароматических веществ: Бергамот, жасмин Калабрии, фрезия, цикламен, мускус гальбанума, ноты амбука .

Описание бренда: " Дух жасмина и нота фрезии. Прогулка в сумерках. Окунитесь в чувственные ароматы жасмина. И попадитесь под их чары" .

Описание + Q Perfume Blog: FEMININE, DELICATE, NYMPH BEAUTY, HONYED

Шлейф: Чтобы по-настоящему ощутить эту красоту, нужно подойти поближе!

Фиксация: Средняя / производитель считает концентрированной

Когда носить: Всегда хочется

Диапазон: 125 мл EDT

Где найти: Guerlain, Sack's, Sephora и т. Д. ...

Можно сочетать с: Медовые ноты L'Abeille

Как будут пахнуть нежные нимфы? Возможно, их кожа пахнет янтарем. Губы, запах меда и цикламенов. Волосы, запах жасмина. Дыхание, запах лилий.
В двух словах запах Aqua Allegoria Jasminora !

В прошлом году я имел удовольствие побывать в Такасаго на целый день, и одним из самых прекрасных воспоминаний, которые у меня остались с того дня, было открытие бутылки масла цикламена.Такая нежная, такая женственная, такая прозрачная! Это мой любимый цветок и национальный цветок Израиля.

Фотография предоставлена: + Q Perfume Blog

Jasminora начинает слегка зеленоватую и одновременно цветочную. Не зелень ароматов, которые я упоминал в моей прошлой статье, а зелень цветоножки (той части растения, которая держит цветок). Он имеет слегка лимонный оттенок, типичный для измельченных зеленых частей растений, например, когда вы давите цветоножки лимона в руке.

Его жасмин не является ни роскошным, ни гипнотическим, ни чувственным. Это наивный жасмин с медовым нектаром, который делает его очень естественным. Это фирменный аромат Guerlain, расписанный акварельными красками, как если бы каждая нота была смягчена, разбавлена ​​водой. Сочетание мугета, фрезии, амбры и мускуса может навести вас на мысль о тяжелом мощном аромате, но Guerlain научились делать это как вуаль, как быстрое щекотание, заставляющее вас улыбнуться.

Если для греков Нимфы были олицетворением деятельности Природы, я уверен, что Guerlain разработал этот аромат для того, чтобы мы чувствовали себя цветами, а значит, Нимфами.

И еще кое-что - Guerlain сумел сделать то, чего не сделал Франсуа Демарчи с Escale aux Marquises! Браво!!!


The Belle Of The Ball: Météorites Perles De Blush от Guerlain


Итак, это была любовь с первого взгляда. Я большой поклонник Guerlain Météorites ( у меня есть 3 полноразмерных и 1 дорожная ванна ) и с нетерпением жду возможности поприветствовать Météorites Perles de Blush Éclat Angélique в моем доме. Это первые пигментированные румяна Météorites, как интересно! В то время как обычные ванны Météorites, которые представлены в большом количестве оттенков и выпускаются ограниченным тиражом, имеют очень тонкий эффект и лучше всего используются в качестве финишной пудры или хайлайтера, эти румяна определенно намного более пигментированы и сразу же осветляют ваши щеки.Я не уверена (, ну на самом деле я: качество и красивая упаковка! ), что продолжает заманивать меня в Météorites, но они определенно мое слабое место в захватывающем мире макияжа.

Вы только посмотрите на это. Как ты мог не любить это? В упаковке всего красивых - это маленькая круглая картонная коробочка с двумя херувимами на крышке и красивым узором Toile de Jouy по бокам. Я не против, что это картон, хотя я знаю, что некоторых из вас это немного оттолкнет, поскольку в последние годы Guerlain постоянно помещает жемчуг Météorites в жестяные банки.Внутри также есть пуховик, который, хотя вы и не будете использовать его, в любом случае следует сохранить, когда вы путешествуете. Коробка на удивление мала, когда вы привыкли к другим ваннам Météorites, но в ней все еще содержится 14 граммов продукта , что является очень большим количеством. То же самое и с обычным жемчугом Météorites: иногда он кажется дорогим, но он прослужит очень долго, так как вы получаете много продукта в одной маленькой банке. Жемчуг-румяна довольно маленькие (, кажется, меньше, чем горох ), и я обнаружил, что они прячутся в моей кисти после того, как окунулись в ванну.

Похожие записи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *